Дмитрий Палеолог – Кибер - реликт (страница 18)
Он потянул из набедренной кобуры импульсный пистолет, на ходу активируя затвор в боевое положение.
Вадим замер столбом, не желая верить в происходящее. Дурное предчувствие сбывалось с неимоверной точностью и быстротой.
Олег хотел сделать шаг, попытаться остановить и все объяснить, когда ударил выстрел.
Тесное помещение на миг озарилось бледно-голубым светом. С дульного среза «импульсника» сорвался синий разряд электростатитки.
Пятимиллиметровый титановый шарик, разогнанный в стволе пистолета электромагнитным полем, ударил Клео в грудь с убийственно-короткой дистанции. Остов из сверхпрочного сплава, скрытый пеноплотью, выдержал удар, Клеопатру отшвырнуло на спинку кресла.
Не глядя, она подхватила с края пульта «гладиус». Спустя мгновение ударил выстрел.
Грохот в тесном помещении рубки показался оглушительным, Олег невольно присел.
Илью отбросило на стену. Пуля ударила в голову, пробив гермошлем скафандра навылет. Осколки бронестекла вперемешку с каплями крови брызнули на стену. Импульсный пистолет вывалился из пальцев, мертвое тело медленно съехало по стене на пол.
— Клео, нет! — заорал Олег.
Но было уже слишком поздно. Клеопатра лишь повела стволом автомата, держа его одной рукой.
Вадим тихо охнул и попятился, вслепую нашаривая пистолет в набедренной кобуре.
Он не успел. Вновь ударил выстрел. Безжизненное тело пилота завалилось на пульт управления, еще подергиваясь в предсмертной агонии.
Тумановский замер, переводя полный ужаса взгляд с одного тела на другое. Его била нервная, неподконтрольная дрожь.
— Зачем?! Зачем ты сделала это?! — наконец, рявкнул он, невольно сжимая кулаки.
— Эти люди хотели убить меня без каких-либо объективных причин. Я была не вооружена и не предпринимала никаких действий, опасных для них, — голос Клео как всегда, был спокойным и ровным, словно бы она сообщала о чем-то привычном, обыденном.
Олег задохнулся от нахлынувших чувств. С трудом совладав с собой, он произнес:
— Убить?! Чем?! Да для тебя выстрел из «импульсника» что слону дробина!
— Это не имеет значения. Их поведение было немотивированно-агрессивным. А высшая степень программной свободы подразумевает действия в собственную защиту, в том числе и противодействие людям в случае их неадекватного и опасного поведения. Такого, как сейчас.
— И что теперь предлагаешь делать?! — Олег, казалось, не услышал последних слов кибермеханизма. — Мы выбрались из такой передряги, что вспомнить страшно! И что?! Что теперь?!
Он подхватил с пола фонарь, посветил на распростертые тела.
— Это пилоты звездного патруля! Видишь идентификационную бирку на скафандре?! Через несколько часов… ну, максимум через сутки здесь будет эскадра военных кораблей! С ними тоже повоюешь?!
Ярость клокотала в душе.
— Что прикажешь делать?! Нас теперь никогда не оставят в покое! Будут гонять по всей обитаемой Галактике, как крыс в трюме!
Олег сорвался на крик, но легче от этого не стало.
Он швырнул фонарь в угол и присел у стены, обхватив голову руками.
Он был в полшаге от спасения. Он вырвался несмотря ни на что — оттуда, откуда вырваться было невозможно в принципе. А древний киборг сделал медвежью услугу…
Последние слова Клео невольно всплыли в сознании. Высшая степень программной свободы, независимое поведение… Как она могла забыть поставить заглушку на технический слот? Или…
Олег нахмурился. Страшная догадка вымела из головы все остальные мысли, вызвав неприятное, щекотливое чувство зарождающегося страха.
Кибермеханизмы не могут ничего забыть по определению.
— Мне жаль, Олег, — произнесла Клео, впервые назвав его по имени.
Тумановский медленно поднялся.
— Что ты можешь знать о жалости, ведро дырявое… — фраза сорвалась сама собой.
— Вместе с активацией высшей степени программной свободы вступил в действие скрытый протокол, — невозмутимо ответила Клеопатра.
— Что за протокол? — свистящим шепотом спросил Олег. Страха уже не было, в душе растекалось стылое чувство совершенной непоправимой ошибки.
— В случае провала эксперимента с кораблем «Святогор» участники должны быть ликвидированы.
Олегу показалось, что он ослышался.
— Чего? — с трудом выдавил он, спазм перехватил горло. — Клео, прошло тысячу лет! Те, кто готовил этот эксперимент, давно превратились в прах! Какие, к чертям, секретные протоколы?
Он невольно отступил назад, не сводя взгляда со стройной фигуры женщины в сером комбинезоне.
— Мне жаль, Олег, — вновь произнесла Клео, вскидывая «гладиус». — Без срока давности.
