Дмитрий Политов – Выключай телевизор, хэппи-энда не будет! (страница 20)

— Масло, еще десяток остался! — крикнул Аничкин.

— Чего?

— Говорю, еще десять раз так пробьешь, и нам даже играть не придется. Не с кем будет! — засмеялся капитан. Те из динамовцев, что стояли неподалеку, жизнерадостно заржали, демонстративно игнорируя свист трибун.

— А если Ларина выпустить, то еще и половину стадиона перебьем, — подхватил Еврюжихин и москвичи снова покатились со смеху.

— Придурки, — проворчал Валерка, пряча улыбку. — Ладно, хорош ржать, расставились!

После вынужденной паузы игра выровнялась. Хозяева осторожничали, гости сбросили предстартовое волнение и играли спокойно и уверенно. Нет, греки пытались организовать давление на ворота Яшина, но защитники «Динамо» поймали кураж и гасили эти попытки далеко на подступах к собственной штрафной. Один раз только упустили юркого нападающего с номером «девять» на футболке, но его неплохой удар в красивом прыжке парировал неувядаемый Лев Иванович. Кстати, в этот момент на советского вратаря едва не бросилась здоровенная овчарка, которую держал на поводке полицейский. Пес, видимо, тоже решил принять участие в игре. И под улюлюканье трибун чуть не вцепился в Яшина. Хорошо, сумели сдержать. Дурдом какой-то!

А минуте на двадцатой Эштреков, которого в кои-то веки Бесков отрядил в основу, хорошо прошел по правому краю, отпасовал в центр на Семина, который в последнее время все чаще исполнял роль центрального атакующего полузащитника, ну а Юра классно выдал передачу на ход Мельнику. Так, как они отрабатывали на тренировках. Данила выскочил один на один с голкипером «Олимпиакоса», но жадничать не стал. Взял, да и покатил аккуратно налево, Еврюжихину. И спустя мгновение Генка уже радостно кинулся к нему в мертвой тишине, обрушившейся на стадион. 0–1

После этого греки окончательно сломались. С учетом гола, забитого на чужом поле, им теперь надо было забивать аж четыре мяча! Яшину. Ага. На каком, говорите, этаже в вашем книжном магазине отдел фантастики?

В итоге, первый тайм так и доиграли. А после перерыва «Олимпиакос» ринулся вперед с отчаянностью обреченных, которым уже нечего терять. В принципе, так оно и было. Греки даже запихали кое-как ответный мяч, но в очередной контратаке пропустили снова. На этот раз после похожей трехходовки: Эштреков — Семин — Мельник — Данила для разнообразия выложил пятнистого словно на блюдечке не Еврюжихину, а обратно Эштрекову. 1–2

— Сам-то чего не стал забивать? — смеялся Володя, пока они не торопясь шагали к центру поля. — Тебе ведь не мешал никто.

— А я вас в долги вгоняю, — с самой что ни на есть серьезной физиономией объяснил Данила.

— В смысле? — поперхнулся Эштреков.

— Ну как, вы теперь за меня мячи после тренировки таскать будете. Чтобы отработать.

— Ха-ха-ха! Ну и жук ты, Мельник! Может, тебе еще компот в столовке отдать?

— А то. Сука!

— Ты чего?

— Володь, глянь, мне по ходу бровь чем-то рассекли.

— Ох ты ж! Доктор!

Глава 12

1968 год. Октябрь. Москва

— Как тебе?

Андреева прошлась по квартире и капризно поморщилась.

— Не очень, если честно. Здесь хороший ремонт не помешал бы. А так, уж извини, смахивает на какой-то клоповник. — Девушка брезгливо дернула за кончик отошедших от стены обоев. В самом деле, не Версаль.

Но Мельник был счастлив. Плевать на все, у него теперь есть собственная квартира! Да, обшарпанная. Да, всего однокомнатная. Но своя, черт побери, отдельная! Парень уже насмотрелся в этом времени на «прелести» жизни в коммуналках. Бр-р! Нет, спасибо, увольте — лучше уж на базе в Новогорске мыкаться. Там хоть не попадется сосед-алкоголик, семья с пятью спиногрызами и бабки с сорока кошками.

А смотровой ордер ему вручил Бесков. Вызвал к себе в тренерскую на следующий день после прилета из Греции и торжественно передал официальную бумагу.

— Цени, Малой, у нас не каждому игроку в твоем возрасте выпадает подобное счастье. Но тебе сам Дерюгин — лично! — велел выделить «однушку» в нашем доме на Новой Башиловке. Кстати, в этом же доме Число живет, так что учти: пойдешь с ним в загулы или на блядки — мигом вылетишь из команды. Понял?

— Вы же знаете, — Данила широко улыбался и разве что не приплясывал от радостного возбуждения. Квартира! Своя! Вот это сюрприз так сюрприз. — Я не пью.

— Ага, из мелкой посуды, — недоверчиво усмехнулся Константин Иванович. — Проходили. Скажу тебе честно, я возражал. Считаю, что рановато тебя еще радовать такими подарками. Рановато. Но Лев Евдокимович, когда узнал, что тебя Бобров в ЦСКА сватает, встал на дыбы и велел немедленно подыскать тебе жилье. Правда, вручить ордер велел только после греков. Конечно, не «двушка», как Сева предлагал, — съязвил Бесков, — но уж извини, чем богаты. — Тренер развел руки в стороны.

