Дмитрий Политов – Ликует форвард на бегу (страница 11)

— С какими еще валютчиками? — обомлел Мельник. Вот этот вопрос был совершенно неожиданным. Таким, словно ему изо всех сил врезали под дых. Особенно, если учесть, что грозило в это время за незаконные махинации со всякими-разными долларами, марками и франками. «Вышак» корячился[2]! Не верите? Ну так дело Яна Рокотова и его дружков вам в помощь[3].

— Забыл что ли? — майор повернул голову и с легкой улыбкой рассматривал футболиста. Нехорошо так рассматривал, будто заядлый коллекционер, что готовится насадить попавший ему в руки ценный экземпляр крылатого насекомого на специальную булавку, засушить и убрать в коробочку. — Ну ладно, коли так. Считай, поверил на первый раз.

— Да вы толком объясните! — заволновался Данила. — Товарищ майор, в самом деле. Мало ли, кто вокруг команды крутится, всех и не упомнишь. Люди разные попадаются. У них же на лбу, поди, не написано, чем кто по жизни занимается.

— Надо будет, объясним, — внушительно пообещал чекист и хлопнул дверью.

Мельник угрюмо поглядел ему вслед. Не было печали. Теперь еще какие-то валютчики всплыли. Не успел из одной задницы вылезти, а на горизонте уже другая отчетливо виднеется. И пахнет все так…нехорошо, в общем, пахнет!

Данила прошел в комнату и мимоходом ткнул в клавишу магнитофона. Зарокотали гитары, забухали барабаны, но он даже не стал вслушиваться в то, что именно играет. Завалился прямо в одежде на тахту и уставился бездумно в потолок. Черт, навалилось все и сразу! Раньше хоть на поле можно было забыться, а теперь…

Вот именно в тот момент и позвонил ему Фельдштейн, чтобы пригласить на встречу-разговор в ресторан гостиницы «Пекин», где скаут-администратор киевлян остановился проездом. И Мельник даже не стал особо раздумывать и сразу же согласился. Отвлечься хотелось, переключиться на что-нибудь другое.

Данила проследил взглядом, как поднимаются к верху пузырьки в бокале с минералкой и усмехнулся. Переключился. Нет, в Киев он, на самом деле, не собирался. Хоть и помнил здешнюю футбольную историю Мельник не очень хорошо, но уж про то, что в самом ближайшем времени на тренерском мостике «Динамо» Маслова должен будет сменить Валерий Лобановский, он был в курсе. Точный год не назвал бы, но, главное, факт оставался фактом — Дед уйдет. И тогда еще очень большой вопрос: а понадобится ли новому старшему тренеру Мельник? Хотя, конечно, если предположить, что Данила успешно вольется в состав киевлян, то, глядишь, события пойдут по иному пути и Маслов останется на своем посту. Но, черт побери, зыбко все, на тоненького[4].

Проще уж примкнуть к заговору Численко, Аничкина и других нынешних одноклубников и свалить Бескова. Хотя, теперь еще бабушка надвое сказала, а не отшатнутся ли они от него, как от чумного. Скандал с дракой явно не пойдет на пользу игрокам, задумавшим сплавить тренера. И будет ли для Дерюгина что-то стоить слово проштрафившегося форварда.

— О, Малой, какими судьбами?

На место ушедшего Фельдштейна бесцеремонно плюхнулся Витька, а на соседний стул приземлился Валерка. Вспомни дурака, он и появится.

— Так, зашел поужинать, — отбоярился Данила. — Вы же в курсе, я нынче холостой. Поэтому пельмени и яичница уже вот здесь! — Мельник чиркнул ребром ладони себе по шее. — Захотелось чего-нибудь вкусненького.

— А чего нам не позвонил? — удивился Маслов. — Мы с Анютой завсегда откликнулись бы на призыв страждущего! — Валерка заразительно засмеялся. Плотоядно потер руки в предвкушении и жестом подозвал официанта. — Друг, сделай нам, как обычно. Да, и «беленькую» не забудь.

— Что, повод имеется? — с любопытством осведомился Данила.

Его товарищи по команде переглянулись. Потом одновременно засмеялись.

— Есть повод, Малой, — Аничкин заговорщицки наклонился к нему. — Нам Бес сегодня довел информацию, что УЕФА утвердил идею матчей победителей Кубка чемпионов с обладателем Кубка кубков!

— Ох ты ж! — ошеломленно откинулся на стуле Мельник. — Выходит, мы теперь с «Миланом» сразимся?

— А то! — Маслов возбужденно хлопнул ладонью по столу. Да так, что посуда подпрыгнула, а один из многочисленных бокалов упал и с жалобным звоном раскололся. — На счастье! — Валерий засмеялся. — Шеф, не боись, оплатим все полностью, — успокоил он подошедшего официанта. Тот молча кивнул и спокойно убрал осколки. Ни один мускул не дрогнул на лице. Видать, такое для него было вполне привычным делом и не вызывало особых эмоций.

— Дата известна? — заерзал нетерпеливо на своем месте Данила. — Когда играем?

