Дмитрий Политов – Твори бардак, мы здесь проездом! (страница 11)

Данила с запоздалым раскаянием вспомнил, как ночью, зацепившись языками со Стрельцом, которого очень заинтересовал новый финт, долго и путано объяснял ему на словах технику исполнения, потом пытался показать прием на практике прямо на терассе — минус два бокала и тарелка — после утащил собеседника из дома на улицу и изображал что-то несуразное возле крыльца. Стоп, привиделось, или он расколотил окно на первом этаже? Бог ты мой, какая стыдобища! Мельник аж застонал. Не, алкоголь — это зло!

Позади скрипнула кровать. Женщина протяжно зевнула, прошлепала к нему и прижалась волнующими горячими полушариями груди к спине Данилы. Парень невольно задумался над тем, что по утрам может хотеться не только в туалет. Не слишком рьяно, правда, все же, давно уже не мальчик. Черт, как-то двусмысленно получилось. Но да, не мальчик. Второй раз в жизни. Оказывается, бывает и такое. Только теперь как-то проще все, обыденнее, без той, первой новизны. Вместо слетевшего покрова тайны — будни. Как обычно, добьешься чего-то, и привлекательность процесса постижения цели исчезает.

— Доброе утро, — шепнула случайная подруга. Как же ее звать? Оля…да, верно, Оля!

— Доброе, — хриплым голосом ответил Данила. И скривился, почувствовав, как из треснувшей губы побежала по подбородку солоноватая струйка крови. А это еще что за фигня? Неужто подружка переборщила с любовными ласками? А скула — юноша аккуратно потрогал отозвавшееся болью на прикосновение место — тоже пострадала во время постельных баталий?

— Чего вскочил в такую рань? И окно настежь — я вся замерзла. Может быть, — шаловливые пальчики пробежались по животу юноши и плавно сместились чуть ниже, — вернемся в кроватку?

— Перестань, — Данила решительно перехватил женскую руку. — Нам ехать пора. Если не вернемся на базу до приезда тренера, будет скандал.

— Ох уж эти футболисты, — притворно опечалилась Ольга. — Вечно эти ваши игры, да тренировки на уме. Ни о чем и не о ком другом думать не можете. Ладно, сейчас спущусь и приготовлю тебе чего-нибудь. Кофе будешь?

Данилу несколько покоробили ее слова. Выходит, он уже не первый футболист, что провел ночь с этой красоткой? Хотя, какая разница, сколько их еще будет! Сейчас есть более насущная проблема, где там это известное дачное сооружение с сердечком на двери?

Посетив туалет, Мельник долго плескался у рукомойника, прибитого на стене. Радостно отфыркивался, словно морж, а затем снова и снова плескал в лицо холодную воду, немного отдающую тиной.

— Валер, нам пора, — позвал он старшего товарища, который, наконец, угомонился и мирно сидел рядом с курившим Стрельцовым на лавочке под яблоней.

— Сейчас, — отозвался Маслов. — Чайку на дорожку хлебнем и Саня нас отвезет. Не переживай, все будет в лучшем виде.

Уже в машине, по дороге в Новогорск, Валерий сокрушенно покачал головой и сказал:

— Дурак ты, все-таки, Малой! Это ж надо было, Эдьке вопросы такие задавать. Как он тебя не прибил только.

— Какие еще вопросы? — изумился Данила.

— О, брат, так ты не помнишь ничего, что ли? Ясно. — развеселился Маслов. — Но знаешь, гораздо лучше то, что Стрелец ни хрена не помнит.

— Да что было то? — разозлился юноша. — Скажи толком.

Валерий немного помолчал, а потом с кривой ухмылкой объяснил:

— Тебя, придурка, вчера почему-то всерьез интересовало, почему Эдька не женился на дочке Фурцевой. Тогда, после Олимпиады в Мельбурне. А для Стрельца эти бредни словно красная тряпка для быка — сразу тебе по физиономии заехал. Смотрю, только твои пятки из-под стола торчат. А Эдик за тобой лезет, убью, кричит. Еле оттащили его вместе с Сашкой, — Маслов кивнул на водителя. — Не забудь, кстати, спасибо человеку сказать.

— Спасибо, — нехотя буркнул Данила. Теперь хоть понятно, почему губа разбита и скула припухшая.

— Пожалуйста, — отозвался Александр, не оборачиваясь. Он вообще показался Мельнику слегка заторможенным и флегматичным. Особенно на фоне фонтанирующих весельем футболистов.

— Валер, а если правда, что тогда со Стрельцовым случилось? — после долгого молчания все же решился спросить у товарища Данила. Ну как упустить такую возможность узнать подлинные обстоятельства нашумевшего дела.

— Да хрень там полная была, — проворчал Маслов, глядя в окно. — Никакая дочка Фурцевой за ним не бегал и в жены ее никто не предлагал. Сам посуди, ей в пятьдесят шестом четырнадцать было — ну какая, к херам невеста? А баба та, что заяву в милицию накатала, просто денег хотела. Все требовала, чтобы Эдик ей машину отдал. Тогда, дескать, писульку свою заберет. Правда, и так забрала.

— Подожди, — изумился Мельник. — Но если она заявление забрала, почему же его не отпустили?

