Дмитрий Ра – Имперский вор. Том 10 (страница 2)

— Могу вас к нему перенести.

— Лекс? — Я смотрю на приятеля.

— Готов, — кивает он.

— А тот, который третий? — вдруг интересуется богиня, плавно поворачиваясь и указывая в сторону кустов за нашими спинами.

Третий?

Стоп. Кажется, я понимаю, кто это может быть.

— Выходи, — командую я в сторону кустов. — Без моей помощи ты отсюда всё равно не выберешься.

Из кустов бесшумно вышагивает Макс Горчаков собственной персоной.

— Интересно… а его светлость князь Львов знает, по каким любопытным местам шляется его сын? — интересуется он, вытягивая ладонь, в которой пляшет небольшой огненный шар.

— Расскажи ему, — пожимает плечами Лекс.

— А если не расскажу… — Он переводит взгляд на меня. — Возьмёшь меня сюда снова? Здесь прекрасное место для тренировок.

— Для этого необязательно прибегать к шантажу. Можно просто попросить. Но хозяин этого места — не я. А у хозяйки спроси сам. — Я киваю на богиню любви.

— У этой закосплеенной девчонки? — Макс прищуривается и окидывает Тею оценивающим взглядом. — Впервые вижу такую необычную нечисть.

Видеть выражение лица богини любви, которую впервые в жизни назвали нечистью, дорогого стоит.

— Этот чурбан тоже часть твоего ближнего круга? — наконец отходит от шока Тея.

— И близко не стоял, — открещиваюсь я, выставляя вперёд ладони. — Но, кажется, мы куда-то спешили.

— Разберусь позже, — решает богиня, бросая короткий взгляд на Горчакова. А потом делает сложный пасс руками, и нас переносит…

…на огромную крепостную площадь. Это здоровенный плац в двести метров в поперечнике, окружённый высоченной стеной. По углам стены стоят башни. В каждой — решётчатый проход в нижние ярусы. Все помещения гоблинских крепостей располагаются под землёй. Как правило, поэтому гоблины строят свои крепости на местах природных разломов или пещер.

— Ничего себе! — оценивает Макс.

— Что за вонь? — Львов морщит нос.

— Слышал такое: «из дерьма и палок»? — интересуюсь. — Вот это оно и есть.

— Реально? — Лекс осматривает десятиметровые стены. — Не похоже. Тот… хм-м… материал, о котором ты говоришь, просто не выдержал бы вес такой конструкции.

— Особый гоблинский навык плюс тайное зелье их шаманов. Я, кстати, не шучу. Стены — хрен из пушки пробьёшь.

— То есть когда гоблины в твоей сокровищнице говорили про строительство из дерьма и палок, выходит, не шутили?

— Не шутили, — подтверждаю, тоже вспомнив Лексовых почитателей из племени бывшего Морта Вонючего, а ныне — Морта Блестящего. Тех гоблинов, которые пробрались в сокровищницу Шанкры. Конечно, построить крепость они бы ещё не успели, а вот найти чужую заброшенную — вполне.

И меня озаряет.

— Лекс…

— Да? — Он поворачивается ко мне.

— Кажется, я понял, с кем ты заключил Договор.

— С ке… — начинает он, а потом на его лице появляется осознание. — Чёрт возьми. Те самые гоблины из твоей сокровищницы, что признали меня своим вожаком? Ты что, отпорталил их именно сюда?

— «Да» на оба вопроса. Судя по всему, они вознесли тебе молитвы, и тебя примагнитило сюда. Ты же у них Великий и Громоподобный. И, по ходу, не на словах. Гоблины реально признали тебя своим вожаком, и ты это принял. Это и создало Договор. Вот, видимо, пришла пора оправдывать звание.

— Даже если ты догадался сам — это засчитывается как то, что я выполнила свою часть договора, — моментально ориентируется Тея.

— Пусть будет так, — киваю.

— Слушай… — Лекс потирает руки. — Помнится, ты взял с гоблинов обещание собирать всякие блестяшки и где-то складывать. Как думаешь, может, они уже нашли что-нибудь интересное?

— Ты помнишь, что я говорил о течении времени? Боюсь, тут и суток не прошло.

— Жаль. Я успел проникнуться идеей собственной сокровищницы. Но слушай… Раз меня портануло сюда, значит, что-то случилось?

— Великий! Ты пришёл! — вдруг слышу я громоподобный рёв. Следом со стены начинают буквально сыпаться здоровенные зелёные мужики, наперегонки устремляясь к нам.

