Дмитрий Распопов – Фараон. Книга 5. Император поневоле (страница 7)

– право на предъявление судебных исков;

– право на суд (в том числе и на самозащиту);

– право на обжалование судебных решений, в том числе в суде нижестоящих инстанций;

– к египетскому гражданину не могут быть применены пытки и телесные наказания, а также смертная казнь в случае государственной измены. Это правило, правда, не будет распространяться на военнослужащих в период несения ими действительной службы;

– обвиняемый в государственной измене египетский гражданин будет иметь право на суд в Фивах.

«Ты не сильно разошёлся? – раздался задумчивый голос у меня в голове, – эти прогрессивные законы будут иметь слишком большие последствия для этого времени».

Я посмотрел на Бастет, которая перестала делать вид, что спит, и слушала меня внимательно, открыв глаза.

– Я так хочу, – пожал я плечами, – интересно же посмотреть, что из этого выйдет.

«Дело твоё, но ты тем сильнее пришиваешь себя в этому времени, – от мыслей кошки прямо-таки сквозило скепсисом, – даже если будет возможно тебя вернуть обратно, на это уже никто не пойдёт, если только это не сделает сама Маат. Хотя я в этом и сильно сомневаюсь».

– Кстати о ней, – я, несмотря на всеобщие ошарашенные взгляды, повернулся к кошке, – почему она сильнее Ра? Если он не может менять миропорядок, а она может, да ещё и сама устанавливает эти законы? Она ведь дочь Ра, должна ему подчиняться.

«Всё сложно, я не могу объяснить это в двух словах, – смутилась Бастет, – но поверь мне на слово, так оно и будет с этими твоими нововведениями».

– Ладно, тогда потом, – я вернулся к молчавшим людям, – в общем, я уже набросал черновик закона, нужно будет его посмотреть вам с дядей и обсудить со мной.

Верховный визирь низко мне поклонился.

– Мой царь, я пошлю гонца на Ханаан, чтобы попросить его быстрее закончить там свои дела, – сказал он.

– Не стоит, – поднял я руку, – это новые территории, к тому же не такие лояльные к царской власти, как Нубия или Керма, так что пусть всё исследует хорошо, чтобы не пришлось потом два раза возвращаться туда.

– Слушаюсь, мой царь, – с сожалением поклонился Рехмир, – жаль, нельзя с ним оперативно вести диалог в связи с его постоянными переездами. Так хочется быстрее обсудить с ним то, что предлагает твоё величество.

– А где он сейчас? – поинтересовался задумчиво я.

– Должен быть в Тире, он хотел обсудить с госпожой Небамон постройку морских кораблей, согласовать поступление в казну пурпура и остальные дела, которые поручил ему твоё величество, – ответил верховный визирь.

Я повернулся к Бастет.

– Ты ведь можешь найти Усерамона? Если не даёшь мне соколом порулить?

«Это непросто, – задумалась кошка, – я сама ещё не до конца разобралась с его настройками. Монту тут накрутил, конечно».

– Ну, думаю, не сложнее, чем FPV-дроном, – я пожал плечами, – так что?

«Покажу тебе сегодня, небожественное это дело, твоим посыльным служить», – проворчала она.

Я снова вернулся к смотревшим на меня во все глаза людям.

– Подготовьте небольшой деревянный пенал, чтобы он мог поместиться на лапке сокола, и записку для Усерамона.

– Мой царь, – Рехмир сглотнул ком в горле, – всё будет немедленно сделано.

– Так, на чём мы там остановились? – вернулся я к нашему изначальному разговору.

– На гражданстве, мой царь, – пискнул молодой архитектор, который не знал, что и думать, когда я разговаривал то с ними, то с кошкой, к тому же с ней на неизвестном никому языке.

– Так вот, перестройка Фив, внедрение нового налогового кодекса и указа о гражданстве – это главное, чем мы с вами займёмся в ближайшее время. – Я потёр руки. – Причём ближайшее – это не оборот речи.

– Мой царь, – Рехмир мне поклонился, – с твоим величеством ещё хотели послы разных царств встретиться. Я обещал им, что устрою встречу сразу по возвращении твоего величества из похода.

Я не стал в присутствии всех намекать на то, что если он получил за это взятку, то должен со мной поделиться, это с ним можно было обсудить и позже.

– Если так же, как и с финикийцами, – совершенно естественным тоном ответил я, – то запросто, назначай день сам.

– Будет сделано, мой царь, – поклонился он.

– Ну а теперь я готов отвечать на ваши вопросы, – предложил я и если думал, что их не будет, то сильно ошибался. Их было столько, что я едва не пропустил обед и встречу с Хатшепсут, благо Рехмир сам об этом мне напомнил и сказал, что нас ждут. Прервавшись, мы с ним пошли на встречу, обмениваясь по пути информацией. Нужно было отметить, что Бастет захотела присутствовать при этом разговоре и мне пришлось нести её на руках.

