Дмитрий Политов – Штурмовик из будущего-2 (страница 26)

— Товарищ майор, разрешите? — Григорий сделал шаг вперед и кинул ладонь к пилотке. — Давайте я первым полечу?

— Вот это правильно, — облегченно улыбнулся Хромов. — Разрешаю!

Экспат торопливо залез в кабину. Пристегнулся, запустил двигатель. Тронулись!

«Ильюшин» вырулил на взлет.

— Дивин, пошел! — махнул рукой начштаба Зотов с командного пункта, не отрывая от уха телефонную трубку. Он держал связь с дивизией, докладывая комдиву Чижову информацию о поднятых в воздух самолетах. Главное, это отправить на задание хотя бы одну машину.

Григорий четко взлетел и заложил крен над аэродромом, демонстрируя всем, что с ним все в порядке и ПТАБы ведут себя даже при маневрах абсолютно нормально.

— Андрюх, глянь, — попросил он стрелка, — кто-то следом собирается на войну?

— Сейчас, командир, — отозвался старшина. — Вижу! Наши поднимаются.

— Все?

Пономаренко замялся.

— Комэска не наблюдаю, — виновато доложил он через несколько секунд.

— Вот, сука! — выругался лейтенант. — Ну и хрен с ним, сами справимся.

Самолеты эскадрильи пристроились к нему, образовав колонну из восьми машин и экспат уверенно повел товарищей к линии фронта. На подходе к ней он связался по рации с авиационными представителями, находящимися на наблюдательном пункте наземных войск.

— «Клумба», я — «Лютик-4», дайте цель! — Черт побери, что за садовод-любитель придумывает постоянно подобные позывные?

— «Лютик-4», — отозвался наводчик. — Ваша цель на опушке леса. Курс 210.

Григорий чуть шевельнул ручкой управления, вводя «илюху» в левый разворот. Он внимательно наблюдал за тем, как меняются цифры на картушке компаса. Дождался появления цифры 205 напротив указателя и выровнял самолет. Штурмовик по инерции еще немного развернулся и когда курс достиг нужного значения, Дивин аккуратно компенсировал инерцию едва заметным движением руля поворота. Чистая работа!

Так, а где там фрицы танки свои прячут? Экспат перевел самолет в пикирование, зорко отслеживая все, что происходит на земле. У гитлеровских зенитчиков сдали нервы и прямо по курсу встали шапки разрывов. Значит, не ошибся наводчик, немцы именно здесь затаились, отметил с удовлетворением лейтенант. Ловко проскочил огненную завесу, еще круче наклонил «ильюшина» и начал ловить в прицел замаскированные танки. Он сумел разглядеть их и теперь прикидывал, как половчее накрыть их ударом ПТАБов.

Маленькие букашки быстро превратились в характерные угловатые коробки, выкрашенные в серый цвет. Черт, да сколько же вас здесь?

— Что говоришь? — встревожился Пономаренко. Видимо, Григорий в запале нажал кнопку переговорного устройства.

— Атакую! — бросил Дивин. — Еще чуток... Сброс! Гляди в оба, Андрюха!

Экспат потянул ручку на себя.

— Есть! — ликующе закричал старшина. — Как ковриком их накрыл! О, и пыль до небес!

— «Лютики», — немедленно скомандовал лейтенант. — Ориентируйтесь на мои взрывы.

Ил-2 величаво развернулся, готовясь ко второму заходу. Григорий посмотрел вниз. Среди серых ковриков-разрывов кое-где виднелись темно-красные языки пламени и стелился белесый дым от загоревшихся танков. Кажется, накрыл цель точно. А как дела у остальных? Так, Прорва тоже отбомбился удачно. Катункин, Валиев... молодцы, ребята, не подвели.

— «Лютик-9», ты что, ослеп? — Ох уж этот Стеблин! Поторопился, нажал на кнопку бомбосбрасывателя раньше времени и ПТАБы впустую выбили пыль далеко в стороне от разворачивающихся танков. Ну ты у меня теперь на полигоне досыта бетонными бомбами нашвыряешься, сделал зарубочку у себя в памяти Григорий и подал новую команду: — Ребята, во втором заходе работаем эрэсами и пушками. Давайте, поддадим фрицам парку, не повезем домой боекомплект!

Глава 13

Перелом в сражении наступил только спустя неделю. 12 июля в наступление против орловской группировки немцев перешел Западный фронт. Штурмовики, поддерживая продвижение наземных частей, наносили удары по опорным пунктам и артиллерийским батареям, не давали врагу подтянуть резервные части.

Ранним утром майор Хромов отправил две эскадрильи на задание. Пехота очень просила помочь вышибить с позиций окопавшихся возле села Сорокино гитлеровцев. Чтобы не рисковать понапрасну, на сопровождение «ильюшиных» командование выделило десятку истребителей.

— Везет ребятам, — прокомментировал данное обстоятельство Катункин, провожая взглядом внушительную группу самолетов. Летчики второй эскадрильи остались в резерве и ждали возле машин своей очереди. — Будут, как у Христа за пазухой.