Часть 2. Забывшего заставят вспомнить
Глава 1
Темнота накрыла огромный мегаполис. Ветер утих, словно устав за бесконечный день. Стылую ночную тьму прокалывала россыпь огней — город, который не спал никогда, словно бы наблюдал за жителями миллионами холодных, равнодушных глаз.
Вечер выдался холодным и сырым. С темных небес, пробив пелену смога, сыпалась хмарь мелкого, моросящего дождя.
Тумановский выбрался из кабины аэротакси и плотнее запахнул куртку. Холодная капля скользнула за воротник, вызвав непроизвольную дрожь. Улица была пуста, лишь редкие автомобили, шелестя водородными двигателями, проносились мимо, вспарывая темноту светом фар.
Погода явно не располагала к прогулке, но Олег не захотел сидеть дома. Одиночество, которое он так любил, сегодня вдруг стало невыносимым. Бар «Синяя птица» — единственное место, куда он порой выбирался. И не столько, чтобы пообщаться. Скорее, чтобы не забыть, что живет в мегаполисе с многомиллионным населением.
Заведение встретило уже привычными запахами свежесваренного кофе и дорогих сигар. Алкоголя здесь не подавали, натуральный кофе и табак сейчас ценились куда дороже спиртного. В зале было пусто, лишь пара человек.
Олег подошел к стойке, кивнул в качестве приветствия знакомому бармену.
— Дома не сидится никак? — спросил молодой парень, оторвав взгляд от сферовизора на стене.
— Надоело, — Тумановский сел на высокий табурет. — Что нового, Ник?
— Слава Богу, без новостей, — усмехнулся тот. — Обычно они не радуют.
— Это верно. Мне как всегда, «Золотой империи».
Подхватив чашку с дымящимся ароматным кофе, Олег уселся за ближайший столик.
С момента событий, в которых он едва не погиб, минул год. Олег тщетно пытался забыть прошлое, загнать в глубину сознания, но получалось плохо. Первое время даже не мог толком спать — каждый раз, каждую ночь он вновь и вновь возвращался туда. Прошлое не отпускало, словно изощренно издеваясь и выдавая всегда один и тот же эпизод: спокойное лицо Клеопатры, пристальный, льдистый взгляд неживых глаз. «Извини, Олег» — ровный голос без намека на эмоции. Короткое движение — и черный зрачок автомата уже смотрит ему в живот…
Он просыпался в холодном поту, шумно дыша. Память словно испытывала его на прочность. Зная, что не уснет, Олег отправлялся в душ. Прохладные струи успокаивали, словно смывая невидимое наваждение. Лишь после этого сознание проваливалось в темную бездну сна.
Ему удалось выжить по чистой случайности. Свет в рубке управления погас секундой раньше, прежде чем Клео нажала на спусковой крючок. Грохот выстрела оглушил, золотистый выхлоп на мгновение вспорол темноту.
Тумановский рухнул на пол, тут же рванувшись к полуприкрытой двери.
Вновь ударила очередь. Клео хватило мгновения переключить процессор в режим термального сканирования; темнота для нее перестала являться помехой.
Но все же она опоздала. Одна из пуль царапнула металлический наплечник скафандра, швырнув Олега на стену.
Олег ударил ладонью по крупной кнопке, кубарем вкатился в тесное помещение. Двери закрылись автоматически.
Уже не думая ни о чем, он ударом ноги разбил предохранительный колпак, и рванул рукоятку с надписью
Сработали пиропатроны, отстреливая спасательный модуль, на мгновение включился реактивный двигатель, придавая капсуле ускорение.
Почему ее не засек рейдер звездного патруля, Тумановский так и не понял. Да и не особо желал. В тот момент он уже в который раз поблагодарил конструкторов, обеспечивших немыслимую живучесть судна. В капсуле нашлись запасы воды и пищевых концентратов, регенераторы воздуха и даже крохотный санузел. Аварийный маяк работал исправно.
Тумановский дрейфовал в космосе восемь дней, изнывая от скуки в тесном помещении. На девятый его обнаружил транспортник, шедший на Землю. Олегу пришлось соврать. Получилось достаточно убедительно — на его корабле вышел из строя реактор, сложилась угроза взрыва. Пришлось использовать спаскапсулу. Чипсет с данными по кораблю, лежал в кармане комбинезона, и это сыграло решающую роль. На вопрос капитана, что спасательный модуль неимоверной древности, Тумановский, не моргнув глазом, ответил что укомплектовал корабль старым агрегатом в целях экономии средств. Капитан вряд ли поверил. Однако, через двое суток Олег уже был дома, с трудом веря в то, что затянувшийся кошмар все-таки завершился.
Компания, где был застрахован корабль, оставшийся на безвестной планете в глубинах космоса, приняла заявление на выплату страховой суммы. Однако, не торопилась это делать, устраивая все возможные проверки. Возня затянулась на два месяца, после чего Олег наконец-то получил причитающуюся сумму.