— Да что вы, Константин Иванович, — абсолютно искренне ответил Мельник. — Какой может быть разговор, я и думать не думал ни о каком ЦСКА. А квартиры мне и однокомнатной за глаза. Слава богу, семьи-детей не наблюдается, вполне хватит.

Вопросы с пропиской и прочими бюрократическими закавыками решились всего-то за пару дней. Пришлось, правда, после утренних тренировок вместо полноценного отдыха мотаться в Москву, но оно того стоило. Да и Бесков не особо лютовал, наоборот, смотрел на отлучки Мельника сквозь пальцы, справедливо полагая, что чем быстрее парень все решит, тем скорее вернется в рабочее настроение. А то будет дергаться, переживать, выпадет из тренировочного ритма. Нет уж, лучше так. Правда, Данила сейчас находился на седьмом небе от счастья и готов был горы свернуть.

По крайней мере, подвернувшийся ему в очередном туре под руку «Арарат» Мельник вынес, чуть ли не в одиночку. Дважды забил сам и еще два раз ассистировал партнерам. В итоге крупная домашняя победа 5–1. Динамовцы после игры шутили в раздевалке, что всей командой надо было в ресторан идти, а Мельник и так справился бы. В газетах особо отмечали вдохновенную игру молодого форварда и высказывали осторожную надежду, что в лице Мельника «Динамо» и сборная команда СССР возможно обрели еще одного хорошего нападающего, способного долгие годы радовать болельщиков и специалистов.

А люди понимающие разглядели под обтекаемыми формулировками о «молодой смене», «еще одном юном таланте» и прочей подобной чепухе даже прямые отсылки к началу карьеры Эдуарда Стрельцова. Лестно, конечно, что и говорить. Бесков, правда, в свойственном ему стиле зачитал перед тренировкой в Новогорске особо хвалебные пассажи и долго язвительно разбирал на контрасте ошибки в игровых действиях Данилы. Мельник не обижался. Он прекрасно понимал, что тренер искренне переживает, как бы у его подопечного не снесло крышу от этих авансов.

А еще через пару дней, получив паспорт со штампом о новой прописке, Данила решил пригласить в гости Елену. Сделать, так сказать, сюрприз. И теперь девушка расхаживала по его новым владениям.

— Кухня сколько метров? — поинтересовалась она, критически оглядывая практически пустое пространство. Прежние жильцы оставили после себя выжженную землю — вывезли все. Хотя, учитывая тотальный дефицит, Мельник не мог их винить за такое поведение.

— Девять.

— Угум, — Андреева погрузилась в какие-то свои мысли. — А комната?

— Семнадцать.

— Санузел раздельный, прихожка метра три с небольшим, лоджия перекрывает и комнату и кухню. — Елена кивнула, словно подытоживая некие расчеты. — Что ж, — она решительно тряхнула головой, — не все так плохо. Бригада ремонтников у отца на примете имеется, сделают в этом свинарнике все красиво и уютно. Мебель закажем во ВГИКе.

— Где? — ошалел Данила. — ВГИК — это же там, где на киношников обучают. Или я что-то путаю?

— Нет, все верно, — снисходительно улыбнулась девушка. — Только ты забываешь, что там по роду деятельности имеется своя столярная мастерская — декорации всякие делают и прочие разности. А я, так уж получилось, через папу познакомилась с их главным. На дачу кое-что для веранды и своей комнаты заказывала.

— Лен, — осторожно поинтересовался Мельник. — А кто у нас папа?

— А, ерунда, заместитель министра культуры, — легкомысленно отмахнулась Андреева. — Что с тобой?

— Ни…ни…ничего! — сумел, наконец откашляться Данила. — Предупреждать же надо! Это что же, у самой Фурцевой?

— Испугался? — опасно прищурилась Елена. — Я думала, ты посмелее. Выходит, ошибалась?

— Еще чего, — набычился парень. — Почему я его бояться должен? И вообще, — решил он немного похулиганить, — знаешь анекдот про прачечную и министерство культуры? Только он малость неприличный.

— Ну-ка, — заинтересовалась Андреева. — Удиви.

Рассказал. Ленка хохотала, как сумасшедшая. До слез. До поплывшей туши. Держалась за живот, пыталась успокоиться, но…

— Ху…чечная! — и новый взрыв смеха. — Ох, уморил, Даня, — смогла, наконец, немного придти в себя девушка. — Вечером расскажу отцу, он точно оценит.

— Лет на пять, с конфискацией? — невинно поинтересовался Мельник.

— Дурачок, — фыркнула Андреева. — Нынче не те времена.

Ага, охотно верю, покивал Данила. Вслух комментировать заявление подруги, разумеется, не стал. Если что, папаша за свою кровиночку размажет и не заметит. И плевать, что на дворе не тридцать седьмой, возможностей и в министерстве культуры хоть отбавляй. Кстати, понятно, откуда Елену знает Бесков — жена из артистических кругов, стыдно не быть в курсе того, кто у них начальник. Но спросил про другое.