Глава 5

Едва мы зашли в зал, где уже находилась за столом Хатшепсут, первое, что бросилось мне в глаза, то, как мало рядом с ней было советников и просто богато одетых людей, которых раньше было в десятки раз больше. Нет, слуг и рабов я увидел столько, сколько и полагается ей по статусу, но вот сторонников у неё явно стало меньше.

– Моя возлюбленная жена, – радостным голосом поприветствовал её я, не подходя ближе, и сел на противоположный конец стола, – отлично выглядишь.

Это была, мягко говоря, неправда. Хатшепсут сильно сдала за этот год, её и так слегка поплывшее от возраста тело ещё больше, потолстело и обрюзгло. Всё же то давление, какое на неё воздействовало даже не от меня, а от моих поступков и побед, оказывало сильное влияние.

– Мы тоже рады видеть царя Менхеперру в добром здравии, – ответила она нейтральным тоном, – но поскольку мне нездоровится, как об этом уже сказали твоему величеству, я бы хотела как можно быстрее вернуться к себе.

– Что ж, – вздохнул я, обратившись ко всем остальным, – оставьте нас.

Ослушаться не посмел никто, люди отодвинулись к стенам от стола, не оставив нас, однако, наедине, но, если тихо говорить, им хотя бы не будет слышно. Чтобы так и было, я встал и пересел ближе к царице.

– Красивое кольцо, – я взял её руку в свою и указал на тот перстень, про который знал.

Женщина холодно посмотрела на меня.

– Это было причиной встречи? Обсудить моё кольцо?

– Да, – я пожал плечами, – точнее, не его, а отравленную иглу, которая в нём скрыта и которой твоё величество должна меня отравить.

На лице Хатшепсут появилась презрительная улыбка.

– Что за бред говорит твоё величество? – поинтересовалась она. – Он болен?

Как именно она это сказала, с какой интонацией и как не дрогнула ни мускулом, убедило меня в предположении, что она и правда ни о чём таком не знала.

– Боюсь, моя возлюбленная жена… – Я с силой оставил её руку с кольцом на пальце в своей и, немного поразбиравшись, открыл его, показав небольшой бронзовый шип, и правда чем-то смазанный.

При виде его Хатшепсут стала белеть и больше не выглядела такой уверенной, как вначале нашей встречи.

– Кто его тебе подарил? – Мой голос стал холоден.

– Сеннефер, – глухо ответила она, – но я не знала, что в нём! Клянусь богами в этом!

– Давай-ка, моя дорогая жена, сейчас расставим всё по своим местам. – Я приблизил своё лицо к её. – Кто-то из твоих советников решил избавиться от тебя, как от потерявшей власть. Расследование я ещё веду, но даже собранного достаточно, чтобы отправить тебя на казнь за измену второму правителю. А если к тому же ты говоришь, что об этом ничего не знаешь, значит, ты не контролируешь ни себя, ни тех, кто тебя окружает. А это уже становится опасно не для меня, а для власти царствующей династии. Ты ведь помнишь, что мы об этом говорили?

– Царский род превыше всего. – Из Хатшепсут словно вынули остатки стержня, который в ней оставался и не давал сломаться. Передо мной за секунды из царственной особы, которая меня не любила и боялась, она превратилась в простую женщину, когда осознала, что я могу за это кольцо и собранные доказательства её попросту убить. Все годы, потраченные на то, чтобы стать полноправным правителем, резко становились бессмысленными, и её, видимо, это доконало. Слёзы против её воли покатились по щекам, голова упала на плечо, а всё тело стало содрогаться от рыданий. Я дал ей время поплакать и пожалеть себя, затем снова взял за руку.

– Теперь ты понимаешь, что я тебе не враг? Не враг нашему наследству? Я пришёл рассказать о том, что тебя предали, хотя мог просто бросить в тюрьму и пытать там.

Женщина закивала, всё и так было предельно ясно и без моих слов.

– Хатшепсут, посмотри на меня, – приказал я, и она сквозь слёзы с трудом это сделала.

– Мне нужен второй правитель, – жёстко и глядя прямо в глаза, заявил я, – мне нужен тот, кто знает все традиции и ритуалы. Тот, кого любит народ. Мне нужна верная и надёжная жена Хатшепсут, а не то, что от тебя осталась, когда ты решила, что мы враги с тобой.

– Ты сам этому поспособствовал, – нервно ответила она, но было видно, что мои слова её успокаивают. – Сначала эти игры с моими советниками, затем победы, одна ярче другой. Что мне было делать, кроме как защищаться?

– То, о чём мы и договаривались изначально! – одёрнул её я. – Быть моей верной женой и опорой!

– Это было сложно, – она покачала головой, – я слишком многим была должна за свою власть.

– Я это изменю. – Мне пришлось сильнее сжать её руку. – Но теперь я даю тебе последний шанс, ведь ты своим бездействием сделала то, что для меня неприемлемо. Мы оба могли потерять власть от заговора, а наследников убили бы и посадили на это место других, нецарской крови. Ты понимаешь это?