— Точное время пока согласовывают, — с сожалением покачал головой Аничкин. — Думаю, что осенью. Сам понимаешь, пока протокол выработают, пока примут, утрясут разные мелочи… И еще. Вроде бы речь идет не об одном матче, а о двух. То есть, у них и у нас. Других деталей пока не знаем. Так что, готовься, Малой, будем итальяшкам ответочку за прошлогодний чемпионат Европы готовить. В тот раз они со своей дурацкой монетой нас мимо финала прокатили, так сам бог велел алаверды им устроить.

— Вот это новость! — Мельник покрутил головой. — Я, честно говоря, больше развлекался тогда — на приеме. Даже не рассчитывал, что чинуши западные мои слова всерьез воспримут. Нет, надеялся, конечно, но так — в перспективе. А оно видишь, как все повернулось! Интересно.

— Это дело надо отметить! — предложил Маслов. — Знаю, Малой, что ты у нас в трезвенники-язвенники записался, но тут такой повод. Так что, хочешь не хочешь, а стопку надо выпить.

— Не, я пас, — решительно отказался Данила. — Даже не уговаривайте. Я и так на карандаше, а если сейчас загуляю, так однозначно поеду казарму где-нибудь на южном берегу Северного Ледовитого океана осваивать.

— Отстань от пацана, — посоветовал Витька другу, заметив, что тот собрался дожать Мельника. — Он верно говорит. Нам-то с тобой Бес хрен что сделает, разве что очередную «звезду» навесит, а его и правда из команды запросто турнут.

— Скучные вы, — проворчал недовольно Валерий. — Надо было Мальцеву с Харламом набрать, уж они наверняка ломаться бы не стали.

— А тебе веселья захотелось? — вкрадчиво поинтересовался Данила, сделав стойку при услышанных фамилиях коллег-хоккеистов. — Так это легко можно устроить.

— Ты про что? — насторожился Маслов. А Витька с интересом уставился на расплывшегося в ехидной улыбке Мельника.

— Как про что? — деланно удивился форвард. — Забыл наш с тобой небольшой спор? Так я напомню. Чемпионом в хоккее кто стал?

— Твою мать! — тоскливо взвыл Валерка. — Я, грешным делом, решил, что ты позабыл все. Вот засада! Малой, а может…ну его, а⁈ — он с надеждой посмотрел на одноклубника.

— Вы о чем, парни? — Витька изнывал от любопытства. — Дань, чего он так побледнел?

— Так к марафону теперь начнет готовиться, — загадочно ухмыльнулся Мельник. — В стиле ню!

[1] Дед — прозвище легендарного тренера В. А. Маслова, который в то время работал с киевским «Динамо»

[2] «Вышак» (жарг.) — Высшая мера наказания. То есть, расстрел.

[3] Были расстреляны в 1961 году как раз за спекуляцию валютой

[4] Данила ошибается. После Виктора Маслова киевлянами еще руководили В. Терентьев и А. Севидов

Глава 7

1969 год. Июль. Москва

— Костюм наденешь, — определилась, наконец, Ленка. — Вот этот. Да оторвись ты уже от своей книжки! — Мельник, вольготно развалившийся на тахте, искоса поглядел на нее, неопределенно хмыкнул и снова погрузился в похождения бравого майора Пронина. Как-то так получилось, что цикл приключенческих романов Льва Овалова в прошлой жизни прошел мимо Данилы и теперь он твердо вознамерился ликвидировать этот досадный пробел. Благо, директор одного книжного магазина неподалеку от дома футболиста оказался рьяным болельщиком «Динамо» и с радостью откликнулся на его просьбу достать заветные томики. Сейчас на очереди была «Медная пуговица».

Андреева, задетая таким вопиющим пренебрежением Мельника к ее героическим трудам имиджмейкера, завелась с пол оборота.

— Я не поняла, это что, нужно только мне⁈

Данила тихонько вздохнул и отложил книгу.

— Лен, ну ты чего? Какая разница, в чем я пойду на этот дурацкий ужин? Мы ведь с тобой оба прекрасно понимаем, что твои родители никогда в жизни не допустят развода. Так чего, спрашивается, огород городить? Придем, посидим, немного пообщаемся, послушаем музычку, немного поскандалим и тихо разбежимся. Делов-то. Поэтому, я бы предпочел сейчас расслабиться и не забивать себе голову лишними деталями.

— Это мы еще посмотрим! — прошипела Андреева, опасно сузив глаза. — Я все равно их дожму! А ты не смей сдаваться раньше времени. Встал быстро и пошел бриться!

— Да без проблем, — легко согласился Мельник и упруго поднялся на ноги. Эка невидаль, соскрести небольшую щетину. Не стоит эта куцая юношеская поросль на физиономии возможного скандала с подругой.

— И туалетной водой не забудь побрызгаться. Той, французской! — крикнула ему вслед Ленка. — А то опять, как забулдыга, «Тройным» обольешься! И не забудь: мама — Валентина Трофимовна, а отец…

— Антон Петрович, мон женераль! — шутливо откозырял Ленке в дверях ванной Данила и засмеялся.

Дача Андреевых располагалась в элитном районе — на Николиной горе. Загородная цитадель советских артистов, литераторов, музыкантов, художников и, конечно, куда без них, политиков. Отец Елены по своему статусу как раз органично вписывался в число жителей поселка.