Дмитрий Пархомов – Хроники Последней Эпохи: Красный, безумный, упрямый (страница 2)

Никто не услышал.

Но пыль на полу вдруг шевельнулась – тонкая красная волна прошла по бетону.

Радио Дарвина

Подвал молчал всю ночь. Только лампа шипела. Джонни дышал рвано – каждый вдох будто требовал решения. Анна не спала. Сидела, обхватив сына, подбородок на его макушке. Взгляд упирался в трещину на стене, похожую на беззубую улыбку.

Роман сидел у старого радиоприёмника и медленно крутил ручку. Статический шум лился, как дождь по жести. Иногда сквозь него прорывался обрывок голоса – слово, полслова, плач. Потом снова шум.

Деметрий спал сидя, нож прижат к груди. Джекс лежал на спине, руки за головой, и смотрел в потолок. Там в красной от пыли паутине висела мёртвая муха.

Шёпот пришёл ближе этой ночью. Не словами – просто тёплое давление на затылке. «Послушай радио. Там уже всё сказано. Север мёртв. Юг мёртв. Здесь тоже скоро. Ляг. Закрой глаза. Отдохни по-настоящему».

Джекс повернул голову к Роману.

– Что-нибудь есть?

Роман крутанул ручку. Шум стал громче. Потом – треск. И голос. Далёкий, хриплый.

«…Дарвин. Если кто слышит… Дарвин держится. Вода есть. Стены есть. Люди ещё дышат. Идите на север. Если можете…»

Голос утонул в треске.

Анна подняла голову. В её красных глазах впервые за неделю мелькнуло что-то живое.

– Это правда?

Роман выдохнул.

– Может, и правда. А может, кто-то просто хочет, чтобы мы вышли и умерли на дороге.

Он повернулся к Джексу.

– Ты что думаешь?

Джекс сел, потёр лицо ладонями.

– Думаю, что если сидеть здесь – умрём точно.

Шёпот внутри стал громче:

«Не верь. Это ловушка».

Джекс встал и подошёл к радиоприёмнику.

– Включи ещё раз.

Голос вернулся – слабее, но чётче:

«…Дарвин. Последний сигнал. Если вы живы – идите. Мы ждём. Держим тепло. Пока можем».

Связь оборвалась.

Деметрий открыл глаза.

– Север далеко. Но сидеть здесь – ещё дальше.

Анна прижала Джонни сильнее. Мальчик открыл глаза.

– Мы пойдём? – спросил он шёпотом.

Джекс посмотрел на каждого.

Шёпот внутри закричал:

«Нет. Нет. Нет».

Джекс сжал зубы.

– Нет, – сказал он шёпоту вслух. Потом уже всем, спокойно: – Мы не останемся.

Роман кивнул.

Деметрий улыбнулся уголком рта.

Анна посмотрела на Джонни. Мальчик кивнул – слабо, но твёрдо.

– На север, – сказала она.

Радио молчало. Но в нём ещё звенело эхо того голоса.

Харрис приходит

Дверь в подвал дрогнула от тяжёлого удара. Потом ещё раз. И ещё – уже с хрипом, будто человек за дверью толкался последними силами.

Все мгновенно напряглись. Роман схватил револьвер. Деметрий бесшумно поднялся с ножом в руке. Bitok встал медленно, без лишнего шума. Анна прижала Джонни к себе так сильно, что мальчик тихо пискнул.

– Эй… внутри… – раздался низкий, надтреснутый голос с заметным австралийским акцентом. – Если там ещё живые – открывайте, чёрт вас дери. У меня генератор. Бензин. Свет. Не стреляйте только, я не для того сюда перся.

Роман посмотрел на Bitok’а. Тот коротко кивнул.

Деметрий подошёл к двери первым, нож в правой руке, левой осторожно отодвинул засов. Дверь открылась на узкую щель.

В проёме стоял высокий, плечистый мужчина, сутулый, будто всю жизнь таскал на спине чужие моторы. Лицо в пыли и саже, рыжая борода, глаза красные от усталости. На плече – старый армейский рюкзак, из которого торчали провода. В руках – канистра и что-то тяжёлое, завёрнутое в грязную тряпку.

– Харрис, – представился он сразу. – Механик. Был в гараже на окраине. Всё сгорело к чертям. Ушёл вчера. Вас нашёл по свету лампы – в щель видно было.

Роман не опустил револьвер.

– Чего надо?

Харрис усмехнулся криво, без веселья.

– Не сдохнуть в одиночку. И вам того же желаю. Генератор у меня рабочий, дизельный. Ещё на неделю хватит, если не жечь как на Новый год.

Bitok шагнул вперёд.

– Почему мы должны тебе верить?

Харрис посмотрел ему прямо в глаза – тяжело, но без вызова.

– А не верьте. Если б я хотел вас грохнуть – уже бы выстрелил через дверь или просто прошёл мимо. А я стою тут, как последний идиот, и прошу впустить.

Пауза повисла тяжёлая.

Анна заговорила первой – тихо, но в голосе была трещина:

– Джонни… ему холодно. Свет бы помог.

Джонни поднял голову и посмотрел на незнакомца большими красными глазами.

Харрис заметил мальчика – и лицо у него на секунду смягчилось.

– У меня есть маленький фонарик. На батарейках. Для пацана отдам.

Деметрий отступил в сторону. Роман наконец опустил револьвер, но не убрал.

– Заходи. Медленно. И без резких движений.