Дмитрий Романов – Время Удачи (страница 31)

Он усмехнулся и мечтательно закатил глаза.

— Вот это звери так звери — через трехметровый частокол на скаку перемахивают. Раз и все! А шкура? Пулемет не берет! — директор странно повел рукой. — Там и от лошадей не так много осталось, а еще они разные все — шипы, когти, хвосты скорпионьи. Это в передачах и фильмах Казахских зверюг чудищами кровожадными показывают. Не верьте — пропаганда! На самом деле эти измы стремительны и красивы, пусть и по-своему. Думаете в чем сила Улуса? Нет, на самом деле не в конях — это я уже загнул. Вот только больше никто не научился дрессировать измов и приучать их к хозяину. Любой изм хочет убить человека! Даже те коровы, что молоко особое и очень дорогое дают — они в цепи закованы. Так что хочу коня! Мечта? Мечта!

Директор еще раз улыбнулся, подмигнул мне и поднялся.

— Ладно, пойду, наших дам проведаю, а то подозрительно тихо себя ведут.

Дверь купе отодвинулась и вновь заняла свое место, оставив мужскую часть стаи без взрослого.

— Конь! — дал волю чувствам Казах, скривив лицо. — Он че, дурак?

В этот момент послышались истошные девичьи визги, но предпринять мы не успели ничего. Дверь купе резко отошла в сторону, явив директора с пунцовым лицом.

— У них все в порядке — переодеваются. И нам надо, а то путь не близкий.

Вялая суета переодевания закончилась в аккурат к отправке состава. Поезд едва ощутимо дернулся и медленно поплыл вдоль перрона.

Я уже однажды путешествовал по железной дороге. Потому сразу занял козырное место у небольшого окошка в коридоре. Это в обрывках воспоминаний чужака вагоны оборудованы широченными окнами, но в его мире все же не было ни Туманов, ни измов. Опасно это — делать окна, в которые может кто-то пролезть. Так что грустить не о чем.

Территория вокзала сменилась мостом над Енисеем. Затем видами на современные кварталы левого берега и вскоре показались внешние укрепления города.

Спиральное ограждение из егозы в несколько рядов. Среди спирали не разглядеть проводов сигнализации, но я знал, что ограждение без сигналки не обходится. Жестяная спираль начиналось у настоящей крепости, ощетинившейся пулеметными стволами рядом с железнодорожным полотном и уходило куда-то далеко за горизонт. На самом деле — это только так кажется. Всего лишь кольцо вокруг города.

— И что? — прозвучал закономерный вопрос. — Это остановит измов?

— Пока останавливало. — с непонятной теплотой в голосе пояснил Ефимов. — Измы прут в город либо вдоль железки, либо вдоль рек. Там и укрепления самые надежные. Ну а одиночек уже патрули отстреливают.

— А я слышала, что не всегда отстреливают. Ведь иногда и в город чудища пробираются.

— Случается и такое. Редко, правда, и только совсем уж странные твари, но случается. М-да.

— Это что за детский сад⁈ — командный рык заполнил коридор и проник в открытые двери купе. — Освободить проход!

Я перевел взгляд на тучного мужика в военной форме и мило ему улыбнулся.

— Посрать приспичило? — и тут же повысил голос. — Шубись, братва! Жирный до сральника прет!

Дружно хохоча, мы втянулись в купе. Однако состав жировой массы не спешил следовать по коридору до места назначения. Широкий во всех измерениях вояка побагровел и возмущенно встряхнул обоими подбородками. Даже больше — он перекрыл собой вход в купе. Затем упер взгляд в директора и проревел:

— Кто такие⁈ Отвечать!

— Иди куда шел, майор. — спокойно ответил не сдвинувшийся с места Ефимов.

— Что⁈ Сейчас же…

— Пшол нахрен отсюда! — взревел в ответ директор с перекошенной физиономией и угрожающе выставил перед собой трость. — На детей напасть решил, мразь? Потроха вырежу!

Майор странно колыхнул телом и действительно двинул дальше, а я с немым вопросом уставился на Ефимова.

Это что сейчас было?

— Пожалуется капитану. — резюмировал Казах.

— Да на кончике меча вертел капитан железки обиды майора пехоты. — абсолютно спокойно и почти безразлично сказал Ефимов. — Канцелярская крыса и не более того. Решил важность свою показать — таких много, а отпора они боятся. Не бери в голову.

Раздался грохот, мат, а следом веселый девичий смех. Я выглянул в коридор, чтобы увидеть четыре девчачьих макушки, торчащих из своего купе и разглядывающих одного жирного свина, копошащегося на полу в попытке подняться.

Ну да, не удержался и потратил чуточку Несчастья. Не то чтобы этот тип представлял опасность, но повел себя отвратительно. Да и аура у него не сказать, чтобы чистая и хотя до уровня откровенных ублюдков еще не дорос, но явно к этому стремится, а по сравнению с капитаном так и вовсе кусок дерьма. Вот только и привлекать много внимания мне сейчас ни к чему, тем более в поезде. Потому черного песочка отмерил самую малость.

