Дмитрий Руденко – Операция «Рассвет». Какая цель у человека? И какая цель у человечества? (страница 4)

– О каком сопротивлении идет речь? – поинтересовался Назаренко.

– Представьте, что вы сидите за рулем грузовика и пытаетесь буксировать легковой автомобиль. Но при этом у него руль повернут вправо и зафиксирован. Безусловно легковой автомобиль будет двигаться в прямом направлении. Однако у него быстро сотрутся покрышки, возможно сломается рулевая колонка и еще возникнет множество проблем. Также вероятно, что будут проблемы и у вашего грузовика, при помощи которого вы буксируете этот автомобиль. За счет дополнительной нагрузки двигателю нужны дополнительные обороты. А это приведет к его скорому перегреву. Также за счет высоких оборотов в двигателе будет увеличен расход топлива.

– Я думаю, что все мы поняли, что Вы имели ввиду, – ответил генерал.

– Повторюсь, что это только в теории, – завершал свое объяснение Быков. – В космосе действуют совершенно другие законы. Возможно, что они слишком близко приблизились к поверхности нашей планеты. Условия для полета изменились. Отклонение объекта в разные стороны может быть обусловлено снижением количества оборотов внешнего кольца корабля. Или же во время полета возникли проблемы, и они пытались запустить вращение в другую сторону. Также мне не понятно, за счет чего они поднимаются с поверхности. Возможно, что при помощи реактивных двигателей, а уже после отрыва от поверхности они приводят в движение кольцо. Быть может, что там совсем иначе все устроено. Я могу только предполагать.

– Спасибо за подробное объяснение, Валентин Петрович, – поблагодарил Быкова генерал. – Мы хотим, чтобы Вы на месте осмотрели этот объект снаружи и после этого высказали свое предположение по поводу его устройства. Наши люди уже дали свое заключение. Однако нам нужно заключение на основе визуального осмотра. Вы можете подумать, пока товарищ майор будет опрашивать остальных.

– Слушаюсь! – ответил Федотов.

Взяв следующее личное дело, Майор посмотрел на Колесникова.

– Сергей Дмитриевич, мы знаем, что Вы закончили Институт Международных Языков. Выбрали факультет восточных стран. После окончания учебы стали работать преподавателем в этом же институте. Все верно?

Федотов внимательно смотрел в глаза Колесникову. Казалось, что он пытается уловить каждое движение на его лице. От такого пристального взгляда, Сергею становилось немного не по себе.

– Все верно, – ответил Колесников.

– Какими языками владеете? – спросил майор.

– Китайский, хинди. Также владею английским.

– Как у Вас с испанским языком? Мы знаем, что Вы ходили на курсы по его изучению.

– Не так, как с английским или китайским, но думаю, что газету прочитать смогу.

– Хорошо. Это мы и хотели от Вас услышать.

– Простите меня, но чем я вам могу помочь? В случае, если это внеземная цивилизация, то какой от меня толк? У нас в институте пока еще не преподают межпланетный язык. В этом вопросе я знаю не больше вас.

– Не все так просто, Сергей Дмитриевич, – вмешался генерал Назаренко. – По нашим предположениям, этот объект является разведчиком. Сколько они уже изучают нашу цивилизацию – никому не известно. Однако имеются свидетельства, что это происходит уже не одно столетие. Вероятно они знают наш быт, наши взаимоотношения между странами, оружие и многое другое. Также мы уверены, что они изучают языки, на которых говорят на Земле. Скорее всего для изучения они выбирают те, на которых говорит большая часть планеты. Самым распространенным языком является английский. На китайском говорит больше миллиарда людей. Примерно столько же носителей языка хинди. Также население множества стран говорит на испанском. Ведь не секрет, что когда хотят внедрить разведчика в другую страну, он перед этим изучает местный язык. Мы уверены, что при выборе изучения языка, они руководствуются количеством его носителей. Возможно, что во время осмотра объекта товарищем Быковым случится контакт. И Вы нам поможете его осуществить.

– Я Вас теперь понял, – задумчиво ответил Колесников.

В этот момент Сергей задумался. Его терзали сомнения. Казалось, что нет ничего проще, чем приехать на место и при надобности что—то перевести.

– С одной стороны, что я теряю? – подумал про себя Колесников. – При этом возможно будет хорошая премия. Да и засиделся я дома. Ничего уже не замечаю вокруг себя. Мир для меня в один момент стал серым. То, чему раньше радовался, уже не приносит никакого удовольствия. А небольшое приключение поможет мне взбодриться. Да и отказывать людям я не очень люблю. Но с другой стороны, ведь там мы столкнемся с неизведанным. Непонятно, кто они и как отреагируют на нас. Возможно могут и убить. Но не хочется даже думать об этом варианте развития событий. С географом, я думаю, что все понятно. Загадкой остается то, для чего они вызвали инженера по радиационной безопасности и биолога. Ладно, послушаю о чем они с ними будут говорить, и после этого уже приму решение.

В этот момент у генерала зазвонил телефон.

