Дмитрий Палеолог – Кибер - реликт (страница 12)
Прочитанное вызвало в какой-то степени шок; информации свалилось слишком много и сразу. Олег постарался отбросить эмоции, сейчас они выступали плохим подспорьем в решении неотложных задач. Получилось не сразу, но все же он сумел вычленить из прочитанного главное. Контур пробоя метрики исправен, реактор тоже — его надо всего лишь вывести на режим.
Тумановский усмехнулся в такт мыслям: запустить реактор это не тоже самое, что включить кофеварку! Обычно подобную процедуру совершали только специалисты и никак иначе; ошибки в данном процессе могли весьма и весьма дорого стоить.
Олег глотнул воды и прошелся по тесному отсеку.
Ему придется это сделать. Иначе энергии для срабатывании контура пробоя метрики может не хватить. Вернее, не хватит точно.
С контуром дело намного проще. Есть стандартная процедура активации.
«Совершить обратный переход по координатам старта, — думал Олег. — Данные наверняка сохранились в модуле управления контуром».
Но существовала еще одна проблема. О ней Тумановский уже задумывался, но лишь вскользь, краем сознания, отталкивая назойливую мысль подальше и считая, что еще не время. Однако, подумать над ней момент наступил.
Олег вновь уселся за стол и еще раз пробежал взглядом текст, словно ища в нем какие-то изменения.
Откинувшись на спинку стула, он погрузился в раздумья.
Капитан Громов был человеком своего времени — грамотным и опытным. А в мужестве находчивости ему уж точно не откажешь. В ту далекую пору подпространственная навигация только зарождалась через длинную вереницу трагических ошибок. Считалось, что пробой метрики с поверхности планеты невозможен — «раскрывшееся» пространство втянет в себя не только корабль, но и часть поверхности планеты. Вещество тут же будет разогнано до гигантских скоростей, просчитать которые неспособен ни один сверхмощный компьютер. Каменная масса превратит корабль в решето, в результате чего в точке всплытия появятся лишь обломки.
Подобная ситуация считается аксиомой, но только теоретически. Безумцев, решившихся проверить ее на практике за прошедшие века, так и не нашлось. И, видимо, ему предстоит стать первым.
Тумановского пробрала дрожь. Иного выхода он не видел; единственный, призрачный шанс выбраться с неизвестной планеты, затерянной в глубинах неизведанного Космоса.
Олег потер лицо ладонями. Мысль о предстоящем отчаянном прыжке на грани фола пугала. Однако, перспектива остаться навечно с обезумевшими кибернетическими реликтами далекого прошлого пугала еще больше.
— По крайней мере, испытаю то, что никто и никогда не испытывал, — произнес Тумановский.
Он еще раз перелистал записки капитана и отыскал прикрепленный к последнему листу прозрачный пакет. Вскрыв, повертел в пальцах чипсет, о котором говорил командир судна. Пластиковая карточка — допуск, поначалу, вызвала недоумение, пока в памяти не всплыли фразы Громова о мобильном криомодуле.
«Надо бы проверить», — мелькнула мысль, но Олег лишь махнул рукой — не до этого! В конце концов, разбираться в нюансах военного эксперимента сейчас было не время.
Вновь облачившись в скафандр, Олег засунул бумаги в карман, повесил на плечо «гладиус», и вышел из жилого модуля.
В коридоре царил багровый сумрак. Редкие фонари аварийного освещения горели тусклым тревожным светом.
Олег нахмурился, бросив по сторонам напряженный взгляд. Когда он ушел отдыхать, здесь царила темнота.
Тревога кольнула сознание невидимой иглой — боевые андроиды заметили его присутствие. Энергетический голод не убил их; надежды капитана не оправдались.
Значит, времени осуществить задуманное осталось еще меньше.
Или не осталось вовсе.
Тумановский торопливо шагнул к входу на аварийную лестницу, когда загудели, открываясь, двери лифта.
Опасение оправдались в самой полной и неожиданной мере.
В раскрывшихся дверях стоял андроид пехотной поддержки.
От неожиданности Тумановский шарахнулся в сторону.
С ноющим присвистом сервоприводов двухметровый кибермеханизм шагнул в коридор.
В тусклом багровом сумраке титановый корпус андроида принял красноватый оттенок, словно залитый старой, засохшей кровью, усилив и без того кошмарное зрелище. Встроенные видеокамеры сверкнули рубиновым светом, фокусируясь на вжавшемся в стену человеке.
На внутреннем мониторе кибермеханизма ярко-алым цветом светилось сообщение:
Едва видеокамеры зафиксировали новый объект, по экрану побежали строчки:
Олег тихо охнул, непроизвольно попятившись и уперевшись в стену.