— Почему-почему, — Валерий зло посмотрел на товарища. — Идиот потому что, Стрелец был. Молодой идиот. Вот, как ты сейчас. На допросе следователю ляпнул, мол, зря в ФРГ не остался, там бы его никто не посадил, вот органы и встали на дыбы. До верхов дошло и показательно на всю катушку впаяли. Сам посуди, кому охота была бы узнать, что Стрельцов на чемпионате мира возьмет и политического убежища на Западе попросит? Скандал на весь мир. Усек?

— Усек, — задумался Данила. Надо же, вон, как, оказывается, все было. Или нет? Эх, жаль, что с самим Эдуардом не поговорил. Хотя, судя по всему, ничем хорошим этот разговор не закончился бы. И так, похоже, один зуб шатается. Прикоснулся, что б его, к легенде!

Глава 9

— Мельник — ты идиот?

«Хороший» вопрос. И что прикажете отвечать, особенно, с учетом того, что спрашивает старший тренер твоей команды?

— Но мне правда надо аттестат получить, — уныло пробурчал Данила, разглядывая собственные бутсы. — Директор грозилась на второй год оставить, если на экзамены не приду.

— Да и хрен с ним, со вторым годом! — воскликнул Бесков. — Ты что, не понимаешь, только-только стал в основной состав попадать, закрепляться в нем надо, а тут, на тебе, выкуси — экзамены! На следующий год закончишь.

— Константин Иванович, да поймите же у нас в школе пока десятилетка, а во всех остальных уже на одиннадцать классов перешли. Если я сейчас не сдам экзамены, то, глядишь, мне потом не один, а два года придется доучиваться! — попытался воззвать к здравому смыслу юноша. И видя, что Бесков по-прежнему не горит желанием идти ему навстречу, решил выложить последний козырь. — А я ведь хотел, как восемнадцать стукнет, сразу же вместе с остальными ребятами заявление в органы подать.

Старший тренер, который уже набрал побольше воздуха, чтобы наорать на строптивого игрока, резко сдулся. На лице его отразилась нешуточная внутренняя борьба. С одной стороны, не получится использовать молодое дарование в ближайших матчах, что может плохо отразиться на турнирном положении, с другой — хрен его знает, вот останется сейчас пацан на два года в школе, а потом его прямо оттуда хрясь, и переманит другой клуб. А так, с присягой, куда он из «Динамо» денется?

— Кто там у тебя директор?

— Агриппина Семеновна Воробьева! — четко отрапортовал Данила.

— Точно, знаю такую, хорошая тетка, заслуженный учитель. — Бесков потер лоб. — Ты ж в Дегтярном переулке, в 127-ой учишься? У вас там еще ребята из милиции и кремлевской охраны по вечерам занимаются?

— Да, школа рабочей молодежи.

— У, «шаромыжник»[13]! — засмеялся Константин Иванович. — Ладно, так и быть, на ближайшие игры отпущу — сколько там тебе надо, когда экзамены?

— Четвертого и восьмого математика и сочинение. Они письменные и надо быть обязательно, работы комиссия проверяет, — облегченно выдохнул Мельник. Похоже, смирился грозный Бес с его грядущим отсутствием. — Потом всякие физики-истории, но они устные и, если… — парень замялся.

— Что «если», договаривай уже, бестолочь, добивай! — обреченно махнул рукой тренер.

— Вот, если бы в школу позвонили и директрисе как-то намекнули, что, мол, можно поставить так, без личного присутствия? Мне ведь и тройки во, — Данила выразительно чиркнул ребром ладони по горлу. — Я бы тогда всего лишь игру с «Крылышками» пропустил, да с тбилисцами. А на всех остальных, как штык!

— Погоди-ка, — вскинулся Бесков, — а в Куйбышев ты с какого-такого перепуга решил не лететь? Если экзамен только четвертого?

— А готовиться?

— Хрен тебе на воротник! — Тренер продемонстрировал увесистую фигу. — Знаю я, как ты готовиться будешь, опять с Масловым загуляешь. И не спорь! — не дал раскрыть Мельнику рот в свое оправдание Константин Иванович. — Молоко еще на губах не обсохло, а туда же, вино и бабы. Значит, так решим. Если завтра с «Крылышками» хорошо отыграешь, я договорюсь и с экзаменами твоими все порешают. Лично генералу Цвигуну позвоню, ему твои анекдоты ну очень понравились. Облажаешься… зашлю туда, куда Макар телят не гонял. Понял? Молодец, тогда дуй переодеваться, ужинай и начинай готовиться к отъезду вместе с основой.

Данила молча кивнул, благоразумно не став уточнять, что покамест, до совершеннолетия, подобной власти — отправить куда-нибудь на периферию — у тренера над ним не было. Формально, Мельник мог послать к едрене фене «Динамо» и спокойно свалить в любой другой московский клуб. Или еще куда.

В конце концов, в плане переходов сейчас действовал закон, который вроде бы запрещал игроку выступать в течение сезона за две команды, но на него смотрели сквозь пальцы. Вон, буквально пару недель тому назад торпедовский нападающий Щербаков преспокойно дебютировал в игре за ЦСКА, хотя в первых турах играл за автозаводцев. И это при том, что период переходов и заявок давно прошел. Даже гневная статья спортивного обозревателя «Известий» Бориса Федосова никак не повлияла на откровенно нелепую ситуацию. Так что, как скажет позже колоритный вор-карманник из «Места встречи»: «Нет у вас методов против Кости Сапрыкина!»