Дмитрий Распопов – Кровь, золото и помидоры (страница 9)
Русские князья, назначили мне встречу через Романа Мстиславовича в Кракове, поскольку моё предложение встретиться в Киеве, Смоленске, Чернигове или Новгороде, они по непонятной мне причине категорически отказались рассматривать, выбрав бывшую польскую столицу.
От количества прибывших дружин и разных флагов, рябило в глазах, а выступающий как посредник между нами, Роман Мстиславович суетился больше всех, чтобы разместить князей согласно их старшинству и размеру войск. Что-то такое, отчего я был весьма далёк. Я лишь с нетерпением ждал, когда мне отдадут все причитающиеся деньги и я наконец смогу уйти из этого места, с большой надеждой, никогда сюда больше не вернуться. Захват территорий, оказался скучнейшим и изматывающим делом, где на долю сражений выпадало только десять процентов всего времени, остальное тратилось на марши, осады и рытьё траншей, чтобы сберечь своё войско при штурме. Мне это было крайне неинтересно, и только упрямство и желание доделать всё до конца, получив за это большое денежное вознаграждение останавливали меня от того, чтобы всё бросить и уйти обратно, ведь даже награбленного за это время было столько, что отец в ответных письмах ехидно интересовался, долго ли ещё любимый сын будет развлекаться на чужбине, поскольку сокровищницы дворца рода были забиты все битком и ему приходилось всё новые партии ценностей хранить уже под дворцом дожа, что было крайне проблематично, поскольку приходилось выставлять для этого дополнительную охрану.
И конечно же, за это время я придумал, как начну мстить королю и королеве Франции. План медленно, но верно созревал в голове и к этому моменту я чётко знал, как с ними поступлю. Военные действия с ними по понятным причинам были невозможны, так что я решил использовать современные информационные методы борьбы, но об этом им ещё только предстояло узнать, как только я доберусь до дома.
Огромный круглый стол, подчёркивающий равенство всех за ним сидящих, специально был собран по просьбе Романа Мстиславовича, чтобы не обидеть князей, если усадить их за обычный прямоугольный, со мной во главе. Он настоял, я не стал спорить, лично мне было всё равно где сидеть. За спиной было огромное войско, которое окружило город и княжеские дружины в пять и даже семь тысяч были на этом фоне каплей в море. Одних половцев у меня было под пятнадцать тысяч, не говоря уже о наёмниках и собственном войске.
Пока я размышлял и разглядывал гостей, слово взял Роман Мстиславович и долго, но крайне подробно описывал ситуацию, а также то, что всех их здесь собрало. Вступительная речь затянулась, и я ушёл в собственные мысли, размышляя, каким путём лучше всего пойти обратно.
— Венецианец! — громкий голос выдернул меня из раздумий и я поднял голову.
Недовольный Роман Мстиславович, показал, что на меня смотрят все остальные.
— Да?
— Великий князь владимирский Всеволод Юрьевич спрашивает, — повторил он вопрос, который я не услышал, — когда ты уведёшь войско после получения оплаты.
— Как только вернутся все оставленные гарнизоны, — я пожал плечами, — только я хотел бы спросить у уважаемого сообщества, кто готов выкупить у меня другие страны, кроме Польши?
За столом мгновенно повисло молчание.
— М-м-м, Витале, я не очень понял, твой вопрос, — Роман Мстиславович обратился ко мне, видимо выражая всеобщее недоумение.
— Ну, двести пятьдесят тысяч я просил за Польшу, и первую часть этой суммы получил от вас серебром и пушниной, тут нет вопросов, но только пока вы думали и размышляли над оплатой второй части, я от скуки захватил ещё Литву, Латвию, Эстонию, Померанию и Полоцк, — я говорил, а лица князей становились всё более ошарашенными, — поэтому и спрашиваю, они кому-нибудь из вас нужны? Или я предложу их Дании, Швеции или Священной римской империи?
— От скуки? — на меня перевёл взгляд князь Владимирский, которого я помнил по прозвищу Большое Гнездо.
— Вы слишком долго думали, а мне нужно было чем-то заниматься в это время, — я пожал плечами.
Князья стали переглядываться и кто-то попытался встать из-за стола.
— Никто отсюда не уйдёт, — спокойно сказал я, пошевелив рукой и ворвавшиеся солдаты, нацелили арбалеты на присутствующих в зале охрану князей, — пока я не получу пятьсот тысяч марок серебра за все территории.
Князья попытались встать и обнажить мечи, но пара арбалетных болтов, по их боярам, поваливших их на пол, быстро всех успокоили. Сеньор Бароцци вежливо и с извинениями разоружил всех в комнате и выставив охрану, встал позади меня. Атмосфера за столом стала гнетущей. Грозные и гневные взгляды в мою сторону я смело игнорировал, поскольку ни одна из их дружин не пойдёт на штурм города, ведь сейчас вокруг было полно моих войск.
