Дмитрий Павлов – Мосты Норланда (страница 3)

– Говорят, принцесса жутко уродлива, – рассказывал Мартини военному атташе. – Впрочем, наследнику грех жаловаться. Чем страшнее уродство у северян, тем сильнее их магическая потенция. Всё, что требуется от наследника – закрыть глаза и сделать своё дело, хе-хе.

– Я видел фото принцессы во вчерашнем номере «Рейтара», она вполне симпатична, – возразил Готлиб

– Бросьте, – отмахнулся толстяк. – Фотографиям нельзя верить, их ретушируют. Представители норландской аристократии, именующие себя Старшими, все эти Унрехты Врангели, Юнкеры и прочие, – самые уродливые существа на свете. Так уж распорядился Создатель: либо ты красавец и не обладаешь ни граном магии, либо страшен как чёрт и силён как Эрик Основатель. Верьте моему слову, с минуты на минуту вы увидите самую жуткую каргу на свете.

– Но принц… – Готлиб указал на Фрея, – …выглядит вполне нормальным человеком.

– На этом экземпляре природа отдохнула, наградив заурядной внешностью и минимумом способностей. Поэтому он прозябает на вторых ролях. Посмотрите на безвольную линию его подбородка, на бесцветные волосы. А если, мой юный друг, вам повезёт оказаться вблизи, обратите внимание на форму его ушных раковин – они свидетельствуют о деградации. Кровожадная династия Унрехтов вырождается и нам повезло присутствовать при её агонии. Брак наследника Норланда с принцессой из Понизовья является отчаянной попыткой улучшить породу и оттянуть бесславный конец.

– Говорят, Фрей очень умён, – осторожно заметил Готлиб – Он учился в Политехе и даже носит золотой значок этого института.

– Если доведётся общаться с Фреем «tête-à-tête», взгляните на дату, выбитую на значке. Согласно ей, принц умудрился получить университетский значок за два года до своего рождения. Очевидно, Фрей купил его в ломбарде.

Унрехт обернулся и внимательно посмотрел на дипломатов, словно почуяв: разговор идёт о нём.

– Странно, принц совершенно не похож на своего отца, герцога Рагнара, – заметил Готлиб.

– Герцог приходится Фрею приёмным отцом, – пояснил толстяк. – Пятнадцать лет назад анархист покушался на Рагнара, но перепутал экипажи и метнул бомбу в карету родителей Фрея. Они погибли. Герцог усыновил Фрея вместе с его братом и кажется, уже сто раз пожалел об этом. Фрей и особенно его брат Феликс – два главных фрондёра в королевской семье.

«Южный экспресс» приближался. Стук колёс и высокий стон турбины заполнили пространство под дебаркадером. Локомотив протянул состав вдоль платформы, скрежетнул тормозами и замер. Двери вагонов открылись, толпа выплеснулась из поезда и потекла ко входам в вокзал. Фрей приказал агенту:

– Передай шофёрам, чтоб заводили моторы.

Агент убежал к выходу, а Фрей хотел войти в вагон первого класса. Но навстречу ему спешили дамы в дорожных платьях, купцы, офицеры… Фрей посторонился и занял наблюдательный пост у опоры. Не хватало только разминуться с принцессой!

– Господин поручик! – окликнули Фрея.

Принц обернулся. Перед ним стояли трое: плечистый старик в долгополом сюртуке, долговязая рыжая дама с вытянутым как у лошади лицом, и невысокая девушка с тёмно-русыми волосами, стянутыми на затылке в тугой узел. Лицо девушки симпатичное, но несколько широковатое и чересчур скуластое. Глаза скрыты за тёмными очками. На приезжей шляпа с тёмной вуалью, приталенный жакет чёрного бархата и полосатая юбка вроде тех, что носят крестьянки и знатные дамы, впавшие в ересь народничества.

– Господин поручик, как нам попасть на Дворцовую набережную, – спросил старик.

Фрей, раздосадованный тем, что его отвлекают от важного дела, холодно ответил:

– На привокзальной площади находится биржа извозчиков, а из вокзала по телефону можно заказать такси.

Троица направилась ко входу в вокзал. А Фрея поразила внезапная мысль.

– Стойте! – крикнул он.

Все трое обернулись, старик как бы невзначай отвёл полу сюртука, продемонстрировав висящую на поясе кобуру.

– Вы Фрея Ропп? – обратился поручик к девушке в полосатой юбке.

– Да.

– Я Фрей Унрехт и мне поручено забрать вас с вокзала. Из-за некоторых обстоятельств – Фрей указал на имперских дипломатов, – торжественной встречи не будет.

Фрея взглянула на южан, узнала Готлиба и помахала ему рукой. Атташе вздрогнул и побледнел.

– Кажется, он вас помнит, – заметил Фрей.

– Да, мы встречались. Этот господин помог мне в одном очень важном деле.

Фрей взмахнул рукой, подзывая лакеев и те выхватили у носильщиков багаж принцессы.

– Пройдёмте к машине.

На привокзальной площади шум и гам, как в Вавилоне за день до сдачи объекта. Толпа бурлит, обтекая стоящие у бордюра автомобили. Орут, стараясь перекричать друг друга лотошники, звонко вопят мальчишки-газетчики, извозчики окликают с высоких козел клиентов:

– А кому в Суконный конец?

