Дмитрий Пальчиков – Проект «ИскРа» (страница 2)

– Махамбет Искакович, этот вопрос вы будете обсуждать с Сергеем Георгиевичем.

– Давайте, просто отведём его вниз, а то может быть зря спорим, – Виталий мотнул головой в сторону Николая.

– Но сначала расписка о неразглашении, – протрубил Махамбет, вынимая из кожаной папки листок.

Тут уже прорвало и плотину терпения обычно профессионально спокойного нейрохирурга.

– Послушайте-ка, уважаемые. Мне это порядком надоело. Ничего подписывать я не буду. Меня пациенты ждут и у каждого вопрос жизни и смерти, поэтому на ваши… кхм… У меня времени нет.

Его монолог заставил всех уставиться на него, словно на заговоривший предмет интерьера. Во взгляде Виктории появилась заинтересованность.

– Николай Леонидович, не горячитесь, – бросила ему Лариса. —Коллеги. Консилиум считаю состоявшимся. Прошу вас пройти на рабочие места. Махамбет Искакович, не могли бы вы оставить нас с господином Александровым наедине?

Когда все вышли, женщина придвинула к "гостю" листок, оставленный толстяком, положила сверху ручку, а сама заговорила вкрадчиво, но со скрытым давлением:

– Николай, вы поймите, дело не в вас конкретно. Будь вы хоть тем же министром. Высочайший уровень секретности нашей работы обусловлен её важностью, понимаете? Если… Когда мы достигнем прорыва, это перевернёт не просто какую-либо науку, это перевернёт… всё. Я вас очень прошу, поставьте "крестик" и пойдём вниз. Сами всё увидите.

Наравне с трудом, любопытство заставило обезьяну очеловечиться, а Николая сейчас – поставить роспись под обязательством "никому и никогда". Лариса сунула листок в карман пиджака и повела Николая по коридору прямо к лифту. По ощущениям, спустились на минус третий этаж. Выйдя, они сразу оказались в огромном помещении, заставленном высокими металлическими шкафами, офисной мебелью и оргтехникой. "Шкафы" мигали многочисленными огоньками и издавали монотонное гудение. За десятками компьютеров сидели молодые парни и девушки, непрерывно стуча по клавиатурам. Не задерживаясь, Лариса, а за ней и Николай, прошли между столами и оказались перед стеной, большую часть которой занимало прозрачное стекло, но явно повышенной прочности. Николай не сразу осознал, что видит за ним. Это был овальный зал. Потолок и пол соединяла белая колона или труба, диаметром в пару метров, и Николай почему-то сразу подумал, что она обжигающе ледяная. Часть колоны также была прозрачной и внутри находился предмет, похожий на огромную дворцовую люстру. Стены были покрыты чем-то вроде фольги и по ним, а также по полу и потолку, змеились провода разной толщины. Прямо перед стеклом, с той стороны, стоял единственный знакомый ему предмет – больничная кровать, которую окружали медицинские мониторы. На кровати лежала…

– Что здесь происходит?

Николай медленно попятился назад, пока не натолкнулся на что-то. Он перевёл абсолютно ошалевший взгляд на Ларису Степановну, которая пыталась что-то ему говорить, но звук будто отключили. Вслед за звуком померк свет. Ему вдруг почудилось, что на периферии зрения мелькнули какие-то тени, а лица людей вокруг на секунду обрели странные уродливые черты. В затуманенном шоком мозгу, словно птица в клетке, билась единственная мысль: «Выбраться отсюда». Звук удара по стеклу прозвучал, как гром в ясный день, заставив его повернуть голову к прозрачной стене.

Девочка, ещё ребенок, с короткой стрижкой, почти "под ноль", облепленная датчиками и проводами, поднялась на локте со своего ложа, а второй рукой упёрлась в стекло. От неё исходило сияние, разгоняющее мрак и делающее её центром внимания. Огромные зелёные глаза, без намёка на мысль, словно у куклы, были устремлены на нейрохирурга, который уже однажды констатировал её смерть. Губы беззвучно зашевелились.

– Она говорит! – восхищённо прошептала Виктория за его спиной, заставив Николая вздрогнуть. – Спрашивает: «Ты пришёл за мной?».

Зелёные глаза закатились, тело обмякло, и девочка отключилась, уронив голову на подушку. Вместе с вернувшимися светом и звуком, к Николаю пришло понимание, что он должен делать. Рванувшись, он перемахнул через стол, снеся компьютер и того, кто за ним работал. Раздались крики, грохот мебели, что-то кричала Лариса Степановна, а он стремился к лифту, до которого оставалось несколько метров.

***

Нет, он не терял сознания. Электрошокер воздействует на нервную систему, вызывая паралич мышц и дезориентацию. К этому добавилось состояние близкое к аффекту, в котором пребывал Николай, что превратило его на время в кусок вращающего глазами мяса. Однако, он прекрасно слышал и частично даже видел, что происходит вокруг. Так, он узнал о наличии в НИИ ещё и внутренней охраны, вооруженной шокерами пистолетного типа. Услышал он и властный голос директора «Искры», появившегося, видимо, в момент героического прорыва одного впечатлительного нейрохирурга. Также, он осознавал, что его заносят в некое помещение и укладывают на нечто напоминающее кушетку. Через какое-то время, мышцы начали расслабляться, мысли обрели некую стройность, а вот желание вставать и предпринимать новую попытку прорыва не появлялось. Чертовски эффективная штука – электричество.