Не отрывая взгляда от кибернетического исполина, он нашарил рукой «гладиус» и передернул затвор, досылая патрон в патронник.
Отсутствие боекомплекта не являлось для древней боевой машины причиной снять задачу; оно лишь несколько усложняло ее выполнение. Словно бы откликнувшись на лязганье оружейного затвора, андроид шагнул навстречу.
Тумановский, стиснув зубы, вскинул автомат и потянул спусковой крючок.
Очередь ударила оглушительной скороговоркой, озарив сумрак золотистой вспышкой. Отдача оказалась на удивление сильной, приклад больно ударил в плечо.
Несмотря на короткое расстояние, выстрел оказался не прицельным. Пули ударили андроиду в плечо, выбив искры и перебив торсион сервопривода — конечность с интегрированным пулеметом заклинило. Одна из пуль царапнула по титановому черепу, отчего кибермеханизм лишь повел головой, словно кивая в ответ на приветствие.
Второго выстрела Тумановский сделать не успел — андроид стремительно шагнул ближе, коротким сильным ударом выбив оружие.
Ноги предательски подогнулись, и Олег съехал по стене безвольным манекеном. Страх, волной прокатившийся по телу, спас ему жизнь — удар стального кулака пришелся в стену, где секунду назад находилась голова.
Олег хотел закричать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип.
Выстрелы, ударившие из коридора, заставили непроизвольно вжать голову в плечи. Пули пробили череп андроида насквозь; одна из видеокамер в глазнице взорвалась, брызнув мелким крошевом осколков.
Кибермеханизм, натужно гудя поврежденным сервоприводом, развернулся, сканируя новую цель.
Три выстрела слились в один, пробив грудной кожух андроида и превратив ядро системы в мешанину из расколотых плат и проводов.
Боевая машина сделала неуверенный шаг; ее повело в сторону. Из-под пробитого кожуха ударили искры короткого замыкания. Мгновение — и тяжелый механизм с оглушительным грохотом рухнул. Конечности андроида еще подергивались от остаточной активности в цепях, но лавина критических повреждений уже «погасила» управляющий процессор.
Олег, тяжело и хрипло дыша, не сводил взгляда с поверженного противника. В голове от выстрелов плавал иссушающий звон контузии. Воздух, пропитанный пороховой гарью и запахом сгоревшего пластика, резал горло. Наконец, с трудом совладав с собой, он бросил взгляд в глубь коридора.
В десяти шагах виднелся силуэт.
Женский.
На мгновение Тумановский подумал, что от пережитого ужаса сознание начало выдавать какие-то непонятные видения. Он с трудом сглотнул и протер дрожащей рукой глаза.
Силуэт никуда не делся. Теперь он стоял совсем рядом.
Сильная рука ухватила за ворот куртки и рывком поставила на ноги.
— Сэр, вы в порядке? — раздался над ухом женский голос.
Олег лишь промычал что-то нечленораздельное в ответ.
Перед ним стояла высокая женщина в темно-зеленом костюме. Приглядевшись, он понял — это нейросенсорный комбинезон, устаревший атрибут для контроля за состоянием жизненных функций во время длительного низкотемпературного сна.
В голове еще плавала хмарь контузии; сознание медленно оттаивало от пережитого шока.
Тумановский нервно сглотнул, переведя взгляд на лицо незнакомки. Черты лица тонкие — брови в разлет, прямой нос, губы слегка поджаты, словно бы женщина усмехалась. Прическа короткая, «мальчишеская», светлые волосы зачесаны на бок. Взгляд синих глаз пристальный, изучающий и какой-то холодный. В нем не было живого огонька — задорного или злого, радостного или печального — который присутствует у любого человека. В нем не было ничего, лишь пристальное внимание бездушной машины. От такого взгляда веяло холодом.
Олег нахмурился, глядя в лицо женщины. Что-то в нем было не так, пока запоздалая мысль не пронзила сознание.
Он вспомнил, где мог видеть это лицо. Конечно, не именно это, но весьма похожее — на обложках известных глянцевых журналов. Даже ведущее периодическое издание «Обитаемые миры» не гнушалось рекламой фирм, выпускающих бытовых андроидов последнего поколения. Лица, по которым можно было изучать законы симметрии. Красивые и ровные до невозможности, на них хотелось смотреть еще и еще. Красота в идеале, при полном отсутствии жизни.
Строки из записки капитана о мобильном криомодуле всплыли в сознании сами собой.
Перед ним стоял боевой киборг, теперь уже устаревшая до уровня дорогого раритета модель.