Дмитрий Распопов – (Не) Все могут короли (страница 5)

— Конечно это будет не так эффектно, как если это были бы вы сами, но деньги и правда нужны срочно, — тяжело вздохнула она.

— Тогда я собираюсь и выдвигаюсь немедленно, — я громко кликнул слуг, чтобы они отнесли меня в мою комнату, и собрали вещи в походный сундук.

— Что скажешь мама? — когда опасный гость отбыл, в комнату вошёл никуда не уходивший кардинал Конти, — я был прав? Ему можно доверять?

Женщина задумалась, вспоминая свои ощущения от беседы с Венецианцем.

— Что точно правильно, так это желание проклятого Орсини держать его на коротком поводке, — ответила она, спустя минуту раздумий, — словно боевой пёс, этот ребёнок сметает всё на своём пути. Если ты привяжешь его к себе милостями и должностью, он послужит и нам верой и правдой, после смерти старого хозяина.

— Да, мои ощущения точно такие же, — признался сын, — он очень умён и образован, но очень узко мыслит. Его интересуют только золото и слава, добытые в бою, а это мы всегда сможем ему обеспечить, будучи на папском престоле. Врагов, через которые нам придётся переступить, будет очень много.

— К тому же, королей и императоров ему не привыкать приводить к твоей воли Лотарио, — согласилась Клариссия.

— Хорошо, тогда ты тоже не против приблизить его к нам?

— Да, отклони предложение семьи Савелли, остаток суммы возьмём у Венецианца. Его самолюбие удовлетворят должности и милости, а лишние кардиналы в коллегии нам пока не нужны. Нет смысла обещать подобное, сам понимаешь почему.

— Да, крайне не хотелось бы видеть его армию, под стенами Рима, — с лёгкой усмешкой ответил кардинал Конти, — а он это может осуществить. Кардинал Альбино достаточно подробно рассказал о том, как тот зачистил Венецию от других четырёх враждебных ему великих домов.

— Что же, тогда нам остаётся только ждать, — согласилась мать, — расскажи мне тогда пока о его корабле. Он сказал, что он быстрейший среди всех.

— О, тут мне будет о чём тебе поведать, — воодушевился кардинал, — поскольку это действительно так.

Они, тихо разговаривая, направились на первый этаж поместья.

Глава 4

22 декабря 1197 года от Р.Х., Венеция

— Мам привет, а где отец? — крикнул я издали, помахав в приветствии графине.

— Во дворце дожа, где ему ещё быть в это время, — она подошла ближе и обняла меня, наклонившись к носилкам, — знаешь дорогой, я уже спокойно начинаю реагировать на твои внезапные убытия и появления.

— Мне нужно только с ним посоветоваться и снова уплывать, — улыбнулся я, — прости, но не могу даже на ужин остаться. Зайду к отцу, к дяде Джованни, в дом Бадоэр и снова в дорогу. Как тут кстати в целом дела? Особенно со стороны детей и девушек других домов?

Забросал я её вопросами.

— Детей уже успокоили, занимаются с учителями вместе с нашими, — степенно ответила она, — с более взрослыми пока сложнее, они дичатся и злятся. Но на это понадобится время и пара сотен плетей, уверена мы справимся.

Она замолчала и глазами показала вправо. Повернувшись, я увидел, как дядя Андреа спускается с лестницы, ведя за руку знакомую мне девушку.

— Дядя! — позвал я его, он заметив меня, вздрогнул, но пересилил себя, подведя жену ближе.

— Думаю представлять вас друг другу не нужно? — буркнул он.

Я откинул плащ со своего тела, показав тонкие, словно спички руки и ноги, которые туго обтягивала кожа.

— О, я очень хорошо знаком с вашей женой, — весело ответил я, показываясь во всей красе. Мама, увидев то, что я обычно старался скрывать, вскрикнула и со слезами бросилась к носилкам, а Анна, так и не смогла поднять глаза, чтобы на меня посмотреть.

— Ладно, — я снова закрылся накидкой, гладя графиню по руке, успокаивая её, — дядя Джованни дома?

— Да, Витале, ты хочешь его видеть? — родственник от произошедшей неловкой ситуации, постарался быстрее покинуть нас.

— Если несложно, я был бы вам благодарен, — попросил его я.

Он кивнул, и забрав жену, позвал слуг.

— Тебе нужно больше есть Витале, — переживала мама, всё никак не успокаиваясь.

— Не переживай, ем много и часто, просто организм пока ещё не отошёл от произошедшего, — спокойно ответил я, — всё будет в порядке, не волнуйся, после морских прогулок я чувствую себя много лучше.

Я рассказал ей о своём путешествии, опуская конечно же подробности, особенно связанные с угрозой для жизни, когда наконец не появился ожидаемый мной второй родственник.

— Прошу нас простить, дела, — извинился я перед графиней, когда Джованни подошёл ближе, поздоровавшись.

— Постарайся хотя бы поужинать с нами, — она, вытирая слёзы, поднялась с колен, — я была бы тебе очень признательна.