— Так что, дорогие князья, трясите мошной, посылайте гонцов, но никто из вас отсюда не выйдет, пока я не получу причитающееся.
— Витале, ты сам пришёл на эти земли! — возмутился Роман Мстиславович, чувствующий себя больше всех оскорблённым, ведь именно он выступил инициатором этого сбора, — мы тебя не звали! И теперь ещё требуешь дань?!
— За последние пару лет, меня столько раз все обманывали, что я решил сменить свою линию поведения, — признался я ему в ответ, — вместо честности и сдерживания данного мной слова, я теперь опираюсь на силу своих клинков, а их у меня пока гораздо больше, чем у вас вместе взятых. Ну и готовы ли вы, сражаться вместе, бок о бок? Зная, что в случае ослабления каждого, другой потом этим тотчас же воспользуется и захватит часть территории?
Эта мысль погрузила их в задумчивость.
— Что ты конкретно предлагаешь, отрок, — наконец поднял голову и произнёс Всеволод Юрьевич.
— Пятьсот тысяч марок серебра и вы получаете все захваченные мной земли, я вывожу из городов гарнизоны и увожу войско домой, как только получу всю сумму деньгами ли, товарами, или ещё чем.
— Это неподъёмная для нас сумма, — гневно посмотрел на меня черниговский князь.
— Ну или возможен другой вариант, — я спокойно на него посмотрел, — вы и ваши дружины героически гибните здесь, под Краковом, а дальше я потрачу чуть больше времени, чтобы захватить все ваши земли, и посмотрю сам, так ли вы бедны, как сейчас говорите.
Судя по спомурневшим лицам князей, такой расклад их ещё меньше устраивал.
— Нам нужно это обсудить, — озвучил общее мнение Всеволод Юрьевич.
Я поднялся из-за стола и развёл руки.
— Да ради бога. Сколько хотите, если нужно сеньор Бароцци предоставит вам еду и вино. Только не обессудьте, из этой комнаты вы и ваши бояре не выйдете, пока что-то не решите.
— А если мне нужно будет справить нужду? — возмутился новгородский князь.
— Вы же воины, чего вам стесняться друг друга, — отмахнулся я от столь незначительной проблемы, — в общем пользуйтесь моим гостеприимством, сколько пожелаете. Как будете готовы дать ответ, зовите, а я пойду от скуки посмотрю, что есть ещё поблизости к границам Польши.
— Король Венгрии, сеньор Витале прислал недавно послов, просил напомнить, что мы братья по вере и негоже возводить между двумя христианами вражду, — с ухмылкой сказал мой соотечественник на латыни, которую здесь некоторые знали, и могли перевести другим.
— Надеюсь вы отправили ответ, что тогда непонятно, почему он поддерживает восстания Задара против Венеции?
— Всё, как вы и просили, — хмыкнул военачальник.
— Посмотрим, что он ответит, — улыбнулся я в ответ, и вышел из комнаты.
Почти два месяца потребовалось князьям, на сбор нужного количества товаров и денег, чтобы уложиться в заявленную мной сумму. Главным поводом к тому, что они согласились, послужило то, что на третий день их сидения в запертой комнате, дружины захотели есть, как впрочем и их кони, так что после того как я предложил всем покупать эту еду у меня, за деньги естественно, переговорный процесс резко ускорился.
Когда земли были поделены между ними, доли выплат от каждого князя мной согласованы, мы подписали большой Краковский пакт о мире, как я пафосно его назвал и во все стороны русской земли направились гонцы, вместе с частью дружин, чтобы не проедали деньги зазря, и послужили к тому же охраной на обратном пути товарам и деньгам.
Наконец, после длительного ожидания, я стал получать причитающееся мне по пакту ценности и стал выпускать из города тех, кто расплатился полностью, провожая как гостеприимный хозяин, прямо до ворот города, правда в сопровождении небольшой армии, чтобы чего-нибудь, злые на меня князья, не учудили по дороге.
С каждой новой неделей замок всё больше пустел, и последним, из-за самой большой отошедшей к нему земли, и следовательно выкупа, со мной простился князь Владимирский. Роман Мстиславович, поспешил одним из первых меня покинуть, опасаясь мести со стороны других князей, и я его в этом не мог винить.
— Не скажу, что был рад нашему знакомству, — он, остановился за воротами, и повернулся ко мне, — но польза от этой встречи всё же явно была.
— Надеюсь, этот урок пойдёт Руси на пользу, — спокойно ответил я, — иначе если и дальше продолжите ссориться друг с другом за клочки земли, то довольно скоро познакомитесь с одним моим другом, встречу с которым многие из вас не переживут князь.
Всеволод Юрьевич замер, его лицо стало серьёзным.