– Слушаю! – ответил он. – Где обнаружили? Понятно. Спасибо.

После этих слов генерал повесил трубку. Он медленно протер свой лоб. После чего задумчиво приставил руку ко рту и уперся на нее. Сидящие за столом, в этот момент, немного растерялись. Они испугались, что произошло что—то страшное.

– Звонили из штаба, – прервал свою же паузу генерал. – Пришли новые снимки со спутника. Обнаружили пилота. Он осматривает свой разбившийся самолет. Вероятно, будет ждать нас на этом месте.

– Нам нужно поторопиться, товарищ генерал—майор, – обратился к нему подполковник Березин. – Пока он не успел наделать никаких глупостей.

– Разве у него не было точки эвакуации? – спросил генерал.

– Была. Точка Д-6. Но по каким—то причинам он не пошел на нее.

– Понятно. Федотов, прошу Вас быстрее ввести в курс дела оставшихся членов группы.

– Слушаюсь, товарищ генерал—майор. – ответил офицер.

После этого Федотов, держа личное дело в руках, повернулся к лысому мужчине:

– Вакуленко Игорь Геннадьевич. Работаете инженером по радиационной безопасности при атомной электростанции уже более 10 лет. Все верно?

– Абсолютно верно, – кивнув головой, ответил инженер.

– У Вас все просто, – сказал Федотов. – Вы должны будете следить за радиационным фоном непосредственно возле объекта. Все показания необходимо заносить в специальный журнал. В случае отклонения радиационного фона от нормы, тут же поставите нас в известность. Как видите – ничего сложного.

– Прошу меня простить за мой вопрос, – ответил майору Вакуленко. – У нас будут какие—нибудь средства индивидуальной защиты?

– У вас всех будет все, что необходимо для подобного рода операций, – ответил генерал. – По прибытии в Ванавару, вам выдадут все необходимое. В том числе костюмы с замкнутой системой дыхания.

– Вопросов больше нет, – ответил Вакуленко.

– Так! – взял слово Назаренко. – Теперь о средствах индивидуальной защиты. Находясь в близости от объекта, вы обязательно должны быть в костюме с замкнутой системой дыхания. Если этот объект неземного происхождения, то неизвестно – кто там может находиться внутри. Так как мы не знаем, кто это, то не имеем представления о болезнях, которыми они могут болеть. Их вирусы могут иметь совершенно другую структуру. У нас нет иммунитета, который может противостоять им. Нельзя допустить, чтобы кто—то из вас заразился их вирусом. В противном случае, при контакте с другими людьми, вы можете распространить эту болезнь на Земле. И не известно – найдем ли мы средство против нее. Поэтому мы не посылаем туда никого больше. Наша задача – проверить все тщательно. После этого мы приступим ко второй фазе операции «Рассвет». О последующих этапах вам знать не стоит. Вы участники первой фазы. Максимов Алексей Валерьевич, у Вас будет все необходимое оборудование для диагностики группы. Должен осуществляться постоянный контроль за самочувствием участников экспедиции. В случае обнаружения изменения в самочувствии у кого—то, немедленно доложить офицеру. Вас рекомендовали как отличного специалиста. Мы очень на Вас надеемся.

Молодой биолог молча кивнул в ответ. Создалось ощущение, что он был не очень рад находиться здесь. Однако встать и уйти в данный момент было невозможно. Сидя неподвижно, он внимательно слушал всех присутствующих.

– И наконец, Эдуард Петрович Логинов, – продолжал генерал. – Вы были участником многих экспедиций в этом районе. В том числе Вы были на месте падения Тунгусского метеорита. Что можете сказать об этой местности?

– Место довольно специфическое, – ответил Логинов. – В это время года температура здесь днем может достигать +20 градусов, а ночью может доходить до нуля. Очень много комаров. Также кругом полно диких животных. В середине 80—х мы были в экспедиции на месте падения Тунгусского метеорита. Это, кстати, в нескольких десятках километров от сегодняшнего места падения этой тарелки.

– Любопытное совпадение! – подумал в этот момент Колесников.

– Тогда мы остались ночевать в палатках, – поправляя очки, продолжал Логинов. – Вертолет должен был забрать нас утром. После ужина мы пошли все спать. Вскоре нас разбудил волчий вой. Они были рядом. Вероятно, почувствовали запах нашей еды. Мы стали жечь костры по периметру. Наш коллега взял дрова и пошел сам разводить огонь. В этот момент на него напали. Мы услышали за палаткой крик и побежали на помощь. Он лежал на земле отбиваясь от двух волков. Мы с коллегой взяли палки и стали их отгонять. После нескольких ударов они убежали. Бедняга, стонав, лежал на земле истекая кровью. Мы сбегали за аптечкой. Часть кожи свисала с его лица. Из левой руки струей шла кровь. Его свитер был весь изодран. Мы быстро его перевязали и сделали укол обезболивающего. Через несколько минут кровь удалось остановить. Вскоре снова послышался вой. Мы перенесли его в палатку и стали охранять лагерь вплоть до прибытия вертолета.