Дмитрий Павлов – Убить Зону! (страница 6)
В коридоре вивария темно и жутко. Перед гермодверью мерзко мигает перегорающая лампа. Со второго этажа доносится вой беснующихся псевдособак и лязг железа. "Бум-бум-бум"! - от шагов псевдогиганта дрожит пол. За решеткой стоят оцепенелые кровососы.
- Интересные всё-таки существа, - Гарик склонился к решетке вольера с хищниками.
- От решетки отойди!
- Что? - не расслышал Гарик.
Стоявший ближе к двери кровосос мгновенно ожил. Раз! - его лапа мелькнула в воздухе, не достав полсантиметра до аспиранта. Гарик отшатнулся, потерял равновесие и шлёпнулся на пятую точку.
- Тяжёлые у нас пациенты, - заметил Олег, поднимая перепуганного напарника. - Чуть зазевался, и тобой уже пообедали.
У гермодвери Олег нажал кнопку вызова и помахал рукой укреплённой под потолком телекамере.
- Алё! Есть кто живой?
Динамик хрипнул, из него раздался голос дежурного.
- Сколько окон на фасаде главного корпуса?
- Не знаю. Открывай дверь!
Сказать по правде, никому ещё в голову не пришло сосчитать окна на институтских корпусах, чтобы правильно ответить на контрольный вопрос при выходе из вивария. Дежурный оценивал не ответ, а сам факт внятного речеговорения, поскольку сотрудник, взятый мутантом под контроль, не мог связать двух слов. Метод, конечно, примитивный, но действенный, никто из зомбированных виварий не покинул.
- Замок открыт, выходи, - огласил вердикт дежурный.
Олег выдохнул с облегчением. Он отлично знал, для чего в гермодверь врезана амбразура от БТРа. Хорошо, если из неё вылетит дротик с транквилизатором. А ведь могут и из "калашникова" врезать, если дежурный окажется паникёром.
Олег провернул штурвал и с трудом отворил тяжёлую бронягу гермодвери. Аспиранты вошли в тамбур и заперли за собой гермодверь. Таковы правила: Вторая гермодверь тамбура не откроется, пока первая не заперта. На выходе из тамбура аспирантов встретил дозиметрист и забрал карандаши индивидуальных дозиметров.
- Сколько набрали? - спросил Олег.
- Норма, - буркнул дозиметрист.
В виварии искусственно поддерживался высокий радиоактивный фон, необходимый для существования мутантов. Набранные сотрудниками дозы радиации учитывались в журнале, но сам журнал почему-то считался секретным. Ещё никому из работавших в виварии сотрудников не удалось заполучить его.
У выхода из санпропускника аспирантов встретил Вахмистров, рослый, массивный и неуклюжий, как медведь. Профессора волновал единственный вопрос:
- Что с контролером?
- Сдохнет, - без предисловий отчитался Олег. - У него перитонит. Кишки в гное плавают. Я, конечно, могу его ещё раз прооперировать но...
Профессорский кулак с размаху впечатался в стену.
- У мразь!
За дурной нрав Вахмистрова прозвали Чёрным Полковником, хотя до перевода в Институт он успел дослужиться лишь до майора медицинской службы.
- Контролера надо забить прямо сейчас, - Олег привык к вспышкам своего научного руководителя и отвечал совершенно спокойно. - Тогда у нас будет хотя бы относительно сохранный труп для вскрытия. Если протянем неделю - монстр сгниёт заживо.
- Так, поговори мне ещё!
Майора от армии и профессора от медицины можно понять. Из Чернобыльской зоны отчуждения за всё время её существования в Россию удалось вывезти только трёх контролеров. И вот, один из них умирает от шального ранения.
- Ладно ребята, проехали, - Вахмистров быстро взял себя в руки. - Объясняю ситуацию: Контролер чрезвычайно важен для Института. И для вас, - профессор грозно глянул на аспирантов. - Потому как, если он сдохнет, можете попрощаться с диссертациями.
Гарик пропустил угрозу научрука мимо ушей. Ему то что, зарубят тему с контролером - батя даст другую. Зато Олег встревожился не на шутку, потому что за него бегать и просить никто не будет.
- Можно попробовать ввести ему "субстанцию Р", - предложил он.
