Дмитрий Рогозин – Жизнь вне изоляции. Концепция нового социального дома (страница 3)
Если обратиться к предыстории вопроса социального жилья для пожилых, то становится очевидной дуальность этого термина. Первоначально социальное жилье возникло как государственная мера поддержки, направленная на низкодоходные категории граждан, мигрантов и других нуждающихся. При этом адресатом помощи преимущественно оказывались представители более молодых возрастных групп. Социальное жилье, понимаемое таким образом, как правило, находится в собственности государства и предполагает более низкие арендные ставки и условия по оплате коммунальных услуг. В данном контексте понятие «социальное» становится тождественным понятию «дотационное», «бедное».
Позднее стал развиваться иной подход к социальному жилью, в рамках которого определение «социальное» обретало свои исходные коннотации и означало «общественное», то есть такое жилье, которое организуется и поддерживается его владельцами, сообществом пользователей. При этом участие государства, официальных властей и/или некоммерческих организаций сохраняется, но сам способ организации жилья предстает менее дотационным, целевыми группами, нуждающимися в таком устроении физического пространства, становятся не столько депривированные категории граждан, сколько активные, готовые к интеграции в общую жизнь люди. В рамках этой традиции более корректно говорить не о социальном жилье, а о социальном доме, где дом рассматривается не только и не столько как место проживания (индивида или семьи), а как единое жизненное пространство для социума/группы, объединенной одной территорией.
В данной главе будет рассмотрена трансформация понятия социального жилья по мере его приближения к феномену социального дома в контексте мировых практик.
1.1. Мировой опыт развития социального жилья
Как мы уже сказали выше, социальное жилье начинало свою историю как жилье для малообеспеченных слоев населения. В истории развития социальной политики и поддержки нуждающихся известно несколько значимых проектов, связанных с обеспечением граждан дешевой жилплощадью. Для понимания динамики исторического процесса упомянем их в нашей работе, невзирая на тот факт, что целевой аудиторией большинства ранних проектов были не пожилые граждане.
Мировые практики создания социального жилья
Одна из наиболее известных инициатив такого рода – возведение социального жилого комплекса в Сент-Луисе (штат Миссури). «Пруитт-Айгоу» существовал с 1954 по 1974 год и включал в себя 33 одиннадцатиэтажных здания. Комплекс был задуман для обеспечения жильем молодых семей среднего класса. В каждом доме верхний и нижний этажи были нежилыми и предназначались для мест общего пользования, а между рядом домов были посажены деревья. Однако оборудование придомовой территории оставляло желать лучшего, в частности детские площадки появились далеко не сразу, после множества просьб и жалоб со стороны жителей. Строительство комплекса закончилось в 1955 году, заселение было в 1956 году – на тот момент «Пруитт-Айгоу» был одним из самых больших жилых комплексов в США, включавшим 2870 квартир. Сами квартиры отличались скромными размерами, кухни были маленькими. Из-за невысокой арендной платы обслуживание комплекса оставалось простым, а подчас ограниченным. Например, лифты останавливались не на каждом этаже, а только на первом, четвертом, седьмом и десятом. На этих же этажах располагались комнаты для стирки, общественные комнаты для отдыха и мусоропроводы. Изначально, еще до официального окончания строительства, в комплексе использовался сегрегированный принцип заселения, но после отмены сегрегации на законодательном уровне состав жильцов стал смешанным. Однако в скором времени большинство белого населения переехало в другие места и среди жильцов остались в основном малообеспеченные афроамериканцы. Параллельно с гомогенизацией жильцов в комплексе ухудшилась криминогенная обстановка, возросла преступность. В середине 1960-х годов «Пруитт-Айгоу» уже напоминал гетто: прекратили работать некоторые коммунальные службы, в частности дворники. Власти попытались решить проблему, подняв арендную плату, однако это привело к массовым долгам и неуплате счетов. В результате в одном из домов произошел прорыв канализации и вскоре (в 1970 году) квартал был объявлен городскими властями зоной бедствия. Средств на ремонт инфраструктуры не было, началось постепенное расселение жильцов. За этим последовало решение о ликвидации комплекса. В марте 1972 года было взорвано первое здание, а к 1976 году территория оказалась полностью расчищена и на месте бывшего комплекса возникла лесопарковая зона. «Пруитт-Айгоу» вошел в историю как один из неудавшихся проектов социального жилья.