Столицу полвека назад разделили на округа, но у этих деревенщин всюду «концы». Наряд конной полиции пробирается сквозь толпу. Хорошо обученные лошади осторожно раздвигают людей. Из погребка на дальней стороне площади вываливает компания поддатых мужчин. Кто-то налетает на бражников, получает сдачи кулаком в нос и вспыхивает драка. Конные полицейские сворачивают ко входу в кабачок, заранее снимая с поясов длинные дубинки. Гости из Понизовья оглушены и растеряны. Даже невозмутимый старик с внешностью отставного душегуба ощутил себя не в своей тарелке.

– У вас всегда так шумно? – спросила Фрея.

После малолюдного Понизовья столица Норланда казалась ей сущим адом.

– Сегодня ещё тихо, – улыбнулся Фрей. – Будний день всё-таки. А что здесь в воскресенье будет…! Впрочем, пожалуйте в машину.

Фрей помог принцессе и её компаньонке забраться на заднее сиденье «адлера», старик сел впереди. Лакеи погрузили саки и чемоданы понизовцев в деревянный ящик багажника, захлопнули его и застегнули ремнями. Фрея выглянула из окна.

– А кто поведёт машину?

– Я, – Фрей взялся за пусковую рукоятку и рывком крутанул её.

Двигатель провернулся и затарахтел всеми восемью цилиндрами.

– Вы умеете водить! – Фрея была в восторге.

– Это не так уж и сложно.

Поручик сел за руль, дважды просигналил машинам конвоя и тронулся, стараясь не ткнуть бампером обывателей, имеющих дурную привычку шляться поперёк проезжей части.

– Я всю жизнь мечтала научиться водить автомобиль, – заявила Фрея.

– Рекомендую купить машину с электромотором. Вот уж с чем нет проблем: ни запаха бензина, ни мучений с коробкой передач. Нажал педаль и поехал!

– Это те несчастные экипажи, которые заряжаются дольше, чем ездят? – Фрея презрительно сморщила нос. – Будущее за двигателем внутреннего сгорания!

Колонна выехала с привокзальной площади и помчалась вдоль железнодорожной эстакады. Фрей придавил акселератор и машина легко обогнала поезд, несущийся на всех парах. За путями тянулся парк. Над кронами дубов виднелись островерхие крыши и шпили замка.

– Это Юханхольм, наш старый охотничий замок, – пояснил Фрей. – В нём зарезали короля Юхана Безумного. А там, – поручик указал на мрачное кирпичное здание по другую сторону проспекта, – королевский лицей. В нём я дрался с сыном нынешнего бургомистра Нореи.

– И кто победил? – заинтересовалась Фрея.

– Учитель! Он взял нас за загривки, треснул лбами и отправил в разные углы класса. В этом парке, – поручик кивнул на островок зелени, зажатый между домов, – наша королева Мари дралась на дуэли.

– Расскажите, расскажите!

– Ну, слушайте…

За четверть века до описываемых событий девица Мари Сандберг была студенткой Вознесенского женского колледжа. Спор между будущей королевой и некой особой с Миллионной улицы возник из-за пустяка: купчиха неосторожно высказалась про платье Мари, а та огрела оппонентку сумочкой. По правилам дуэлянтам следовало драться обнажёнными по пояс, дабы клинок не занёс в рану инфекцию вместе с клочками одежды. В придачу к блузке Мари скинула юбки и сражалась в одних панталонах. Имея решительное преимущество в манёвре, она проткнула купчиху шпагой с такой же лёгкостью, с какой повар нанизывает на вертел цыплёнка.

– И эта женщина станет моей свекровью? – Фрея вдруг отчётливо представила, что будет, если поссорится с королевой. Она заранее видела себя насаженной на шпагу.

Фрей заверил принцессу, что особам правящей династии запрещено принимать и посылать вызовы. Этот запрет соблюдается. В большинстве случаев.

– У вас в Норее случается что-нибудь хорошее? – спросила Фрея. – Кроме драк, дуэлей и зарезанных королей.

– Конечно! Вчера состоялся торжественный спуск на воду линейного крейсера «Норланд». При спуске порвался канат и хлестнул по толпе. Убито трое зевак.

Машина поднялась на высокий Рождественский мост, перекинутый через рукав Фрайзера. С моста, поверх черепичных крыш Старого города спутники увидели обрывистые склоны Замковой горы с крепостью на вершине.

– Это Кронбург, старая королевская резиденция, – рассказывал Фрей. – Двести лет назад она сгорела, и её переделали в тюрьму для преступников высшего ранга.

– Хочу побывать там! – заявила Фрея.

– Прибейте кого-нибудь и сразу туда попадёте, – заверил Фрей.

– Да ну вас! – надулась принцесса.

– Хорошо, едем в Кронбург, – решил поручик.

«Адлер» развернулся с лихим креном и помчался вдоль обшарпанных домов Старого города. Асфальт кончился, под колёсами загремела брусчатка кривых переулков. Замковую гору лишь недавно включили в пределы столицы, и улицы на её склонах ещё сохранялся сельский колорит. Всё так же грелись на солнышке ветхие старушки, помнящие прежнего короля молодым представительным мужчиной, куры копались в навозных кучах, а по вечерам можно было наткнуться на табунок коз, которых хозяйка гнала с пастбища на крутых склонах горы.