— Не накаркай, — сплюнул Филатов. — О, посыльный из штаба мчится, не иначе, как по нашу душу. Завязывай с отдыхом, братья-славяне, работа нашлась!

— Командир полка приказал срочно поднять три пары! — передал красноармеец. — Сейчас подойдет четверка «яков». Они будут вас прикрывать.

— А куда лететь-то? — настороженно поинтересовался Карманов. Пока летчики трепались и курили, сойдясь в кружок, он сидел чуть в стороне, разглядывая с преувеличенным вниманием карту района. После того вылета, когда на «илы» первый раз загрузили ПТАБы, отношения между ним и другими пилотами окончательно разладились. Капитан тогда заявил, будто у него забарахлил мотор и потому, дескать, он не смог подняться в воздух. Техники проверили — двигатель оказался исправен. В открытую комэска трусом никто не назвал, но общаться с ним практически перестали. Даже Стеблин, который до этого постоянно вертелся возле него, как-то охладел к Карманову и старался больше времени проводить с другими летчиками.

— Начштаба по рации сообщит. Велено сказать, что срочно!

Григорий с интересом наблюдал за тем, как комэск оглядывает летчиков. Интересно, кого он выберет?

— Со мной пойдут: Катункин, Валиев, Куприянов, Филатов и Стеблин! — объявил капитан.

— Есть... есть... есть... — нехотя отозвались названные им пилоты и побежали к своим машинам.

— Господи, когда, наконец, его от нас уберут уже? — в сердцах воскликнул Прорва. — Достал, сил моих больше нет! Каждый раз, когда он группу ведет, у меня на душе кошки скребут — того и гляди, в какое-нибудь дерьмо опять всех макнет.

— Забудь, — флегматично посоветовал экспат. — К сожалению, от нас с тобой в этом вопросе ничего не зависит, так что не мотай себе нервы понапрасну. Плесни-ка, лучше чайку. А про себя подумал, что давненько в окрестностях полка не находили трупы, растерзанные «волками».

Вылеты следовали один за другим и Батя с началом сражения приказал доставлять легкий завтрак прямо к самолетам, чтобы летчики не тратили зря время, бегая в столовую.

Но спокойно попить чаю им не дали. Примерно через десять минут после того, как взлетела шестерка Карманова, в воздух с шипением взвилась ракета.

— О, а вот и до нас очередь дошла, — Дивин поставил на расстеленный на земле брезент недопитую кружку. — Бате, видать, здорово холку намылили, раз он решил последнюю пару на задание отправить. Интересно, прикрытие будет?

— Сдается мне, что для нас «ястребков» уже не осталось, — мрачно заметил Рыжков.

И он, к сожалению, оказался прав. Лететь пришлось вдвоем, без сопровождения. Все самолеты братского истребительного полка уже ушли по другим заявкам. Поэтому, узнав об этом, Григорий предложил товарищу сразу после взлета «лечь на живот» и идти на бреющем, чтобы избежать атаки «мессеров».

Зотов поставил им задачу разыскать и уничтожить две батареи тяжелых минометов, которые не давали продвинуться нашей пехоте возле деревни Кирейково. Наземные войска теряли время, командование нервничало и обрывало телефонные трубки, требуя от «горбатых» немедленно заткнуть гитлеровцев и ликвидировать неожиданно возникшее препятствие.

За линией фронта «ильюшины», следуя проверенному методу, нарочно пошли другим курсом, чтобы зайти на цель с тыла. Они неслись низко-низко над дорогами, по которым тянулись повозки с каким-то барахлом, отставшие гитлеровские солдаты и одиночные машины. Все они не заслуживали того, чтобы потратить на них боеприпасы. Следовало отыскать и разнести в клочья оборонительный заслон, выставленный фашистами на пути советских войск.

— Твою мать! — тоскливо выругался лейтенант, когда они выскочили к нужному месту. В штабе их ориентировали, что здесь находится совсем немного войск противника, а по факту гитлеровцы успели даже отрыть для своих солдат траншеи полного профиля, подготовили для танков и самоходок капониры, над которыми торчали только башни и стволы орудий. А чуть в глубине, позади передовой линии обороны расположились и огневые позиции тех самых батарей тяжелых минометов, что так досаждали нашей пехоте. — Здесь не пара нужна, а целый полк!

Радовало лишь отсутствие зенитного прикрытия. За то время, что штурмовики заходили на цель, с земли по ним стреляли кто угодно, но не предназначенные для этого орудия и автоматы. Поэтому Дивин довольно легко преодолел эту жиденькую завесу и аккуратно положил на позиции фашистских минометчиков осколочные бомбы.

— «Ромашка-3», делаем еще один заход! — Нет, когда-нибудь он точно найдет любителя цветочков и доходчиво объяснит, что он не совсем прав в выборе позывных. — Бей реактивными снарядами по танкам.

Наивно, конечно, было рассчитывать, что эрэсы нанесут ощутимый урон гитлеровской бронетехнике, но, по крайней мере, стоило хотя бы попробовать. А вдруг? Глядишь, один-другой танк повредят, так все солдатикам нашим полегче будет.