Дмитрий Пальчиков – Узы ветра (страница 27)

Начал вырисовываться план по производству. Какие-то запрашиваемые элементы нашлись практически в том виде, в котором я их помнил. В основном это относилось к посуде и большей части химических ингредиентов. Часть заменили аналогами. Например, с резиновыми изделиями была напряжёнка. Их просто не было. Поэтому защиту заменили на кожаную, чем-то обработанную. Не было так же и фильтрующих противогазов. Максимум, который удалось достать – подобие респираторов. Но уже не плохо. Холодильника, естественно не было, но Эрин пообещал, что решит этот вопрос так же, как и с защитой от детонации и с проветриванием занятого помещения.

Кстати о помещении. Несмотря на мой протест, лабораторию решено было разместить в подвале хозяйского дома. Я, зная о том, какие запахи будут витать вокруг, хотел работать в лесу или же просто во дворе. Но Ши’фьен упёрся, оперируя тем, что подвести проточную воду к месту работы выйдет очень дорого, и выделил мне большую площадь внутри особняка, заверив, что сможет обеспечить достойное проветривание. Спорить с ним было бесполезно.

Наконец подготовка подошла к концу. Я худо-бедно расставил оборудование, разгрёб в стороны ящики с нужными материалами и отчитался Эрину, что готов к работе.

— Завтра приедет Влад. Объяснишь ему задачи и можешь приступать.

— Влад, это кто? — решил уточнить я.

— Влад Бо’туар. Маг-погодник, выпускник училища Киофат. И мой личный помощник, — пояснил Ши’фьен.

— Так это он будет работать вентилятором и холодильником? — усмехнулся я.

— Не знаю, о чем ты, — не поддался на подначку наставник. — Скажешь ему, что требуется, он сделает. Но предупреждаю. Он талантливый парень, но очень стеснительный. Следи за языком. Не порть мне помощника.

— Как ты мог такое подумать! — наиграно возмутился я. — Да что бы я? Да никогда!

— Вот об этом я и говорю, — нахмурил брови Эрин.

Влад оказался типичным ботаником. Высокий, среднего телосложения, нескладный. С немытой шевелюрой длинных волос, постоянно падающей на глаза, от чего маг постоянно поправлял чёлку, убирая её за слегка оттопыренные уши. Парню было на вид лет двадцать пять. Но опущенный в пол взгляд, небольшая сутулость и неопрятный вид делали его больше похожим скорее на подростка, чем на взрослого мужчину.

— Здравствуйте, Джеймс. Мне про Вас рассказывал господин Ши’фьен. — Несмотря на свою застенчивость, первым поздоровался Бо’туар, когда Эрин привёз его на следующий день.

— Приветствую, Влад, — ответил я, пожимая довольно крупную и слегка влажную ладонь мага. — Про Вас мне отец тоже рассказывал. Правда, совсем немного. Не терпится узнать о Вас побольше.

Игнорируя Ши’фьена, я повёл Влада в гостиную, где был накрыт завтрак. Эрин посмотрел нам в след, махнул рукой и направился в кабинет, оставив помощника на растерзание моей неуёмной фантазии.

— Итак, господин Бо’туар, — обратился я к парню, когда мы устроились за столом, — так как нам с вами предстоит совместная и, надеюсь, продуктивная работа, я хотел бы узнать Вас получше.

— Это разумно, — немного подумав, кивнул Влад. — И что конкретно Вас интересует?

— Для начала я бы хотел предложить отбросить условности и перейти на «ты», — одновременно вопросительно и утвердительно произнёс я, и дождавшись утвердительного ответа, продолжил:

— А интересует меня, по меньшей мере, всё. Я в какой-то степени являюсь заложником этих стен, и мне очень интересно, что происходит в мире в целом, а также имею жгучее желание пообщаться с кем-то помимо моего батюшки и преподавателей, — обвёл я взглядом комнату, но, увидев непонимание в расширившихся глазах Влада, поспешил исправить ситуацию. — О, не подумай ничего плохого, меня никто не держит взаперти. Просто ввиду недавнего недуга я очень тяжело восстанавливаюсь, и всякие контакты для меня крайне вредны.

— Ох, а я уж было напридумывал себе невесть чего, — выдохнул с облегчением юноша и с твёрдостью в голосе продолжил, — И простите. То есть, прости мне мою бестактность. Я же не поинтересовался, как твоё здоровье.

Забавный мне попался парень, однако. За столь недолгий разговор в нём пронеслась буря эмоций, сменяя друг друга. Тут было смущение и растерянность, испуг и удивление, радость и уверенность в себе. Создавалось впечатление, что данная смена чувств подвластна стихиям, с которыми мой новый друг работает. Интересно было узнать его потенциал. Если по вспышкам ярости Ши’фьена можно было однозначно выделить его родство с огнём, то по этому лопоухому, ёрзающему на стуле чуду было совершенно непонятно, как он управляется со стихиями.

