Дмитрий Романов – Время Удачи (страница 58)

Александр Иванович Тувко взбивал шагами густой ворс ковра в своем кабинете.

Все здесь было мягким и кричащим. Бархатные кресла у окантованного позолотой стола сулили комфорт. В воздухе витал довольно навязчивый цитрусовый аромат, напоминающий полковнику о местах, где он провел детство. Собственно, в этом кабинете комфортно было только самому Тувко. Более никто не чувствовал себя здесь уютно.

— Ты просрала его, Тамара! — хозяин кабинета пребывал в ярости и не собирался этого скрывать. — У тебя его прямо из-под носа увели, как у последней дуры, а ты сидишь здесь и спокойно чаи гоняешь? Удобно тебе? Может еще печенья принести⁈

— С корицей, пожалуйста. То самое, ну ты помнишь. — Собеева словно и не заметила состояния своего начальника. — В магазинах такого не купишь.

От подобной наглости Тувко застыл на месте. Казалось, что прямо сейчас земля разверзнется и наглую женщину поглотит бездна, а с неба на нее обрушится ливень молний. Однако вместо этого полковник открыл тумбочку и водрузил перед подчиненной «то самое» печенье.

— О-о-о! — пухлые пальчики сразу же потянулись к лакомству. — Хрюня, ты так галантен.

— Рад услужить. — буркнул Тувко, тяжело опустившись в соседнее кресло. — Я тебя, дуру набитую, только под эту операцию и смог вытащить. С Москвой договорился! Понимаешь ты это или нет? Сидела бы и дальше на Периметре до окончания своих дней.

— Ты меня вытащил, потому что никто другой тебе, балбесу, верного совета не даст. Жопу до блеска вылижут, а сами копать яму будут и дождутся, пока ты в нее свалишься. — она, урча от удовольствия пережевала печенье и только потом продолжила. — Не хочется напоминать, что я говорила, что так и будет, но ведь так и произошло. Зря ты всех, кто при твоем появлении не бледнеет, по Периметрам разослал, Хруня. Зря! Это со мной отдельная история, а Листьев? Костин, Вареников, Яшин? Кто остался из головой думающих, а не тупо приказы исполняющих? Сам виноват!

Это действительно так и Тувко прекрасно знал об этом своем недостатке в нетерпимости любого мнения, отличного от своего собственного. Знал, но ничего не мог с этим поделать и извиняться за это ни перед кем не собирался.

— Тама. — он наклонился чуть ближе. — Мне нужен этот пацан. Понимаешь? Он мой билет из этой сраной Сибири в Москву. Здесь холодно, Тама, а я ненавижу холод и меня воротит от этого города со всеми его тупыми жителями. Понимаешь? А ты упустила НАШ с тобой билет. Как же так?

— Пф-ф, дурак ты, Хруня и всегда таким был. — с сожалением посмотрела на него толстушка. — С чего ты взял, что упустила? Толстой своей поспешностью в знатную лужу угодил, отправив Одаренного к людям, на которых тот обижен. Я тебе больше скажу — мальчик до скрежета зубовного аристократию Красноярска не переваривает. День, два и его опросные листы запестрят такими подробностями, что придется спасать отрока из лап злодеев. А право вторгаться на территорию старой крови есть только у одной организации в Советской России. Мальчик умен не по годам, но и только. Жизненного опыта у него маловато пока. Увидев мощь СОБ, пришедшего на помощь, он и сам захочет обладать такой властью. Только это совсем не победа, нет. Это кирпичик, вокруг которого мы построим стену. С одной стороны стены окажемся мы с ним, а с другой — все остальные. Ясненько?

Вопрос был задан с издевкой, но Тувко на это внимания не обратил. Он сидел с расфокусированным взором без единого движения.

— Работа вдолгую? — хозяин кабинета распрямился пружиной и вновь занял место на ковре. — Согласен! Работай, Тама. Привлекай, кого посчитаешь нужным, но чтобы с результатом. Мальчишка должен быть наш!

В небольшом плохо освещенном помещении пахло оружейной смазкой, потом и порохом. Приятный запах и почти родной для двух мужчин, с комфортом разместившихся на деревянных стульчиках, предназначенных для чего угодно, кроме комфорта. Секунду спустя аромат дорогого алкоголя дополнил общий антураж коморки.

— Ну, — генерал Халидов поднял старенький граненый стакан. — За твои восемь из десяти, Бык. Чтоб рука и впредь крепка была и передергивала лишь затвор автомата.

Раздавшийся звон сменился довольным кряканьем. Затем чириканье спички предрекло табачную вонь, но для каптерки у стрельбища это норма.

— Времена идут, а тосты у Горна все те же. — беззлобно заметил Быков и выпустил колечко в потолок. — Сам-то стрелять так и не научился, а все зубы скалишь.

— Зато зубы скалить научился получше многих!

Мужчины тихо посмеялись, отдав дань заезженной шутке и ненадолго установилась тишина.

