Дмитрий Распопов – Лучшая пятёрка (страница 8)
Он, не глядя по сторонам, сразу же прыгнул в пустой окоп и, быстро достав из-за спины голубое круглое оружие чужих, прицелился и выстелил по одной из капель. Не я один следил за результатом его стрельбы, так что когда на поверхности той капли, в которую он целил, появилась дыра с раскалённым краями, услышал, как внутри скафандра раздался голос соседа:
– Ты видел?! Видел?! Блин, я сегодня тоже себе такое захвачу, жаль вчера сдал за кредиты!
После того как ещё тремя выстрелами он разворотил технику окончательно, остальные капли быстро убрались с поля боя, лишь изредка стреляя в нас издалека. Стало спокойнее, поскольку атака захлебнулась, и насекомые отступили сразу же следом за своей техникой.
За оставшееся время задания нас атаковали ещё пару раз, но неизменно откатывались, поскольку тот человек, у которого имелось их оружие, палил весьма метко, расстреливая технику на ровном плато, как в тире, мы же поддерживали его из винтовок, отгоняя богомолов. Так и просидели оставшееся время, а когда таймер стал нулевым, те, кто пришёл раньше, попрыгали в телепорт, оставляя на поле боя тех, у кого время еще оставалось. Трофеи собирать я не стал, так как насекомые не давали высунуться на плато, открывая огонь по любому, кто пытался добраться до лежащих трупов или раскуроченной техники.
Я опустошённо привалился к стене ангара, восемь реальных часов в игре физически тяжело было переносить, и хотя моё тело не устало ни капли, мозг определённо давал команды, что на сегодня точно хватит.
Напоследок перед выходом я посмотрел свою статистику.
Прошлый раз уровня отношения в этом окошке не было.
«Видимо, добавляется то, что появляется», – догадался я, выходя из игры.
– Лейтенант, как вы? – Открыв глаза, я увидел перед собой обеспокоенное лицо куратора.
– Отлично! – удивился я её вниманию. – Что-то случилось?
– Ничего, просто вы пробыли в игре десять часов подряд, так что вы первый из гражданских испытателей, кто вышел после такого срока без проблем, – она снова уколола меня инъектором, забрав кровь, и предложила выйти из шара.
– Я встречал и других, – идя за ней, я лучше чувствовал своё тело, в отличие от прошлого раза, в этот раз погружение прошло проще, мне не потребовалась посторонняя помощь, лишь слегка штормило. Отказавшись от помощи двух военных, я самостоятельно дошёл до кушетки и прилёг, голова лишь слегка кружилась.
– Показатели в норме, повышен уровень адреналина, но, думаю, это нормально после такого длительного погружения, – она закончила исследования и повернулась ко мне: – Считаю, на сегодня вам хватит. Завтра в это же время?
– Вы так и не ответили, я ведь видел других людей там, почему я первый играл десять часов? – недовольно переспросил я её.
– Вы свободны лейтенант, – она отвернулась и занялась своими делами.
Я же, зло посмотрев на неё, отправился домой, похоже, никто не собирался мне ничего объяснять, в том числе и то, почему во время боя я слышал, когда меня окликали как минимум на трёх языках. Я хорошо знал английский и немного немецкий, так что точно мог понять, что ко мне обращались носители, а не просто русский, решивший продемонстрировать знания, акцента у них не было совершенно.
***
Идя домой, я внезапно вспомнил оговорку куратора, которой сначала не придал значение.
«Она сказала “гражданский испытатель”, – вспомнил я дословно, – значит, игру параллельно тестируют и военные? Хотя это и не удивительно, ведь если они её придумали, то явно вначале были задействованы военные специалисты. С другой стороны, зачем они тогда в нашу группу добавили военного лётчика? Для вида?»
Вопросов было больше, чем ответов, а самое обидное то, что никто не собирался посвящать меня в саму программу тестирования или в его результаты, я был как обычный пользователь.
Зайдя в квартиру, я с удивлением отметил, что Маши еще не было, так что пришлось поручить дому готовить ужин на двоих, а самому отправиться в душ. Отмокал я долго, так что когда по боку прошёлся холодок, а следом за этим ко мне прижалось горячее тело, довольно улыбнулся.
– Где была? – я повернулся и, опустив руки на упругую попу, сделал несколько хватательных движений.