За завтраком я выпытал у Влада подробности его жизни. Оказалось, что к Эрину его пристроил отец. Герман Бо’туар не слишком любил своего третьего сына, ибо был потомственным военным, а Влад больше склонялся к искусству и научным изысканиям, в чем его поддерживала только матушка Дарла. В отличие от старших сыновей близнецов Вана и Тана, которые пошли по стопам отца и отправились служить. Уж в этих «двух лбах», как охарактеризовал их Влад, Герман души не чаял, но муштровал всех троих одинаково. Когда старший Бо’туар понял, что тяги Влад к муштре не имеет никакой, то что-то для себя прикинув, отправил сына в магическое училище. Причем не в столичное, откуда родом их семья, а в самое что ни на есть отдалённое, на границу с гномскими землями. Во владычество Фелна. В ту самую школу Киофат, о которой говорил Ши’фьен. Не берусь утверждать, но думаю, что такой поступок отца Влада объясняется только тем, что не люб ему младший отпрыск. Сильно уж он не вписывается в военные стандарты, даже на мой взгляд. По окончании училища Влад вернулся в столицу, в семейное гнёздышко к любимой маменьке и отцу, уже и позабывшему о существовании непутёвого сынишки. Недолго он прибывал дома. Герман быстро поднял свои связи и нашёл, кому можно сплавить отпрыска, что с удовольствием и сделал, купив небольшую квартиру чуть ли не у парадного входа в рабочую резиденцию Ши’фьена. Выделил небольшое годовое жалование для поддержания штанов и, не слушая причитания супруги, благословил на самостоятельное плавание.

Естественно, Влад представил всё несколько в ином свете, боготворя родителей и слегка небрежно отзываясь о близнецах. Но со стороны всё выглядело именно так. Кстати, интересный факт. Как только тема коснулась работы, Влад закрылся и, отделавшись сумбурными отговорками, перевёл тему. Видимо, Эрин дал парню четкие указания по поводу того, что можно мне рассказывать, а что нет. А я уж было надеялся узнать, что за фигура такая, господин Ши’фьен, и что секретного в его работе.

Закончив завтрак, мы отправились на нижний ярус поместья. Пока мы преодолевали коридор и винтовую лестницу, я в общих чертах попытался объяснить, какая помощь мне потребуется.

Спустившись в подвал, мы остановились в небольшом помещении перед непосредственно лабораторией. Здесь располагались импровизированная раздевалка со шкафами, в которые я ранее убрал защитную одежду. Мы начали облачаться в довольно тяжелые кожаные костюмы. В процессе переодевания я заметил у скинувшего верхнюю одежду Влада страшные отметины, длинные зарубцевавшиеся шрамы, пересекавшие спину поперек. Спрашивать я не стал, но предположил, что это память об отце-тиране.

Сегодня я планировал заняться изготовлением нитроклетчатки и варкой глицерина. Для этого нужно было охлаждать тару, в которой смешивались кислоты, и одновременно отводить образовывавшиеся испарения, которыми категорически не хотелось дышать. Так же нужно было проветривать помещение от "великолепных" запахов растапливаемого жира. Всё это уже было обговорено, но я счёл приемлемым уточнить, что и когда конкретно понадобится.

С собой мы притащили объемную кастрюлю, доверху наполненную отборным жиром какого-то животного. Я просил говяжий, но на глаз определять принадлежность жира к конкретному представителю животного мира не входило в мои навыки. Довольствуемся тем, что имеется, тем более что большой разницы быть не должно. Поставив кастрюлю на некое подобие плитки, работавшей на том же топливе, что и паровой автомобиль, я хотел было запалить один из брикетов, но столкнулся с тем, что не представлял, можно ли это вообще делать. Во избежание неприятных последствий решил не мудрить и обратился к скучавшему в сторонке Владу.

— Сможешь разжечь огонь в плитке?

— Не вопрос, — щелкнул пальцами юноша, и над его рукой вспыхнул небольшой огонёк, будто от свечки. Розжиг брикетов магического топлива был похож на разжигание промокших дров, только без дыма. Брикет искрил, немного плавился, но никак не хотел зажигаться. Тем не менее, через пару минут в плитке весело заплясало пламя, а температура в комнате резко скакнула вверх, настолько продуктивно выделяли тепло брикеты. Я поспешил открыть створки небольших форточек.

— Опускаю температуру? — Уточнил юноша и, дождавшись моего утвердительного кивка, на некоторое время застыл, а затем взмахом руки запустил какие-то только ему подвластные механизмы, под воздействием которых температура воздуха в помещении резко понизилась. Что характерно, плиты это воздействие не коснулось. Рядом с ней воздух всё так же был разогрет, будто в натопленной бане. Я попросил его начать проветривание, так как шкворчащий жир начал потихоньку растапливаться, и помещение наполнилось запахом дешевого фастфуда. Щеки коснулся несильный поток ветра. Направление было четким. От плитки в сторону окон. Влад не давал потоку рассыпаться, и воздух шёл будто по невидимой трубе. Я стянул перчатку с руки и коснулся потока. Ощущения были другими, нежели от настоящего ветра, будто приглушены. В голове возникла неприличная аналогия, и я, усмехнувшись, вернул перчатку на место и продолжил работу.