— Я должен его отцу, Горн. — наконец заговорил Быков. — Орлов-старший выполнил задачу ценой своей жизни. Из-за моей ошибки едва не полег полк, а ему вообще не нужно было там оставаться. Остался… Такого человека потеряли.

Генерал с силой затушил окурок в обшарпанной медной пепельнице.

— Хотел дать его сыну шанс обрести Дар, но мамаша вывезла мальчишку в Красноярск и отказалась идти на контакт. Пришлось договариваться с Толстым, а ты знаешь мое отношение к этим недобиткам. Перешагнул через себя, договорился и вроде сладилось, но парень исчез. Теперь нашелся вот…

— Проект «Хрустальный замок»? — серьезно спросил Халидов.

— Да. Командование пошло на встречу, ведь Дар Михаила Владимировича был уникален. — генерал усмехнулся и прикурил новую сигарету. — Был. Парень сам открыл его. Без всякой моей помощи, так что долг до сих пор висит.

Он немного помолчал.

— Теперь вот приказ. Дурацкий, но ты прекрасно знаешь министра нашего. Зяблик и сам прекрасно понимает, что к Орлову теперь не подступиться. Так что пришлось мне в сторону отойти. Потому и просьба у меня к тебе, Горн — присмотри за парнем. Подставь плечо при случае, но склонять к служению не смей. От Зяблика я прикрою. Возьму огонь на себя — не впервой.

— Такой Одаренный армии пригодился бы. — задумчиво сказал Халидов.

— Это так, но не дави. Помогай, а там уж как карта ляжет. Захочет — примем. Не захочет — его выбор. Не думаю я, что Толстой надолго его удержит — слишком многие заинтересованы. На части ведь рвать парня будут ссуки! — он подавил вспышку гнева. — А мы не будем. Мы будем с ним дружить. Пусть знает, что армия всегда готова прийти на помощь.

— Звучит как план по вербовке. — усмехнулся Горн. — Да не зыркай ты так, Бычара. План хороший, а если нашим парень станет, так вдвойне хорош. Сделаю, товарищ генерал-майор! Так сделаю, что Орлов сам к нам придет. По своей воле! Ну че застыл, Бык? Начисляй по пятьдесят.

Владимир Николаевич Толстой возглавлял Красноярскую администрацию вот уже сорок лет. Одновременно с этим он являлся председателем Собрания Отечества. Обе должности, доставшиеся по праву крови, силы и разума.

Большинство людей считали его безраздельным хозяином огромной территории от льдов севера и до границы с Казахским Улусом.

Куда меньшая часть людей считала его матерым политиком, умело лавирующим между центрами политических сил и государственных структур.

Совсем уж скромная по численности, но отнюдь не по влиянию группа лиц, прекрасно понимала, что такая должность помимо власти накладывает и ограничения. Существенные ограничения.

И лишь единицы знали, насколько самый могущественный человек Красноярска устал от этого бремени.

Сегодня в его кабинете столь просвещенных близких не находилось.

— Скажи мне, Богдан Викторович, ты идиот?

Самодовольная физиономия второго заместителя главы администрации вытянулась в удивлении. Еще бы, он только что доложил о пусть и не блестяще выполненном задании, но ведь не по его вине произошёл срыв сценария. Так почему претензия именно ему, а не сидящей рядом дуре из опеки?

— Если вы о том, что был подписан некий протокол, то я уже поговорил с нашими юристами. Документ, конечно, весомый, но его можно оспорить. Фомина находилась в окружении враждебно настроенных сотрудников спецслужб и ее фактически принудили к подписанию этой бумажки. Она всего лишь слабая женщина и…

— Хватит! — не выдержал граф. — Не приплетай к этому Елену Григорьевну — она-то как раз умудрилась сгладить ситуацию. Так ответь на мой вопрос, Богдаша, ты идиот?

От миролюбивого тона начальника по спине крупного черноволосого мужчины прошелся легкий разряд тока. И дело вовсе не в том, что граф являлся дважды Одаренным. Конечно, Кинетик и Эмпат в одном лице — это очень сильно, но власть, которой обладал Толстой, пугала куда сильнее.

— Определенно нет, Владимир Николаевич и повторюсь…

— Заткнись Богдаша. Лучше заткнись. — все так же тихо и спокойно сказал глава администрации и с силой протер глаза ладонями. — Я сейчас буду говорить, спрашивать и возможно кричать, но ты будешь слушать, отвечать коротко и только попробуй потребовать от меня уважительного обращения. Клянусь, это будут твои последние слова в этом городе. Ты меня услышал?

— Да. — коротко ответил мужчина.

Граф поднялся, стряхнул несуществующую пылинку с тёмно-синего костюма-тройки и обойдя стол, благодарно похлопал подчиненного по плечу.

Он замер напротив окна, пригладил уже начинающие седеть светлые волосы и посмотрел на свой город.

Красиво. Всегда приятно видеть результат собственных трудов. Горожане даже не представляют, каких усилий стоит удерживать хаос вне этих тесных улочек. И никогда об этом не узнают — не захотят. Им так проще.