– Ой, дурдом, а не день, – Маша прижалась к моей груди, и я усилил струи воды, чтобы хватало двоим, – сначала телевидение, потом журнал «Игровой мир», потом с подружками встретилась, ну и в зал, конечно, забежала, с этим чемпионатом я совсем себя забросила.
– Мои руки говорят об обратном, – сделал я комплемент, гладя упругое тело. Моё такими мышцами, как у неё, похвастать точно не могло.
– У тебя как? – она подхватила мочалку и стала меня намыливать.
– Десять часов в игре, – я пожал плечами, подставляя грудь по её руки, – знаешь, пока довольно скучно, слишком однообразный гемплей, хорошо, что хоть платят за него, так бы вообще, наверно, мрак было.
– А что ты там делаешь?
– Ну… – я не успел открыть рот, как мы оба вскрикнули от боли.
– Ай!! Ты чего током дерёшься?! – Маша отпрыгнула от меня, почёсывая руку.
– Блин, совсем забыл, – я показал браслет на руке, – мне, похоже, мало что вообще можно отвечать. Хотя на первое предложение он не среагировал, какой дурак его настраивал?
– Вообще, твои работодатели озверели, – она, опасливо косясь на металлическое кольцо, снова стала меня мыть, – его нельзя хотя бы перед душем снимать?
– К сожалению, нет, я так и не понял, где у него застёжка, – я показал ей, чтобы убедилась сама в отсутствии видимых замков или разъёмов.
– Может, нафиг такую работу? – Маша вручила мне мочалку, чтобы я намылил ей спину. – Как-то всё выглядит небезопасным.
– Триста тысяч, Маш, – напомнил я ей свою ставку, – где такую работу ещё найти?
– Мог бы попробовать в другую команду устроиться, – робко заикнулась она, – меня спрашивали уже.
– Ты не знаешь на каких условиях меня выперли? – удивился я. – На собрании это не обсуждали?
– Нет, нас просто перед выбором поставили и всё, – она виновато посмотрела на меня снизу вверх и слегка простонала, когда я мочалкой полез ниже, чем было нужно.
– Мне запретили играть в профессиональных командах три года, – просветил я её, девушка чуть прогнулась от моих движений.
– Бред какой-то, зачем?
– Не знаю, видимо, боятся, что в новой команде мне дадут корабль, и я на нём составлю вам конкуренцию, – я пожал плечами, – в «Империи», как я понял, остался корабль Никиты.
– Да, они недавно спрашивали меня о тебе, – она практически стонала, а не говорила.
– Предлагаю секс, я не могу уже, – я забросил мочалку в угол и девушка меня поддержала.
***
– Странные условия конечно, – мы ели в зале, смотря программу с её участием, уставшие, но довольные после душа.
– Да ладно, по фигу, Маш, у меня появилась работа, я читал контракт, минимум полгода будет длиться тестирование, так что после этого, если всё будет нормально, останусь тут. Если я за два дня нафармил на квестах почти сорок тысяч кредитов, может, проживу, как-то на этом. Пока, к сожалению, нам не говорят, сколько это будет в рублях.
– Когда у тебя зарплата? – поинтересовалась она.
– Десятого, – вспомнил я, – тогда и узнаю, ну, мне так обещали, по крайней мере.
Девушка внезапно перестала есть и осторожно произнесла:
– Как ты отнесёшься, если я куплю себе квартиру?
Мои недавние страхи тут же всплыли в голове, а сердце гулко забилось. Я так часто думал об этом, пока она была на турнире, что старательно гнал от себя подобные мысли, но вот оно случилось.
– Если считаешь нужным, то конечно покупай, ведь это твои деньги, – как можно более спокойным тоном сказал я.
– Ой, малыш, ты у меня такой понимающий, – она придвинулась ближе и поцеловала, посмотрев в глаза.
– Ты правда не будешь обижаться? Ты столько копил на эту, а тут вся эта история и чемпионат без тебя…
Она смутилась.
– Маш, всё нормально, – я поцеловал её и выглядел спокойным, – тем более недвижимость – всегда неплохое вложение денег.
– Да, мне родители так же сказали! – она обрадовалась и вернулась к еде. – Все уши прожужжали, что таким деньгам в банке нечего делать, лучше купить что-то стоящее.
«Зная этих халявщиков, – я вспомнил её маму и папу, – не удивлюсь, если ещё и жить в ней станут, прикрываясь тем, что всё равно дочь сейчас обитает у меня».