Дмитрий Потехин – Элизиум I (страница 14)
Он мечтательно осклабился.
– Мы увековечим память Генри Беннетта, исполнив величайшую мечту всей его жизни! Как я уже говорил, Генри разочаровался в существующей реальности. Последние годы он занимался поисками входа в лучшее бытие! Искал тот самый Элизиум, путь в который, в отличие от Пандемониума, никем еще даже близко не был проложен! Выведя собственную теорию, Генри не избежал ряда серьезных ошибок и, вероятно, в конечном итоге не добился бы ничего. Но теперь… О-о, я думаю, теперь настало время восполнить пробелы и закончить его опыт! В память о нем и в качестве приза, я продемонстрирую вам,
Рейнеке грамотно выдержал паузу, испытующе пробирая публику своим страстным, огненно-ледяным, как сияние кометы, взглядом.
– Но прежде, пусть это мелкое существо, Евгений Майский, в прошлом Цветков, принесет мне в своих дрожащих, обожженных лапках дневник Беннетта и все то, при помощи чего мы претворим его идею в жизнь!
Волна оваций накрыла сидящих в зале. Аплодировали все, кроме Селены.
– Сэр! – обладатель серого смокинга в очередной раз привстал с софы.
– Сядьте!
– Сэр, мне…
– Вайпер! На место.
Джентльмен подчинился, мучительно поджав губы и стиснув кулаки.
– Селена, подойди сюда! – скомандовал Рейнеке.
Селена молча приблизилась к нему. Внешне она была совершенно спокойна, благо, в невидящих глазах ничего нельзя было прочесть.
– Ты ведь хочешь меня о чем-то попросить?
– Я… нет.
– Почему ты не хлопала? Тс-с… Тихо, тихо, я все знаю, – Рейнеке перешел на вкрадчивый шепот, проникновенно кивая головой.
Селена почувствовала, как у нее сжимается сердце.
– Ты ведь не хочешь испортить всем праздник? Зачем тебе этот ошметок, который за десять лет ни разу не посмел явиться к тебе живьем? М-м?
– Сэр, я… м-могу только умолять вас.
– Ты бедная слепая овечка, застрявшая в побитых молью девичьих фантазиях о прекрасном рыцаре. Тебе скоро тридцать, Селена! Юная овечка рискует превратиться в старую, никому не нужную овцу!
Незрячая с первых дней жизни Селена пыталась представить, каково на ощупь лицо говорившего с ней. Она хорошо чувствовала эту злую зубастую улыбку, со щелями в уголках рта, сухие, тонкие губы, непременно костлявый, возможно крючковатый нос, круглые, почему-то тоже сухие, как у мертвой рыбы глаза, окруженные паутиной мелких морщин.
– Давай так Селена, – ласково продолжил Рейнеке. – Сейчас ты просто забудешь о нем. Как будто никогда его и не встречала. Тебе понятно?
Стирание памяти осуществилось мгновенно. Селена забыла о Евгении.
– Друзья! – воскликнул Рейнеке, обняв Селену за плечи. – Совершенно некстати, у нас еще одна великолепная новость! Селена выходит замуж за Джорджа Портера! Это давно должно было случиться, и сейчас это, черт побери, произойдет на ваших глазах!
Публика изумленно зашепталась. Портер сидел в недоумении, беззвучно раскрывая рот и хлопая глазами, как человек, на которого вдруг навели револьвер.
– Портер! – Рейнеке поманил его пальцем.
Бедный адвокат забегал глазами, точно надеясь отыскать в зале какого-то другого Джорджа Портера. Потом встал и, как во сне, подошел к Рейнеке и Селене.
– Селена, перед тобой настоящее сокровище! Он потрясающе умен, талантлив, амбициозен, младше тебя на целых семь лет! Он делает большие деньги. И, кроме того, – Рейнке схватил Портера за челюсть, как выставленного на продажу коня, и подобострастно понизил голос. – Его мозговые ритмы собраны в пучок и проходят точно через третий глаз вот здесь!
Он пребольно стукнул Портера пальцем по лбу, так что тот поморщился.
– Он настоящий чистокровный маг, Селена! Верно я говорю, Джордж?
– Д-да, – заныл Портер. – Послушайте, сэр! Я… у меня ведь…
– Тихо-тихо-тихо! Взгляни, насколько прекрасна твоя будущая спутница жизни! Да, у нее есть небольшой изъян, но в самые счастливые мгновения брака глаза ведь только мешают!
