Дмитрий Распопов – Изгой (страница 30)

— Давай, — неожиданно низким, грудным голосом ответила девушка, и подняла на него взгляд, — кто из вас главный?

От вида глаз, в белках которых было вместо одного, целых два зрачка, причём разных цветов, у парня мгновенно задрожали колени. Непослушная рука поднялась к груди и он, никогда не веривший ни в одного бога, стал креститься, мгновенно вспомнив, как когда-то в детстве, этому его научила мать.

— Чур меня! Чур!

— Жжёный тащи её! Что копаешься! Сам же говорил по быстрому всё сделаем! — позади послышался нервный голос Кислого.

— Ага, похоже ты и есть главный, — довольно произнесла девушка, — послужишь мне проводником. Остальные нам не нужны.

Жжёный, с внезапно трясущимися от ужаса руками и ногами, оглянулся по сторонам, смотря, как безмолвно опадают на тропинку его товарищи, не произнеся при этом ни звука.

— Веди на станцию, мне нужно попасть в город, — девушка поманила его пальчиком, — ну же, чего ты такой застенчивый? Ведь только что хотел со мной познакомиться.

— А… ч-ч-то с…с…ними, — голос парня внезапно дал петуха.

— Мертвы конечно, — она беззаботно качнула головой вперёд, — будешь испытывать моё терпение, то я сначала переломаю тебе ноги, затем руки и напоследок откручу тупую голову и отдам её на корм воронам. Пошёл!

Последние слова она сказала с такой интонацией, что парень подпрыгнул на месте и бросился вперёд, постоянно оглядываясь на девушку позади себя.

— Вы…вы. Отпустите меня? — он сглотнул слюну, которая комом встала в горле.

— Если доставишь меня до одного места, и побудешь при этом хорошим гидом, я подумаю.

— Что вы хотели бы узнать? — Жжёный даже не помышлял о бегстве, поскольку от незнакомки просто веяло холодом и той особой опасной силой, которую он живя на улицах с малолетства, знал назубок. Людей именно с этой особой сущностью он всегда обходил за квартал, что и позволило ему в отличии от его более тупых товарищей дожить до сегодняшнего дня. Вот только сегодня чутьё подвело его и он ошибся. В этот момент он нисколько не сомневался в том, его жизнь висела сейчас на волоске.

— Да, всё. О городе, людях, чем живёте, — девушка вернула капюшон на место.

По интонациям голоса парень понял, что её это и правда интересует. Он, сбиваясь и путаясь в словах, стал показывать и рассказывать всё, что окружало их вокруг.

Когда они прибыли на станцию, девушка указала на самую дорогую повозку.

— Эту хочу.

— Она дорогая, — попытался пискнуть парень, мгновенно почувствовав, как силы покидают его и он падает на колени, хотя секунду назад твёрдо стоял на ногах.

Маленькая, аккуратная ножка, обутая в коричневую, явно дорогую кожаную туфлю, опустилась ему на пальцы, вминая их с не дюжей силой в каменные плиты дороги.

— Я сам решу, что мне нужно. Это понятно? — от её голоса у него сдали последние нервы и он лишь учащённо закивал головой.

— Отлично, рада что мы достигли взаимопонимания, — она пошла к выбранной повозке, не смотря как сидящие вокруг извозчики, начали насмехаться над парнем.

— Ха-ха!! Жжёный, ты когда успел стать слугой у благородных? — во весь голос гоготал сидящий на козлах двухколёсной повозки извозчик, когда они с девушкой подошли ближе.

— Нам нужно в город, — девушка указала рукой вперёд на дорогу.

— Два франка краля и я не только довезу тебя до места, но и доставлю много удовольствия, — тот подкрутил ус.

— Ей управлять умеешь? — девушка посмотрела в сторону Жжёного и парень лишь кивнул, боясь произнести хоть слово.

— Едем, — она стала садиться в бричку, а парень с ужасом наблюдал, как хохочущие на станции мужчины, молча начали опадать со своих мест, заваливаясь кто куда. Всё это происходило в полной тишине, которая давила на него так, что он всхлипнул. Нейтан, который сидел перед ним, просто упал на землю, в зажатой руке утащив за собой поводья, так что ему пришлось сначала разгибать чужие пальцы, а затем оттаскивать тело влево, стараясь при этом не пугать лошадей, которые начали нервно всхрапывать.

— У вас есть магазин масок или чего-то подобного? — неожиданно спросила незнакомка, когда он поднялся и занял место на узкой скамейке, качнув вожжи, чтобы повозка тронулась вслед за лошадьми.

Он лишь снова качнул головой.

— Сначала заедем туда, а пока продолжай рассказ, я слушаю.

Чувство, когда ты находишься в чужом теле было ни с чем не сравнимое. Было такое ощущение, словно меня засунули в бутылку и в таком состоянии я пребывал с того момента, как вселился в тело Жули. Её душу и сознание я чувствовал, они были рядом, стоило только протянуть руку, причём девушка не волновалась и не переживала, целиком доверяя мне, хотя я чувствовал, что у неё есть возможность побороться за контроль над телом. Просто она умышленно это не делала, позволяя целиком руководить мне.