Играющий с потолком в гляделки Николай услышал шаги, стук, с каким ставят стул, а затем раздался мягкий баритон хозяина этого "подземелья":

– Волков Сергей Георгиевич – это моё полное имя, чтобы вы знали на кого заявлять в полицию или куда вы там собирались бежать. А кстати, куда?

Николай сел, свесив ноги на пол, и оказался лицом к лицу с мужчиной типичной профессорской внешности, даже очки в тонкой оправе имелись, как полагается, сдвинутые на кончик носа. В дверях стоял плечистый парень в униформе с надписью «Охрана», из-за которого выглядывали Лариса и толстяк… как там его? Эта картина заставила хирурга улыбнуться и, как ни странно, придала уверенности.

– В больнице знают, куда я направился, – произнёс Николай, глядя поверх очков, в глаза собеседнику. – Помимо главврача, об это известно заведующему отделением, некоторым моим коллегам.

– И это печально, – мягко перебил его Волков. – Теперь мы не сможем вас убить и использовать ваше тело для опытов. Поднимется шум. Придется сначала устранить всех, кого вы перечислили.

К счастью для рассудка Николая, подчинённые сильно уступали руководителю в актерском таланте. Первым ухмыльнулся охранник, за ним прыснула Лариса и даже толстяк нервно хохотнул. Сам Волков с трудом сдерживал улыбку.

– Николай Леонидович, я приношу вам свои извинения за излишний энтузиазм моих сотрудников. Мало того, что вас не подготовили должным образом к экскурсии, так ещё и применили абсолютно варварские методы воздействия. Признаться, тут есть и моя вина. Я рассчитывал, что освобожусь раньше и сам встречу вас, но вышло как вышло. Итак, что вы там успели себе напридумывать? Тайное клонирование? Подготовка к зомби-апокалипсису?

– Я видел то, что видел, – Николай насупился и скрестил руки на груди.

– Мы все это видели и поверьте, испытали неменьший шок. Виктория Сергеевна до сих пор пребывает в состоянии лёгкой истерики, а несколько сотрудниц и вовсе побывали в обмороке. Отчасти, в этом есть и ваша вина?

– Моя?

– А давайте, начнём сначала? Будто вы только что пришли, и я пытаюсь объяснить, чем мы здесь занимаемся. Вам что-нибудь известно о современной квантовой теории поля?

– Нет.

– Прекрасно, ведь это позволяет мне пропустить массу скучнейшей терминологии. Квантовый мир – это мир частиц, ещё более эфемерных, чем атомы. Это тот тончайший, неуловимый план Вселенной, где перестают работать ньютоновские законы и даже теория относительности начинает сбоить. Если вам будет интересно, позже я снабжу вас литературой, которая в общих чертах познакомит вас с базовыми понятиями, такими как суперпозиция и квантовая запутанность, а пока… Думаю, вам доводилось слышать про искусственный интеллект и квантовые компьютеры. Без преувеличения можно сказать, что эти два направления являются, на сегодняшний день, аванпостами экспериментальной науки. Но, к сожалению, в обоих случаях человечество находится лишь в самом начале пути. Так называемый интеллект – по сути остаётся очень умной программой, а квантовые вычислительные устройства, хоть и превосходят на порядок обычные, но также далеки от возможностей человеческого мозга. А ведь наш мозг – это и есть самый совершенный компьютер, просто мы используем лишь крохотную часть его возможностей. «Так, зачем гнаться за природой? Гораздо проще скопировать её гениальное творение» – подумал я, несколько лет назад.

– Искусственный мозг?

– Разум. Искусственный разум или коротко – ИскРа. Комната за стеклом, которую вы видели – это прототип квантового компьютера нового поколения. Пока остальные увеличивают мощность, ищут новые материалы, создают всё более совершенные чипы, я решил подойти к решению с противоположенной стороны. Мне удалось создать систему, в которой нейросеть учится функционировать, как самый настоящий человеческий мозг.

– Но… Ведь та девочка, Вероника, она…

– Скончалась, да. Никаких сомнений. Вот уже два года мы пытаемся интегрировать человеческий мозг в Систему, при помощи квантового чипа. За это время мы сделали два необъяснимых, но принципиальных вывода. Мозг здорового, живого человека буквально сопротивляется такому вторжению, при этом сопротивление слабеет, если мозг получил значительные повреждения. Теоретически Система должна считывать нервные импульсы, имитировать нейронные связи, но в результате отображается лишь пустота. Прогресса удалось добиться, когда мы впервые испытали Систему на людях с патологиями мозга. Но! Кому нужен сумасшедший ИИ, правда? Догадываетесь, каким был наш следующий шаг?