Он метнул взгляд на хмуро поникшего за столом, лишь только речь зашла о свадьбе, епископа Атчерсона.
– Святой отец!
Епископ, глядя из-под бровей испуганной мышью, поднялся со стула и, машинально поправив на груди отсутствующий крест, со вздохом подошел к внезапным новобрачным.
– Приступайте.
– Н-но для венчания нужно… эм-м… нужны хотя бы кольца!
– Приступайте!
– Это шутка, да?! – плаксивым голосом вскрикнул Портер. – Сэр, у меня билет на пароход в Нью-Йорк, до четверга я должен быть в Бристоле!
– Джордж Портер, – бездушным автоматом затараторил епископ. – Согласен ли ты взять в жены Селену Бернгардт? Будешь ли ты любить, уважать и нежно заботиться о ней и обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?
Каким-то острым чутьем Портер тут же понял, что возражать смертельно опасно.
– Согласен.
– Селена Бернгардт, согласна ли ты…
– Она согласна, – оборвал Рейнеке.
– Ну что же… Объявляю вас мужем и женой!
– Целуйтесь! – приказал Рейнеке и в раскрывшихся пальцах его, откуда ни возьмись, появились два обручальных кольца.
Портер, цепенея от волнения, шагнул к Селене.
– Мисс Бернгардт, я д-должен…
Селена отшатнулась, но все же позволила Портеру с величайшей осторожностью чмокнуть ее в губы.
Первым расхохотался, хлопнув себя по колену, изрядно пьяный полковник Гиббс.
– Блестяще! За то, чтобы все свадьбы проходили так оперативно и р-решительно! Как в бою!
Его поддержал барон фон Кербер. Хихикая, зааплодировала рыжая ведьма-писательница. Потом леди Хантингтон, а за ней и весь зал. Помолодевшая леди Бернгардт, для которой свадьба очевидно не стала сюрпризом, несколько раз сухо хлопнула в ладони.
Прикованный к софе джентльмен по фамилии Вайпер остервенело крикнул: «Браво!»
Поэт Тиняков лихо швырнул об пол недопитую рюмку и что-то промямлил по-русски.
Подавленной, потерявшей ценнейшие воспоминания Селене и шокированному, не знающему, что теперь делать со своей жизнью Портеру позволили вернуться за стол. Их иронично поздравляли.
– Рейнеке! Апропо! Не могли бы вы уточнить правила игры? – крикнул кто-то, возвращая разговор к первоначальной теме.
– Вы еще не уяснили, что мне претит устраивать игры, втиснутые в рамки правил! – резко ответил Рейнеке. – Мы будем делать все, что захотим и все, на что способны! Есть набор инструментов, магических и немагических, которые мы будем задействовать. Одним из таких инструментов станет человек, который будет следовать за нашей добычей по пятам! Этот человек…
Вайпер вскочил с софы.
– Сэр! Прошу вас, окажите мне эту честь! Выберите меня, я не подведу вас, клянусь! Я р-раздавлю это насекомое!
– Во-первых, раздавить его, тебя никто не просит! – грозно проговорил Рейнеке, глядя на Вайпера, как человек смотрит на увязавшуюся за ним в переулке бездомную псину. – Если ты его хоть пальцем тронешь без команды сверху, я заставлю тебя пожалеть! Во-вторых, ты хвостом пристроился за мной еще в Америке! Ты не похож ни на идиота, ни на слишком большого хитреца, ты не алкоголик, как Тиняков и не такой уж отчаянный псих (хотя, конечно, псих – это заметно!) У тебя нет никаких способностей. Я честно тебя предупредил, что риск погибнуть, участвуя в игре, для эрма крайне велик. Но ты, все равно, сюда пришел! Я жду объяснений.
– Я готов сделать это, потому что в этом моя судьба! – заговорил Вайпер, побелев, как известняк и страшно сверкая глазами. – Цыганка предсказала мне, что стрелка укажет на Майского! Теперь я уверен! Я с легкостью подберусь к нему ближе, чем кто бы то ни было! Я знаю, где он прячется…
– А зачем тебе это надо?
– Я…
– Ты хочешь… М-м, впрочем, это очевидно! Чтобы я научил тебя волшебству?
– Нет! – оскорбленно выпалил Вайпер. – Я знаю, что это невозможно!
– Та-ак. Неужели банальная жажда денег?