— Что они орут? — уточняет Лекс, делая незнакомое мне плетение. — Ментал не помогает. Не понимаю.

— Жаждут припасть к твоей великости, — отвечаю, одновременно успевая пригнуть руку Горчакова, который чуть не выпустил в Лексовых последователей приличного размера огненный шар. — Погоди. Это свои.

— С такими своими чужих не надо, — себе под нос фыркает он.

— Великий и Громоподобный! — До нас наконец доскакивает первая волна гоблинов в тринадцать рыл. Если я правильно помню, сейчас к ним добавятся ещё одиннадцать. — Ты отозвался на наши мольбы!

— Слушай, а ты можешь научить меня их языку? Хочу своими ушами слушать, насколько я прекрасен. — Лекс кивает в сторону гоблинов. Не добежав до нас пяти метров, они повалились ниц и теперь с благоговением оглядывают своего «Великого».

— Наверное… Кстати! — Я поворачиваюсь к богине. — Можешь научить его языку гоблинов?

— А что мне за это будет? — тут же начинает торговаться она.

— Ты хотела помощи, — напоминаю. — Уже перехотела?

— Ты уже дал слово. Не мешай одно с другим.

— Я дал слово помочь. Но не сказал — когда. Могу отложить решение лет на десять.

— Хитрый ты, Ник… — начинает богиня, потом кидает короткий взгляд на Лекса и Макса. — Сделаю. Но ты помогаешь мне сейчас. Не через год, не завтра. Сейчас. А если не сможешь помочь — должен отплатить другой услугой.

Хитрость уровня детского сада. Выходит, Тея уверена, что с её задачей я не справлюсь.

— Согласен.

— Тогда вот так. Без понятия, зачем ему это знание, но слово инквизитора — закон.

Тея касается сначала своего лба, а потом лба Львова. А затем, хитро глянув на меня, быстро прикладывает пальцы ко лбу Горчакова. Вот такая мелкая подлость. Назвать меня инквизитором при парнях. И заодно всучить Горчакову знание, которое я предпочёл бы ему не давать.

— Теперь можешь что-нибудь им сказать. — Я толкаю Лекса в плечо.

— Мгм… Зачем звали меня, подданные? — царственным голосом вопрошает он, с явным удивлением вслушиваясь в незнакомые, но теперь понятные слова.

— Великий! Доставай свою грохоталку! — орёт, тычась лбом в землю, гоблин, которого я опознал как Морта Блестящего. — Великий даровал племени Морта Блестящего новые земли! Но поганая тварюка нашла на них проход! Нашла и пришла по наши души! Убей тварюку! Освободи своё племя!

Вот, значит, куда делись прежние хозяева этой крепости…

Рядом от речей гоблина давится невысказанными словами Макс Горчаков, который только что узнал, что у Лекса Львова есть своё племя.

Стоп… Если я правильно помню, поселение Морта Вонюче-Блестящего разрушила гидра Иштар, божественный зверь бога войны Шанкры. Как она могла оказаться здесь?

— Тея? — поворачиваюсь к богине.

— Они не лгут. — Богиня пожимает плечами. — Ты же знаешь, что бог не может убить божественного зверя. Шанкра потерял контроль над Иштар. Не спрашивай меня, как такое возможно, — я не знаю. И как она смогла добраться сюда — тоже. Но факт остаётся фактом. Сейчас Иштар пытается разрушить мой щит. Это ей вряд ли удастся. Но щит действует, лишь пока я нахожусь здесь. Сам понимаешь, вечно торчать тут мне не улыбается. Насколько я не люблю твой новый мир, но даже он лучше, чем эта дыра. Убей гидру, инквизитор. Разве не этим ты занимался всю свою жизнь?

— Прекрати называть меня инквизитором.

— А то что? Боишься, что твои юные последователи узнают, кто ты на самом деле? — Говоря это, она наклоняется почти к моей щеке.

Я обхватываю её за шею, притягиваю ещё ближе к себе и шепчу в розовое ухо:

— Нет. Просто когда ты называешь меня так, я вспоминаю о том, кто виновен в гибели моего ордена. И держать себя в руках становится труднее. Некоторые вещи лучше хранить при себе. Знаешь, как говорят в моём новом мире? Не буди лихо.

— Я поняла, Никр… Ник, — говорит богиня, и я отпускаю её.