Дмитрий Распопов – Рыцарь смерти (страница 5)

«Ну, хоть притормозили, и то ладно», – разочарованно вздохнул я, поняв, что на эти куски студня моя магия не действует.

Хотя на самом деле я на это сильно и не рассчитывал, будь все так просто, маги давно выполнили бы зачистку.

Без какого‑либо видимого вреда для себя слизни выползли из первого Облака и, восстанавливая скорость, двинулись ко мне. Отходя назад, я на пробу кинул в них Мышей – без всякого эффекта, с тем же успехом я мог кинуть Мышей в стену.

«Начинаются проблемы», – точно определил я свое дальнейшие пребывание в недрах горы.

Дождавшись, когда слизни попадут во второе Облако, я запустил в одного из них сразу три Мыши. Слизень замер на месте.

«Хоть что‑то», – подумал я, атакуя ближайших сначала двумя, потом еще одной Мышью.

Затем, отойдя назад, поставил новое Облако, экспериментируя с количеством и силой Мышей и перебирая различные комбинации, которые могли бы эффективно воздействовать на слизней. Оказалось, что когда слизень в Облаке, достаточно двух Мышей средней силы, чтобы тот замер на десять минут, но стоило убрать Облако или прождать больше этого времени, как слизень снова начинал передвигаться.

Через два часа у меня были хорошие и плохие новости. Единственная хорошая состояла в том, что слизни умирали, если я рубил их мечом, неприятных же имелось значительно больше. Во‑первых, слизней было не просто много, а бесконечно много, во‑вторых, на то, чтобы остановить несколько десятков из них, я тратил слишком много ресурсов, которые к тому же не восстанавливались, ведь крови у этой гадости не было. Ну, и в‑третьих, если я не успевал порубить всех, то подползший на расстояние двух метров слизень начинал плеваться кислотой, которая, попадая на стены, с шипением разъедала породу. Видя изъеденный кислотой гранит, я вовсе не горел желанием получить плевок в лицо.

Все эти эксперименты привели меня к выводу – остановить слизней можно, только убив существо, которое ими управляет. Еще раз проверив запасы крови – единственную фляжку, которую я и взял‑то на всякий случай, так как привык восполнять энергию за счет своих жертв, – я тяжело вздохнул.

«Энергию тратить в крайнем случае, и всегда уклоняться от боя», – определил я свою стратегию, прежде чем направиться еще ниже, туда, куда уходил основной жгут управления зелеными комками.

Второй день я спускался в подземные горизонты, старательно обходя все коридоры, в которых видел слизней. Если бы не карта, которую я тщательно изучил перед походом, то заблудился бы в здешнем лабиринте уже после второго‑третьего уровня. Чем ниже я спускался, тем меньше времени отдыхал. Казалось, что существо, которое всем управляет, знает о моем приближении и теперь тратит почти все силы на то, чтобы меня перехватить. Оно почти не давало мне времени на сон и отдых, я постоянно пребывал в какой‑то полудреме, с трудом осматривая пространство вокруг себя. Все реже удавалось избегать столкновения со слизнями, так как их количество на этих уровнях было просто невероятным, и как я ни старался экономить энергию, она понемногу убывала, не успевая восстанавливаться. И это при том, что я не вступал в бой, а просто замедлял преследователей Облаками, убегая в лабиринты переходов между уровнями.

Сколько раз я хвалил свою память, доставшуюся мне от Поглотителя, за то, что прекрасно помнил все ходы в гномьих шахтах. Если бы не это, я никогда не прошел бы и трети пути.

К концу третьего дня я с трудом волочил ноги, а кровь во фляжке почти закончилась.

К пятому дню я остался почти без сил, с каждым новым уровнем все сложнее и сложнее получалось избегать встреч со слизнями. Кроме того, приходилось тратить много времени на поиски хотя бы немного менее опасных путей в лабиринтах. К счастью, цель была близка, и я с каждым шагом еще больше приближался к ней. Проползая по воздуховоду к большой пещере, в которую вели жгуты от слизней, я старался не думать о том, как буду сражаться с теми, кто наверняка охраняет своего Управляющего, да и способ драки с ним самим я себе никак не мог представить.

Добравшись до конца воздуховода, я осторожно высунул голову, и открывшаяся картина меня неприятно поразила. Пещера оказалась бывшим цехом гномов, в котором переплавляли мифрил в слитки. У одной ее стены располагалось множество больших чанов для плавки металла, а вдоль других стояли длинные стеллажи с ослепительно‑белыми слитками – ни сырость, ни прошедшие столетия никак не повлияли на их состояние. Сама же пещера была так плотно заполнена слизнями, что казалось, ее пол все время шевелится.