— «Это нужно будет тщательно исследовать, — понял я, — ещё не хватало чтобы тот в кого я соберусь переместить душу Анны, выкинул её обратно».

— Эй Жжёный, куда везёшь такую кралю! — послышался весёлый голос сбоку, когда мы въехали в пригород столицы, со стороны ещё довольно небедных кварталов. Об местном устройстве и жизни мне многое поведал новый возница и то, что я услышал не внушало хоть каплю удовольствия.

Стоило только каплю напрячь волю, как позади опали трупы людей, которые пытались остановить повозку, увидев знакомого, везущего куда-то хорошо одетую девушку, явно не с этого района. Спина возницы снова вздрогнула.

Мы ехали вдоль сотен домов которые были настолько единообразными, что взгляд негде было и не на чем остановить.

— Послушай, а где у вас школы? Магазины? Прочие удобства? — поинтересовался я, видя перед собой только однотипную плановую застройку.

— Нет, — он откашлялся перед ответом.

— Как это нет, а где вы покупаете продукты? Учите детей? Работаете в конце концов? — удивился я.

— Продукты вымениваем или покупаем у сельских, которые приезжают каждое утро на выделенные для них рыночные места, ну или в среднем городе воруем в лавках. Работаем как все, в работных домах, по выбранной специальности.

— Все одновременно что ли? — не понял я.

— Нет посменно, по двенадцать часов в день.

— А-а-а, видел, длинные такие высокие здания, окружённые заборами, — я вспомнил свои поездки по провинциям, — почему не работаешь ты? Лентяй?

— Моя смена дневная, если не явлюсь, поставят прогул, — хмуро ответил он.

— И всё? Какая-то слабая мотивация работать по двенадцать часов.

— Три прогула и тебя лишат души, — пояснил он, — за этим тщательно следят, лучше даже, чем за сдачей налогов.

— Так погоди, что ты мне тут пудришь мозги, — снова не понял я, — а если я не хочу работать? Или болею например.

— Болеть можно, но не чаще трёх раз в год. Не работать нельзя, — он старательно пытался донести до меня свои сбивчивые мысли, — придёт полиция и отведёт тебя в дом благости и всё, ты на небесах.

— Погоди, ты меня в конец запутал, — я приказал ему остановится, — но есть же старики, дети, беременные, инвалиды в конце концов. Как они могут работать в подобном графике?

— А вы много стариков или калек видели вокруг? — он повернулся ко мне и показал рукой кругом.

В глядевшись в сотни и тысячи людей, которые занимались своими делами, или просто свисались с окон, переговариваясь с соседями, я и правда не заметил среди них ни одного старше примерно шестидесяти лет. Холодок пробежал по спине.

— Хочешь сказать живут только те, кто может работать?

Он невесело качнул головой.

— Во время правления короля было по другому, но потом была революция и ввели новые законы, к которым привыкли сначала наши родители, а потом и мы.

Я, всё ещё не веря, показал рукой, чтобы он продолжил движение, а сам тщательно всматривался по сторонам.

— Стоять! Пропуск! — дорогу нам перегородил конный наряд полиции, и старший из них успел сказать лишь одну фразу. Мы поехали дальше, а сползшие с сёдел всадники, осели на землю.

Через два часа движения среди одинаковых, успевших набить оскомину домов, которые и не думали заканчиваться, парень свернул вбок, везя меня куда-то влево. Почти сразу, когда мы съехали с нормальной дороги, наперерез нам бросались то одна группа людей, то другая, но не добегал никто. Все опадали на землю, пополняя изрядно разросшуюся ауру Жули. Кстати для меня неприятной новостью стало то, что находясь в её теле, я мог управлять только её аурой, а она у ней была крайне не прокаченной и малой по размеру, поэтому каждая смерть всё больше её подпитывала, позволяя становиться сильнее. Желания убивать невинных людей у меня не было, но вот тех, кто осознанно пытался причинить вред девушке, я убивал без малейших колебаний.

— Мастер Арнольд, я вам клиента привёз.

Мы остановились возле дома, где до этого играли дети, но как только мы подъехали ближе, вся округа словно вымерла. Показательные смерти оказались отличным аргументом для местных оставить нас в покое.

Из окна первого этажа выглянуло бородатое лицо, всё сплошь покрытое старыми язвами от оспы.

— К кому-то другому не мог поехать? — буркнул он.

— Можете сами ей это сказать, — Жжёный кивнул головой за спину.

— Прошу простить меня граждан…, - голос продавца сбился на мгновение, — миледи.

Он скрылся внутри и вскоре показался в дверях подъезда, неся на двух длинных палках кучу прикреплённых к ним масок. Мой взгляд сразу остановился на самой странной. Просто литое стекло овальной формы, без глаз, носа и рта, с нанесённой на обратной стороне ртутной амальгамой таким образом, что маска стала зеркалом.