Дмитрий Пучков – «Рим». Мир сериала (страница 9)

К. Жуков: Товарищ Елена Михайловна Штаерман, если говорит именно так – ошибается. Я ее книжку не могу процитировать, а было бы неплохо понять, что именно она имеет в виду. Повторюсь: если смысл передан точно, то это ошибка, потому что класс есть отношение к собственности на средства производства. Если ты владеешь средством производства под названием «раб», то есть живой человек, возведенный в ранг твоей собственности, говорящего инструмента, ты являешься представителем класса рабовладельцев. Это нормальная классификация. Давайте поспорим с госпожой Штаерман. Рабовладельцы в Риме были? Мне кажется, что их было много и они представляли из себя устойчивое сообщество. Поэтому класс рабовладельцев, конечно, был. Сами римляне выделяли устойчивый класс пролетариев – людей, которые не владеют ничем, кроме своего потомства.

Д. Пучков: Они назывались «пролы».

К. Жуков: Да. И свободные, независимые крестьяне, землевладельцы тоже были. Это что, не класс? Изучите сначала Карла Маркса и поймите, что такое деление на классы. Сами себя римляне делили по имущественному цензу. Если у тебя доход до 1500 ассов, ты бедный, больше – средний, еще больше – выше среднего и так далее. Римское общество делилось на пять классов. Впрочем, к моменту, которое описывает сериал «Рим», это деление практически ушло в небытие.

Д. Пучков: По фильму регулярно сквозит фраза «рабы и вольноотпущенные не допускаются». С рабами понятно, они вроде таблички носили. А как отличали вольноотпущенного от гражданина? Как в человеке определяли гражданина Рима? Они же с паспортами не ходили?

К. Жуков: Нет, не ходили. Народу было не так много, все всех знали, жили трибами, то есть общинами, и внутри общины всегда было понятно, что вот этот – свой, потому что он здесь родился, а этот – на район забрел непонятно как.

Д. Пучков: Триба – это фактически племя.

К. Жуков: Да. В Риме на чужой район забредать без надобности и без серьезной охраны строго не рекомендовалось. Тебя бы сразу остановили и спросили, кто ты и что тут делаешь. С какого ты района, чей ты друг? И ты вынужден был бы представиться.

Д. Пучков: В сериале когномен Катон (лат. Cato) озвучивается с буквой «н» на хвосте, Scipio (это жирный напарник Катона по восстанию Метелл Сципион) озвучивается, соответственно, Сципион. Так почему Pullo это Пулло, а не Пуллон?

К. Жуков: А это в разных переводах по-разному.

Д. Пучков: Можно я скажу? Есть такое молдавское ругательство «дутен пула», это как раз поэтому. Когда мы называем его Пулло, нам смешно. А так он Пуллон и в переводе, обращаю внимание, Пуллон, потому что в русской транскрипции так пишут. Например, в переводе «Галльской войны» он обозначен как Пуллон. Просьба понимать правильно: Клим Саныч тут не научный труд излагает, а делится разнообразными мыслями на заданную тему. Здесь нет ссылок на научные труды…

К. Жуков: Есть!

Д. Пучков: Изредка бывают ссылки на научные труды, изредка бывают цитаты, но в целом это достаточно свободная беседа, в рамках которой мы острим по-всякому, в том числе и вот так. Это понятные нам шутки, они нас веселят.

II

Как Тит Пулло разрушил республику

Д. Пучков: Предлагаю приступить ко второй серии.

К. Жуков: В качестве пролога к ней хотел бы обсудить три вопроса, которые возникают не только относительно фильма «Рим». Вопрос первый – про имена, точнее, когномены, или кликухи. Как получилось, что всем известные Катон, Цицерон, Сципион и прочие «-оны» вдруг по-английски стали звучать как «Кэтоу», «Цицероу», «Сципиоу»? Это же ошибка?..

Д. Пучков: Конечно!

К. Жуков: Всем нормальным людям понятно, что Цицерон – он никакой не «Цицерон», никакой не «Цицеро-н». На самом деле это особенности русской транскрипции, а по-английски говорят правильно. Секрет простой: во-первых, все эти «Като», «Кикеро», «Сципио» и прочие относятся к третьему склонению. Возьмем Цицерона Марка нашего свет Туллия. Его когномен звучит как «Кикеро» (третье склонение, именительный падеж, или номинатив). Никакой он не «Цицерон». Он «Кикеро», что значит «зерно». Но третье склонение…

Д. Пучков: Он же вроде «горох»?

К. Жуков: «Горошина», да, правильно, не «зерно».

Д. Пучков: «Бородавка» по-русски.

К. Жуков: Да. Третье склонение определяется окончанием родительного падежа, оно у всех одинаковое: в единственном числе это «-ис». Возьмем слово «Кикеро» и просклоняем его: номинатив (именительный падеж) – «Кикеро», генетив (родительный) – «Кикеронис», дативус (дательный) – «Кикерони», аккузатив (винительный) – «Кикеронем», аблятивус – «Кикероне», вокативус – опять «Кикеро». Вокативус – звательный падеж, который в современном русском не используется, это как «княже», то есть «зову князя». Тут «княже», а там «Кикеро» – «зову Цицерона».

