Дмитрий Рой – Плетение судеб (страница 8)

Лирея и Дариан остались стоять на склоне, глядя друг на друга. Принц был весь в пыли и крови из небольших порезов. Лирея чувствовала дрожь в руках от магического истощения.

– Ты в порядке? – спросили они одновременно, и нервный смех вырвался у обоих.

– Живы, – подытожил Дариан. – Это уже хорошо.

– У нас есть путь, – добавила Лирея.

– И новые враги. – Он посмотрел на разрушенный вход в пещеры. – Осквернитель знал о Пожирателе. Назвал его господином.

– Культ служит тому, что создало Пожирателя?

– Похоже на то. – Дариан подобрал свёрток от Каэлума, чудом уцелевший в битве. – Нам нужно двигаться. Если Осквернитель нашёл нас здесь, значит, Культ знает наше направление.

Они начали спуск по северному склону. Впереди виднелись отроги гор, за которыми, согласно карте, начинался Перевал Разбитых Клятв.

Неделя пути через место, где реальность трещит по швам. Где обитают существа хуже Осквернителей.

Лирея украдкой взглянула на Дариана. Серебряная нить между ними пульсировала, становясь с каждым испытанием прочнее.

Что бы ни ждало их впереди, они встретят это вместе.

Глава 7 Перевал Разбитых Клятв

Граница Перевала была обозначена древними обелисками – почерневшими от времени камнями, покрытыми предупреждениями на дюжине языков. Лирея могла прочесть их все, хотя не понимала, откуда это знание.

«Здесь истончается завеса». «Помни, кто ты есть». «Не верь тому, что видишь». «Не слушай голоса мёртвых».

– Обнадёживает, – пробормотал Дариан, изучая надписи.

Они стояли на узкой тропе, вьющейся между острыми скалами. Позади остались зелёные предгорья. Впереди… Лирея не могла точно описать, что она видела. Ландшафт словно дрожал, смещался, показывая проблески других мест, других времён.

– Защитные амулеты, – напомнил Дариан, доставая из свёртка Каэлума два медальона на кожаных шнурках.

Лирея надела свой, чувствуя, как по коже пробежало покалывание. Мир вокруг стал чуть более… стабильным. Но только чуть.

– И заклинание, – она развернула свиток. – «Нити мира, держите форму. Якорь души, храни основу. Именем того, что есть, отвергаю то, чего нет».

Слова отозвались эхом в окружающих скалах, и на мгновение всё замерло. Потом реальность снова задрожала, но теперь словно на расстоянии, не касаясь их напрямую.

– Каждый час, – Дариан убрал свиток. – Не забывай.

Они двинулись вперёд. Первый час прошёл относительно спокойно. Тропа петляла между скалами, поднимаясь всё выше. Но с каждым шагом ощущение неправильности усиливалось.

Лирея видела это своим даром. Нити здесь были… сломаны. Не искажены, как у культистов, а именно сломаны. Обрывки судеб висели в воздухе, никуда не ведя. Фрагменты жизней, потерянных в катастрофе двести лет назад.

– Смотри, – Дариан указал вперёд.

На тропе лежало тело. Свежее, судя по виду – путешественник в дорожном плаще, рюкзак рядом. Но когда они подошли ближе…

– Это невозможно, – выдохнула Лирея.

Тело было одновременно свежим и древним. Плоть на одной половине лица – розовая, живая. На другой – мумифицированная кожа, обтягивающая череп. Одежда новая слева и истлевшая справа.

– Время сломано, – понял Дариан. – Он застрял между моментами.

Внезапно глаза трупа открылись – один живой, другой высохший.

– Помогите… – прохрипел он голосом, идущим из двух эпох одновременно. – Я… вчера… сто лет…

Лирея инстинктивно протянула руку, но Дариан перехватил её.