— Не обещаю, но постараюсь, — я пожал плечами.

— Что случилось? — поинтересовался дядя, когда мы остались одни.

— Свяжитесь с Дарио, который представляет наш род в Константинополе, — попросил я, — я завернул на него русских купцов с лесом. Какие новости по северянам?

— После всего случившегося, ты так и не оставил свою идею с собором? — удивился он.

— С чего бы это? — я пожал плечами, — для себя же это делаю по большей части. Так что по норманнам?

— Я договорился, и заключил контракт, — он ничуть не удивился моей активности, — двести тысяч стволов лиственницы будут поставлены в течение следующего года.

— Отлично, русичам те же сроки поставьте, — обрадовался я, — что с мрамором?

— Тебе придётся лично договариваться с Гуальтье II, епископом Луни, — он покачал головой, — он не принял моих посланников, отказался обсуждать чтобы-то ни было с венецианцами.

— Хорошо, займусь, — сделал я себе в голове памятку, — что ещё?

— Истрийский камень, что ты присмотрел для строительства, можно запросить у дома Фалье, но тебе нужно поговорить с отцом, они вряд ли захотят разговаривать только с тобой.

— Хм, хорошо, что ещё?

— Ну и пора делать клич архитекторам, чтобы выбрать, кто будет строить, — он внимательно на меня посмотрел, — не ты же сам будешь это делать?

— Конечно нет, я в этом ничего не понимаю, — открестился я от этой обязанности, — спасибо, занимайтесь тогда пока деревом, с меня мрамор и камень.

— Ты ещё даже место не получил, — хмыкнул он, когда матросы подняли мои носилки.

— А что, совет ещё не принял нужного решения? — удивился я, — тогда тем более, посещу их, мотивирую своим присутствием.

Дядя осуждающе покачал головой, но ничего не стал отвечать. Попрощавшись с ним, я отправился к отцу. Примечательно, что кавалькада лодок, которая перевозила меня и мой весьма немаленький отряд охраны, привлекала всеобщее внимание, но когда видели носилки, водная гладь перед лодками таинственным образом очищалась.

У дворца дежурила дворцовая гвардия, которая при нашем появлении тоже посчитала должным сделать вид, что не заметила меня, видимо насаженные на кол с содранной кожей предыдущие их товарищи, нёсшие стражу в том время когда меня пытали, дали явный намёк не злить меня. Поэтому в составе пятидесяти вооружённых людей я и вломился на заседание городского совета. При виде меня и охраны, многие почему-то побледнели.

— Витале, что ты себе позволяешь! — возмутился отец, привставая со своего кресла.

— А что такое? — притворно удивился я, — с прошлого раза я подумал так можно всем.

Энрико тяжело вздохнул.

— Нет Витале, это был исключительный случай, прошу тебя соблюдать приличия.

— Ладно, тогда дождусь вашего перерыва, — я пожал плечами, и словно вспомнив, спросил, — да, кстати, а совет принял уже решение по выделению мне земли в обмен на земли безвременно покинувших Венецию благородных домов.

— Как раз этим и занимаемся, — проворчал отец, — если не будешь мешать, то дело пойдёт быстрее.

— Я предлагаю проголосовать прямо сейчас, — я шевельнул рукой и позади меня матросы демонстративно потянулись к мечам.

— Витале! — в возмущении, отец подпрыгнул с кресла, — это переходит все границы!

— Все границы были нарушены, когда меня отправили в пыточную по надуманным обвинениям, — я столкнулся с ним взглядом, и не отвёл его, — так что пусть прекратят раздражать меня и выделят землю.

— Км-км, — из-за стола поднялся один старик, — думаю этот вопрос и правда не стоит траты нашего времени, род Дандоло предложил взамен действительно более дорогую землю, поэтому предлагаю сразу и проголосовать об отведении затребованного участка на острове Дорсодуро под нужды Витале Дандоло. Я голосую — за.

Многие скривились, но все проголосовали вслед за ним, естественно положительно. Я поклонился, поблагодарив их за столь быстрое принятие решения, и помахал рукой на выход. Суровый взгляд отца вслед, подсказал, что этот разговор ещё не окончен. Чтобы не ждать его просто так, я отправился к дому Франческо, у которого не был с той памятной ночи, хотя с другой стороны, если Анна вернулась в город и свадьбу так быстро сыграли, что даже не дождались меня, то наши договорённости с ним явно выполняются, что не могло не радовать.

Охрана дворца, снова появившаяся на своих местах и тут сделал вид, что мимо неё не проходит огромный вооружённый отряд. Глава семейства в доме наличествовал, так что мне сразу предложили подняться к нему. В комнате мало что изменилось, если только видоизменился похудевший и не такой румяный, как прежде Франческо.

— Что с вами, дорогой компаньон? — обеспокоенно спросил я, — у вас нездоровый вид.

— Витале, мне сейчас не до шуток, — скривился он.