Дмитрий Пархомов – Хроники Последней Эпохи: Шесть книг о молчании Бога (страница 21)
Джонни почти не шёл. Мара несла его на руках. Мальчик был лёгкий, как сухая ветка. Голова лежала у неё на плече, глаза то закрывались, то открывались – медленно. Кролик Роман лежал в кармане её куртки – уже холодный.
Анна шла рядом. Иногда касалась ладонью щеки Джонни.
Роман шёл первым. Молча. Револьвер в кобуре. Деметрий слева – нож на поясе. Харрис сзади. Bitok замыкал.
Мара вдруг остановилась.
Просто ноги перестали двигаться.
Все остановились. Повернулись к ней.
Она стояла посреди красной земли. Пыль медленно оседала вокруг неё.
– Я остаюсь, – сказала она тихо.
Анна шагнула ближе.
– Почему?
Мара посмотрела на неё, потом на Джонни.
– Потому что я уже умерла. Там, на дороге, вместе с Элли. Я просто иду за вами, как тень.
Она медленно сняла обрез с плеча и положила его на землю.
– Идите. Я посижу здесь.
Харрис сделал шаг вперёд.
– Мы тебя не оставим.
Мара ответила:
– Вы уже оставили. Когда Элли упала, вы даже не остановились по-настоящему.
Роман смотрел на неё долго.
– Если останешься – умрёшь.
– Я уже умерла, – ответила Мара. – Просто тело ещё идёт.
Джонни вдруг шевельнулся в её руках. Открыл глаза.
– Тётя Мара… Пожалуйста… иди с нами.
Мара посмотрела на мальчика. На его тонкую шею. На потрескавшиеся губы.
Она опустила голову и прижалась лбом к его лбу.
– Ладно… – прошептала она. – Ещё немного. Я попробую.
Анна кивнула.
Мара подняла обрез с земли. Повесила обратно на плечо.
Они пошли дальше.
Мара несла Джонни. Пальцы на его спине чуть дрожали.
Пыль поднималась за ними – тонкий красный след.
Никто не сказал больше ни слова.
Глубокая тёмная ночь
Ночь пришла без перехода – просто свет погас, как будто кто-то выключил его рукой. Они остановились у края сухого русла. Не лагерь, просто место, где можно было сесть. Костра не разводили. Не из чего. И не зачем.
Джонни лежал на плаще Анны. Голова на её бедре. Дыхание было коротким и редким – каждый вдох словно требовал отдельного решения. Анна сидела прямо, спина к камню, руки вокруг сына. Пальцы медленно гладили его по волосам.
Роман сидел напротив, спиной к стене русла. Револьвер лежал на коленях. Глаза открыты. Он смотрел в темноту.
Харрис лёг на бок, лицом к земле. Руки под голову.
Мара сидела чуть в стороне. Колени подтянуты к груди. Обрез лежал рядом. Она смотрела на Джонни – долго, не моргая.
Деметрий не сел. Он ходил маленькими кругами.
Bitok сидел у самого края русла. Смотрел вниз, в чёрную щель, где пыль лежала густым слоем.
Шёпот пришёл тихо, почти сонно.
«Он уже не встанет утром. Ты знаешь. Анна сломается. Мара уйдёт в себя. Зачем ждать? Один шаг – и тишина».
Bitok не ответил. Просто положил ладонь на холодный камень.
Джонни шевельнулся. Открыл глаза – мутные, но ещё живые.
– Мам…
Анна наклонилась ниже.
– Я здесь.
– Холодно…
Она плотнее укрыла его плащом и прижала к себе.
– Сейчас согрею.
Мальчик кивнул слабо.
– А кролик… он спит?
Анна коснулась кармана.
– Спит. Крепко.
Джонни улыбнулся уголком рта.
– Хорошо. Пусть спит…
Он закрыл глаза.
Мара встала. Подошла ближе и тихо села рядом с Анной.
– Дай я подержу.
Анна посмотрела на неё, потом осторожно передала сына.
Мара взяла Джонни на руки и прижала к груди.
– Держу, – прошептала она.
Джонни не проснулся.
Мара сидела неподвижно.
Деметрий остановился. Посмотрел на них.