Я поискал жгуты управления и увидел, что они уходят в дальний угол пещеры и соединяются там в огромный пучок. Я стиснул зубы. Рассчитывать на прорыв через такой ковер слизней можно было только с полным магическим резервом, а он у меня практически исчерпался.

«Где можно взять энергию или хотя бы кровь для ее трансформации?» – задумался я.

И посмотрел на собственные руки, изодранные в кровь после ползания по узким каменным воздуховодам.

«Похоже, выбора нет», – вздохнул я и, пока не передумал, поставил маленькое Облако впереди себя.

Вытянув руку, я прикоснулся к нему. Кожу обожгло, словно раскаленным металлом, и я застонал, резко отдернув руку. Теперь я ее почти не чувствовал, и мне пришлось долго массировать конечность.

Только минут через десять я смог нормально двигать рукой и в сотый раз пообещал себе, что как только буду в нормальном городе, сразу же куплю самый мощный из возможных накопителей энергии. Со своими поисками я совсем забыл о том, что планировал такое приобретение уже давно, чтобы иметь резерв в подобных ситуациях.

Хоть рука и ожила, но по‑прежнему горела. Я посмотрел на слегка покрасневшее Облако, вздохнул и прекратил его подпитку. Слабенький приток магической энергии, полученный из собственной крови, едва обеспечит мне три средних Облака с небольшим периодом устойчивости.

Прикинув расстояние до того места, где сходились жгуты, я понял, что мои действия должны быть максимально точными, второго шанса мне никто не даст. Перед тем как начинать, я немного полежал, успокоился и начал действовать. Высунувшись из воздуховода, я поставил первое Облако, затем швырнул вниз меч и сам спрыгнул вслед за ним. Звон упавшего клинка эхом отразился в огромной пещере, заставив всех слизней броситься в сторону источника звука. Удачно приземлившись на ноги, я подхватил меч, поставил на пути торопившихся ко мне слизней второе Облако и изо всех сил понесся к тому месту, где сходились жгуты. Пробегая мимо замедленных слизней, я попал под обстрел кислотой – бок, спину, руки обожгло, я почувствовал, что с меня буквально сползает одежда, причем вместе с кожей.

Боль ударила в мозг, но я успел произнести заклинание для третьего Облака. Бросившись по его краю к месту схождения жгутов, я увидел под одним из стеллажей небольшой металлический короб. На бегу перехватив меч, как копье, я с разгона вонзил его в боковину. Клинок легко пробил тонкое железо, и я из последних сил принялся ворочать им из стороны в сторону, раздирая ящик. Из него хлынула какая‑то жидкость и вывалилась небольшая рука – это было все, что я успел заметить, так как боль от разъедавшей мое тело кислоты выбила из меня сознание.

Очнувшись, я застонал и пошевелился, и тут же организм недвусмысленно напомнил о том, что сегодняшнее приключение не прошло для меня бесследно. Стараясь лишний раз не шевелиться, я оглядел и ощупал себя – ожоги были ужасны.

Вся кожа с бока и спины слезла, а регенерация без притока свежей крови не происходила. Немного полежав, я решил все же что‑то предпринять, так как оставаться в таком состоянии было равносильно самоубийству – можно было остаться тут навечно. С трудом поднявшись, я содрал с себя рубаху и, разрезав ее на полосы, постарался перевязать раны. Приведя себя в относительный порядок и пытаясь не обращать внимания на боль, я оглянулся – повсюду валялись неподвижные слизни. Я оказался прав: без управления они были просто комками слизи.

Подойдя к искореженному ящику, я начал вскрывать его. Оттуда вновь потекла странная жижа, ужасно вонявшая. А в ящике обнаружился труп эльфийского ребенка. Сказать, что я удивился, увидев его, – значит, ничего не сказать. Я был поражен.

– Гномам придется мне многое рассказать, – хмыкнул я, рассматривая останки.

В глаза сразу бросилась несоразмерность туловища трупа и его головы, она была такого же размера, как у взрослого эльфа.

«Сколько же эльфы экспериментировали, прежде чем создать этого уродца с такой ужасающей силой магии Разума?» – подумал я.

Закончив изучать эльфенка, я разрубил его череп и достал мозг. Он был странного желтого цвета, так что я заколебался, есть его или нет. С одной стороны, цвет и запах были ужасны, но с другой – мозг такого существа должен быть просто насыщен нужными мне веществами, а увеличить свои силы Поглотителя я всегда стремился. Решившись, я, давясь, принялся его есть. Он ничем не отличался от остальных, был таким же осклизлым и противным на вкус. Съев все, я поставил над трупом Облако, пытаясь вытянуть из эльфеныша хоть что‑то для подкрепления своих сил. Облако пожелтело, и я снова задумался над тем, преобразовывать эту жидкость в энергию или сразу впитать в себя.