Однако зря я его с капитаном сравнил — аура у начальника поезда почище, чем у того же Ефимова. Прямо типичный положительный персонаж.

Я вышел в коридор и вновь прилип к окну. Черт с ним — с боровом. Так все красиво снаружи, что не оторваться.

Меня хватило на час. Честно старался любоваться видами природы, но не смог. Может дело в крохотном окошке, а может, в двухсотметровой полосе отчуждения без единого кустика вдоль всей железки, но в итоге я забрался на верхнюю койку и втянулся в беседу Егорыча с парнями. Говорили об измах, о севере и Туманах в лесу, о Рейхе с прочими Британиями. Так себе беседа — ни о чем и обо всем.

Так и продолжалось бы, но лай пулемета прервал разговор и парни сразу же прилипли к окошку. К одному пулемету подключился второй, а затем стало казаться, что грохочет повсюду. И стихло все так же быстро, как и началось.

— Быстро они. — нахмурился Ефимов. — Я думал, что до вечера никого не встретим. Кто там?

— Да непонятно. — разочарованно выдал Ух. — Большие и волосатые, но далековато. Медведи?

— Ххэх. Медведи поодиночке ходят. Хотя если самка с медвежатами, то может быть.

— А чего уехали-то? Там же шкура и остальное всякое. Вроде с одного изма денег столько, что квартиру купить можно, а там их два.

— Ну, допустим, что измы все разные. — Ефимов «включил» учителя, но это никогда не мешало ему рассказывать увлекательно. — Это с Даром которые, так они да — всегда ценятся. А если нет? Если обычная тварь? Ее нужно оценить, а это работа Аналитика. Иначе ни на мясо, ни на сырье пускать нельзя — опасно. Ну это ладно — это я отвлекся. Все проще — поезд никогда не останавливается для подбора добычи. Вообще никаких остановок и есть только одна причина, по которой состав встает — разрушены рельсы. Ну а зверье постоянно из лесу прет и под пулеметы попадает, но никто ради них тормозить состав не будет. Передадут координаты и сюда выдвинется специальный локомотив с платформой. Или не выдвинется — тут от множества факторов вылазка зависит.

За время движения пулеметы работали еще дважды и если в первый раз мы хотя бы комки шерсти увидели, то остальные оба раза так и не поняли, куда конкретно и по кому отстрелялись пулеметные расчеты. Даже скучно как-то.

Неинтересно.

Интересно стало, когда рявкнул пушечный выстрел, а затем я полетел вниз со своей койки.

— Какого черта⁈ — спросил ради проформы, потирая ушибленное плечо.

Ух, поднимаясь с пола, использовал куда более грубые выражения, а вот Казах веселился.

— «Вообще никаких остановок». — процитировал он директора. — Похоже, с рельсами там проблемка.

Второй пушечный выстрел раздался одновременно с полной остановкой состава.

— Да что у них там происходит? — буркнул Ефимов, глядя в окно.

— Пойдем посмотрим?

— Василий, меня радует твоя любознательность, но это может оказаться небезопасным. Хотя-я, солдат прилично высыпало и не стреляет никто. — Егорыч ненадолго задумался. — Идем! Вам полезно оглядеться будет, а если что, то извинимся. Запомните — лучше просить прощения, чем разрешения. Первое может и не потребуется, а второго можно не дождаться. Плакса, девок сюда. Живо!

Дважды указывать не пришлось. Притихшей, но возбужденной и восторженной кучкой мы высыпали на свежий воздух. Никто из нас раньше не был в лесу и прав Ефимов — это того стоило, а то, что вокруг не лес, а подлесок — это мелочи. К тому же мелкие деревца начинались за двухсотметровой зоной пустоты. Так что все вполне безопасно.

— А-а-а-а, экскурсия. — начальник поезда остановился рядом и по-отечески взъерошил Саньке волосы. — Молодцы, что выбрались воздухом подышать и на природу посмотреть. Ругать не буду, но от вагона не отходить.

— А что случилось, товарищ капитан? — любопытство в голосе Жуки едва ли не материализовалось в физическом мире. — На нас напали? Чудовища?

Она недвусмысленно кивнула в сторону головы состава. Туда, где в трех десятках метров от броневого капота ведущего локомотива валялись останки огромной туши изма.

— Всего лишь крупный бронированный зверь. — пожал плечами Торсуков. — Скорее всего — Одаренный. Смотровым в головном локомотиве служит очень опытный офицер и он принял решение задействовать крупный калибр. Рельсы немного зацепило, но вы не волнуйтесь, сударыня — все будет восстановлено в течение часа.

На груди капитана зашуршала рация, отвлекая на раздачу приказов. Уверенно, с долей веселья и тонной оптимизма в голосе. Мимо бегали солдаты, но бегали не хаотично, а следуя какому-то порядку и выглядело это весьма естественно. Снайперы на крыше, пулеметчики на позициях в вагоне и несколько групп на охране периметра. Только у туши изма всего четверо в защитных комбинезонах.