Если взять форму родительного падежа «Кикеронис» и оставить основу слова, получится «Кикерон». Повторюсь: третье склонение определяется окончанием «-ис». В русской традиции окончание отбрасывается: вот Плиний, например. Он же «Плиниус». Окончание «-ус» указывает на мужской род, поэтому мы берем основу «Плини» и приделываем наше окончание мужского рода: «Плиний». А «-ус» у нас пропало.

В этом есть своя логика, потому что в родительном падеже было бы «Плиниуса», но для человека, хоть чуть-чуть понимающего латынь, это будет дико звучать. Получается окончание мужского рода в именительном падеже, а следом еще одно окончание – уже родительного падежа. В общем, непросто. Поэтому у нас отрезали латинское окончание и приделали свое. Вот так «Кикерон» превратился у нас в имя известного человека Марка Туллия Цицерона.

Д. Пучков: Я бы добавил еще, что Марк на самом деле «Маркус».

К. Жуков: Маркус, естественно. Он Маркус Тулиус Кикеро.

Д. Пучков: Да-да-да, там кругом «-усы», по-моему, весь латинский язык из «-усов» состоит.

К. Жуков: Ну, не весь, конечно.

Д. Пучков: Как в Латвии, когда реформа была: «Шарик-с, Шарик-с!» – «Гав-с! Гав-с!» Так и там.

К. Жуков: Второй вопрос: почему он «Цицерон», а не «Кикерон»? Сразу скажу: буква «с» в латинском языке читается только как «к». А буква «к» появляется, как правило, в заимствованных греческих словах. Если мы говорим о латинских словах, это все звучит как «к». Звук «ц» перед «е», «и», дифтонгами «ае», «ое», то есть «э» и «е» появляются только в вульгарной латыни и утверждаются в Средневековье, а оттуда перекочевывают в МГУ, потому что там до сих пор так учат. Ну чему хорошему могут научить в Москве, право слово! Мы веками так говорили, произносим «Цицерон» – и все знают, что это слово обозначает, а «Кикеро» вообще не к месту.

Д. Пучков: Приведу простой пример из английского: есть Гудзонов залив (Hudson bay), который все знают, а есть миссис Хадсон (тоже Hudson).

К. Жуков: Хотя они все Гудзоны.

Д. Пучков: Она Гудзон, да.

К. Жуков: Так и есть. Поэтому не вижу причин что-либо менять. Я не буду публично называть Цезаря «Кайсор», зачем людей путать.

Д. Пучков: Короче говоря, принято в русском языке говорить не «Маркус», а «Марк», не «Кикеро», а «Цицерон».

К. Жуков: Ну сложилось так – чего уж тут!

Д. Пучков: Я считаю, что нельзя от этого отходить. Особо наблюдательные граждане сообщили, что в Риме не было царей, а в сериале по-английски говорят «кинг». Докладываю: «кингов» в Риме не было. В русской традиции всех римских царей называют «царями» и только «царями». В Греции тоже цари были.

К. Жуков: Так получилось, потому что наша историография возникла и развивалась при Петре I и позже, это XVIII век и далее. Тогда имела место очень сильная вестернизация всей науки.

Д. Пучков: Немецкие ботаники понаехали.

К. Жуков: Понаехали немецкие ботаники, физики, и все нам нарушили: слово «царь» стало считаться ниже европейских «кесарь», «кайзер», «император» и даже «кинг» – «король». Царь – это верховный владыка, монарх, но что-то такое архаичное, что могло быть, скажем, в Древней Греции. И поэтому всех правителей, которые были, например, в Риме в эпоху Тарквиния Гордого и прочих, стали называть «царями», чтобы всем окружающим было понятно: речь идет о чем-то жутко древнем, что потом поменялось на что-то более прогрессивное. Царя сменила республика. Даже дураку ясно, что это более прогрессивно. Поэтому, собственно говоря, у нас еще с XVIII века повелось всех этих людей скопом звать «царями», хотя они не были ни царями, ни «кингами». Правильно было бы называть их «вождями», но это у нас не принято. Так что в сериале абсолютно верно сделано: «кинг» – это «царь».

Д. Пучков: Есть еще некоторые тонкости: все герои обращаются друг к другу «сэр». В переводе на русский это звучало бы как-то неловко. Древние римляне друг друга «сэрами» называют!

К. Жуков: «Сэркали».

Д. Пучков: Под этим подразумевается «господин». Еще есть момент со словом «солдат»: они там «солджерс», но «солджерс» (солдаты) – от слова «сольдо».

К. Жуков: Наемник, значит.

Д. Пучков: Да, и появились они сильно позже…

К. Жуков: Приблизительно через 1500 лет.

Д. Пучков: …поэтому их в переводе называют легионерами – это правильнее, как мне кажется.

К. Жуков: Еще они регулярно друг к другу обращались просто: «военный» – «милитес». «Послушайте, военный, нам оружие дадут?»

Да, кстати, о военных. Вопрос третий: как легионеры воевали? Как они кидали дротики свои – пилумы? («Пилум» во множественном числе звучит как «пило».) Когда я отвечаю: непонятно, как кидали, мне говорят: а чего вы тогда в своей реконструкции делаете?