– Нет. Мы не можем помочь. Он уже мёртв. И ещё не родился. И умирает прямо сейчас. – Он потянул её прочь. – Не смотри в глаза. Временные парадоксы заразны.

Они обошли тело, стараясь не слушать мольбы на двух языках – современном и архаичном. Но образ застрявшего между временами человека преследовал Лирею.

Второй час принёс новые испытания. Тропа раздвоилась, но не в пространстве – во времени. Левая вела через скалы, покрытые снегом. Правая – через те же скалы, но цветущие весенними цветами.

– Карта показывает только один путь, – Дариан изучал рисунок Каэлума. – Но какой из них настоящий?

Лирея присмотрелась к нитям. Оба пути существовали одновременно, переплетаясь в невозможный узор.

– Оба. И ни один. – Она покачала головой. – Нужно идти между ними.

– Между? Но там нет тропы.

– Создадим.

Она подняла руки, начиная плести. Не обычные нити, а временные – соединяя настоящее с настоящим, создавая мост через парадокс. Серебряное сияние протянулось вперёд, формируя призрачную тропу между двумя реальностями.

– Ты уверена? – Дариан смотрел на мерцающий путь с сомнением.

– Нет. Но других вариантов не вижу.

Они ступили на сотканную из света тропу. Мир вокруг раздвоился – слева зима, справа весна. А под ногами только серебряные нити Лиреи, удерживающие их в настоящем.

Идти было странно. Каждый шаг отзывался эхом в прошлом и будущем. Лирея видела призрачные отражения – себя и Дариана, идущих по зимней тропе. Себя и Дариана на весенней. Бесконечные вариации их самих.

– Не смотри по сторонам, – голос Дариана звучал напряжённо. – Сосредоточься на пути.

Но было поздно. Лирея уже видела.

В одном из отражений они шли, держась за руки. В другом – Дариан нёс её раненую. В третьем – она поддерживала его, истекающего тёмной кровью. Возможности. Вероятности. Пути, которые могли быть.

И в одном, самом дальнем – они стояли у алтаря, обмениваясь клятвами, а вокруг цвели невозможные цветы.

Лирея споткнулась, чуть не разрушив световую тропу. Дариан поймал её, удержав от падения.

– Что ты увидела? – спросил он тихо.

– Возможности, – она не стала уточнять какие. – Пути, которые могут быть.

– Или не могут. – В его голосе звучала горечь. – Не забывай, что я несу.

Пожиратель. Проклятие. Смерть для всех вокруг. Лирея стиснула зубы, усиливая световой мост.

– Любое будущее лучше, чем отсутствие будущего. Идёмте.

Они добрались до точки схождения троп как раз вовремя – призрачный мост за спиной растаял, оставив только пустоту между временами.

Третий час. Время для заклинания.

Они произнесли слова вместе, и мир снова стабилизировался. Но теперь Лирея замечала – с каждым разом эффект слабел. Перевал сопротивлялся попыткам удержать реальность в целости.

– Привал, – объявил Дариан, указывая на небольшую пещеру в скале. – Нужно поесть и отдохнуть.

Пещера оказалась сухой и, что важнее, стабильной. Здесь время текло нормально, без рывков и петель. Они устроились у входа, разделив скудный паёк.

– Расскажи о Пожирателе, – попросила Лирея. – Рейна сказала, он показывает тебе что-то по ночам.

Дариан долго молчал, жуя вяленое мясо.

– Видения. Воспоминания – но не мои. Его. – Он отставил флягу с водой. – Я вижу мир до раскола. Когда боги ходили среди смертных, а магия была частью природы. И вижу, как всё изменилось.

– Что произошло?

– Война. Не между народами – между принципами. Порядок против Хаоса. Созидание против Энтропии. Боги раскололись на два лагеря, и их битва чуть не уничтожила мир. – Дариан смотрел в пустоту. – В конце концов, они ушли. Заперли себя по разные стороны завесы. Но их слуги остались.

– Пожиратель – слуга Хаоса?