В 1965–1974 годах в Швеции активно развивалась программа, направленная на предоставление жилья по доступным ценам каждому гражданину. Планировалось построить миллион новых жилищ за десять лет (отсюда и название программы). Одновременно с этим шел демонтаж старых построек. В результате жилищный фонд страны вырос на 650 тыс. новых квартир и домов. Программа осуществлялась при поддержке правящей тогда Социал-Демократической партии, и ее целью постулировалось «воспитание граждан демократического общества». Предполагалось, что такому воспитанию должно способствовать строительство качественного доступного жилья в районах с развитой социальной инфраструктурой, включающей школы, больницы, церкви, общественные здания, библиотеки и клубы для различных групп населения. Кроме того, авторы проекта считали, что важной для достижения заявленной цели является интеграция на одной территории представителей различных социальных слоев. Однако интеграции еще на стадии проектирования мешала однотипность новых квартир, большинство из которых имели стандартный метраж (75 кв. м) и планировку, ориентированную на молодую семью из двух взрослых и двух детей.
Как бы то ни было, основная цель была достигнута – жилищный фонд увеличился. Программу критиковали за то, что она разрушила городской ландшафт мрачными бетонными зданиями, возведенными на окраинах и в пригородах. Это не вполне справедливо, так как половина построенных зданий – не бетонные коробки, а отдельно стоящие дома на одну семью. Более значимой оказалась проблема, с которой уже сталкивались застройщики в США: в новых районах наблюдалась высокая социальная сегрегация, постепенно усиливалась преступность, а состав жильцов пополнялся бедными мигрантами.
Во Франции социальное жилье начало появляться в 1950-х годах и получило название ашалем (Habitation a loyer modere (HLM), жилье с умеренной арендной платой). Низкая цена аренды обеспечивалась государственной поддержкой и финансированием жилых комплексов. К 2004 году в таких жилищах (это могли быть как квартиры, так и частные дома) в стране проживало около 12 млн человек, ашалемы составляли 18 % от всего жилого фонда. Как и в предыдущих двух примерах, социальное жилье предназначалось в первую очередь молодым семьям и воспринималось большинством французов как возможность спастись от родительского гнета. Его неизменная критика была связана с малоэстетичным внешним видом построек, которые, как предполагалось, портили исконный городской ландшафт. Однако на законодательном уровне ашалемы получили зеленый свет: было утверждено, что на территории каждого населенного пункта во Франции должно быть не менее 20 % социального жилья. Если эта доля не достигается, то населенный пункт платит штрафы из городского бюджета. Несмотря на это, довольно многие населенные пункты с богатой историей и те, где традиционно проживают обеспеченные граждане, готовы платить штрафы ради сохранения исторического облика. В качестве примера можно привести Фонтенбло.
Заметим, что внешний вид социального жилья во Франции не так мрачен, как в той же Швеции: жилые комплексы адаптируются под внешний вид района, где они строятся. Кроме того, старые ашалемы регулярно сносятся и территория застраивается новыми, более современными и комфортабельными жилищами. В настоящее время обычное жилье можно отличить от социального в основном по табличке, прикрепленной у входа.
Наиболее успешным можно считать австрийский опыт строительства социального жилья, так называемые красные кварталы в Вене. Кроме того, это один из наиболее ранних примеров – строительство социального жилья для рабочего класса в Вене началось еще в 1920-х годах. Согласно первоначальному замыслу, «красные кварталы» должны были стать городками в городах: застройка осуществлялась по периметру квартала, внутри располагался двор с зеленой территорией. В районах муниципального социального жилья строились прачечные, супермаркеты, детские сады. Первым и наиболее известным таким комплексом стал Метцлейнсталерхоф в 5-м районе Вены. На официальном сайте Вены указано, что «в период