Пресловутую субстанцию, лекарство, для которого ещё даже название не придумали, получали в радиологическом корпусе института с помощью доставленных из Зоны артефактов. Она являлась мощнейшим иммуномодулятором и многократно усиливала действие антибиотиков. Проблема заключалась в том, что радиологи получали субстанцию в мизерных количествах и толком не испытали её даже на кроликах. Вещество было крайне нестойким, его требовалось вводить сразу, не отходя от реактора. Тем не менее, Вахмистрову идея понравилась.
- Молодец, Самойлов. Хвалю за креатив. Радиологов я беру на себя, а ты организуешь перевозку контролера. Действуй!
Легко сказать: "Организуешь перевозку". Для мутантов в Институте держали специальный КАМАЗ с изолированным контейнером-клеткой, достаточно прочным, чтобы выдержать натиск псевдогиганта. Машина доставляла мутантов с аэродрома прямиком в виварий, где они погибали в ходе экспериментов либо от своих собственных болячек. Использовали её и для перевозок между институтским корпусами.
Через час Вахмистров обнаружил своих аспирантов в лаборантской вивария. Гарик, спокойный и добродушный как слон, курил развалившись на стуле. Олег пристроился на подоконнике и вид у него был как у висельника, которому отказали в помиловании.
- Как дела? - голос Чёрного Полковника не сулил парням ничего хорошего.
- Никак.
- Нету машины! - Гарик изобразил на лице выражение искренней скорби. - Угнали в Чкаловск, забирать с аэродрома какую-то тварь.
- А охрана? - Вахмистров повернулся к Олегу. - Самойлов, ты в штабе батальона был?
- В штабе, Семён Николаевич, меня послали на три буквы. Без заявки самого директора они к контролеру близко не подойдут.
Вахмистров побагровел. Казалось, ещё минута, и он лопнет как перезревший помидор.
- Чтоб через час контролер был в радиологии! - Чёрный Полковник вылетел прочь, треснув напоследок дверью.
- Что будем делать? - трагическая мина мгновенно сошла с Гарикова лица. Ситуация явно забавляла его.
- Вешаться, - мрачно ответил Олег. - Сперва тебя повешу, потом сам...
- Меня то за что?
- За компанию. Одному скучно. Хотя... - внезапная идея озарила аспиранта. Он схватил оставленную Вахмистровым папку с бумагами. - Все пропуска и разрешения у нас есть. Сейчас накалываем контролера морфином, чтоб он пальцем шевельнуть не мог, бросаем его на каталку и везём в радиологию. Без спецмашины и без охраны.
- Олег!
- Чё?
- А если морфин не подействует? Монстр же зомбанёт кого ни будь по пути, ей Богу зомбанёт!
Аспирант озадаченно почесал затылок. Действительно, привыкшие к ядовитым испарениям Зоны, мутанты были малочувствительны к человеческой фармакопее. Чтобы усыпить перед операцией того же контролера анестезиологу пришлось потратить столько наркозных средств, сколько хватило бы на четверых нормальных мужиков.
- Буду держать наготове шприц с калипсолом, - решил Олег. - Чуть что не так - дам калипсол по вене и контролер отрубится.
- Ты свихнулся! - буркнул Гарик.
- Нет, я просто очень хочу защитить диссертацию.
Аспирант, только что оставивший контролера без лекарства, в мгновение ока превратился в страстного защитника мутантов. Он почти силком потащил Гарика в санпропускник вивария.
- Олег, - ныл Гарик, - нас же из аспирантуры выгонят!
- Меня, может, и выгонят, - рассудительно отвечал Самойлов, - А тебя - нет, тебя папаша отмажет.
- Нельзя же просто так, на каталке через весь институт контролера тащить!
- А как, по твоему, его тащили звероловы из Зоны? С ротой автоматчиков на спецмашине везли? Нет! Накачали транквилизатором и пёрли на себе.
Дежурный страшно удивился, снова увидев аспирантов. Обычно сотрудников палкой в виварий не загонишь, а этим двоим там как мёдом намазано.
- Опять?! Поселиться решили?
- А чё?
- Через плечо! Заходите. Каталку куда попёрли?
Для перевозки контролера Олег прихватил старую и жутко скрипучую больничную каталку, на которой последние лет десять по виварию развозили собачий корм.
- Каталка нужна для контролера.
- Кого? - не поверил дежурный. - Олег, иди в жопу со своими шуточками!
Аспиранты надели скафандры, которые дозиметрист ещё не успел сдать на дезактивацию. Перед гермодверью Гарик последний раз попробовал отговорить напарника от авантюры, но замолк, увидев у себя под носом Олегов кулак, обтянутый освинцованной резиной.