Дмитрий Орлов – Стена (страница 22)

— А ты смотрю, времени зря не теряешь, — услышал я голос Валькирии. — Еще пары часов не прошло, а ты уже новую подружку себе нашел.

— Ну, что тебе сказать, я привлекательный мужчина и, кстати, она уже познакомила меня со своим отцом, — поддержал я предложенный тон разговора.

— Даже так? — наигранно приподняла она бровь. — Я всего лишь попросила немного времени подумать, а ты уже знаком с ее родителями?

— Не с родителями, а только с отцом, — поправил я ее, проходя в довольно просторное помещение. А что у меня делаешь ты?

— Не у тебя, а у нас, — теперь она меня поправила. — Здесь две спальни твоя правая.

— Выбора у меня как я понимаю, нет.

— Именно, здесь жесткая диктатура и душ принимаю первой я.

— Как скажешь, — поднял я руки, сдаваясь ее правилам.

Когда она скрылась в душевой, меня настигла разница в часовых поясах, и я почувствовал, что дико устал. «Накаяма оказался прав в том, что дал нам время на адаптацию», подумал я, направляясь в свою спальню. Организм человека до конца так и не изучен. Час назад я был бодр, а теперь меня просто вырубает на ходу.

Сняв куртку, я бросил ее на спинку стула и услышал, как в душе включилась вода. Не будь я таким уставшим то, скорее всего, дал бы свободу фантазиям, где Валькирия была бы в главной роли. Но сейчас я прогнал их и направился к холодильнику, чашка пусть и хорошего кофе не заменит полноценной еды.

Открыв дверцу холодильника, я пожалел о том, что сразу не пошел сюда. Умяв, не разогревая восемь штучек чего-то на прямоугольной тарелке, я наконец-то урезонил не на шутку разыгравшийся аппетит. Я точно не знал, надо было, разогревать их или нет, но на мой вкус холодные они оказались очень даже вкусные. Хотя рыба поверх риса и была сырой, но на такие мелочи я внимания уже не обращал. Завтра, однако, на всякий случай нужно будет спросить, что это было и нужно ли было его готовить. После дальнейшей инспекции холодильника ко мне в желудок попала еще одна порция рисовых прямоугольников покрытых сырой рыбой.

Когда я расправился со второй порцией, то услышал, как в душе выключили воду. «Вот и моя очередь настала», подумал я, снимая одежду и набрасывая на себя халат и беря полотенце. Прежде чем войти в душевую я на всякий случай постучал и не получив ответа решил что он свободен.

Душевая комната действительно оказалась пустой. Сбросив халат, я с блаженством принял на грудь горячие струи воды. В этот момент я подумал, что согласие на участие в проекте «Феникс» действительно оказалось правильным решением. Закончив с водными процедурами, я покинул душевую и с наслаждением забрался в кровать.

— Ты вроде как пророк, но правую спальню от левой различать не научился, — услышал я голос Валькирии рядом с собой.

Мой мозг, словно молнией пронзило, и я отчетливо вспомнил, как при приглушенном свете я видел аккуратно развешенную форму. Но я был таким уставшим, что меня это совершенно не насторожило. Хотя я и помнил, как свою форму я бросил на стул и уж точно не использовал для этого вешалку. Дальше в сознании всплыло еще множество мелочей, которые должны были мне намекнуть, что я явно спутал спальни.

Я лихорадочно пытался найти здравое объяснение моему появлению в постели Валькирии, но чего-то у меня с этим ничего не получалось. Единственное слово, которое крутилось в мозгу, было «извини», но вряд ли это ее устроит. Надо к нему добавить еще какое-то, вот только больше к нему ничего не цеплялось.

— Молчание это все что ты можешь придумать? — спросила она, и я почувствовал как ее горячее бедро, легло мне на живот.

И тут даже слово «извини» распалось на составляющие.

Глава 10

Утром я проснулся от вибрации часов на руке. По правде сказать, вставать совершенно не хотелось и не потому что я не выспался. С этим у меня как раз проблем не оказалось, я был как никогда бодр. Просто таких реалистичных снов у меня еще никогда не было. Часы продолжали вибрировать, но я все не решался их отключить, продолжая вспоминать реалистичный сон.

— Если бы ты был женщиной, то я бы могла понять, почему ты не выключаешь вибрирующую штучку на своем теле, или я чего-то про тебя не знаю? — услышал я голос Валькирии лежащей на моей руке.

«Это не сон», подумал я, обрадовавшись, по крайней мере, мне показалось, что я это сказал мысленно.

— Конечно не сон, — произнесла Валькирия, приподнявшись на локте и отключив вибрацию на моих часах. — И на будущее не надо свои мысли озвучивать вслух. Хотя в данном случае у нас есть еще минут пятнадцать свободного времени.

— Свободного для чего? — тупо спросил я, но мой вопрос был цинично проигнорирован.

Вместо этого она неожиданно очутилась сверху, и я оказался зажат между ее горячих бедер. И вот тут мозг основательно усвоил, в чем различия между сном и реальностью.

— Я в душ, — сказала она, соскользнув с меня спустя десять минут, а я дыша как паровоз единственное что смог сделать это кивнуть и проводить ее взглядом до дверей душевой комнаты.

После того как и я окунулся под горячие струи воды у нас был легкий завтрак где мне было разъяснено что такое суши и о то что готовить рыбу на них не нужно. Но помимо еды я был предупрежден о суровом нраве Валькирии. Дочку Накаямы она мне прощает, а вот если появиться какая-нибудь развратная кобыла, то мои колокольчики будут оторваны без применения наркоза. И еще она поставила меня в известность, что их отсутствие не является веской причиной для возрождения. Поэтому до самой смерти бегать мне в тишине и говорить фальцетом.

— Теперь понимаешь что отношения это не только охи ахи да частое дыхание, это еще и риск, произнесла она, вставая из-за стола.

— Минутку, — остановил я ее.

— Да, — повернулась она, набрасывая куртку.

— С моими рисками я вроде все понял, а что насчет твоих? Какие у тебя риски в отношениях?

— Никаких, — ответила она и покинула комнату.

— Ну, а чего, тоже вариант, — пожал я плечами и подхватив свою куртку последовал за ней.

Я не знал, как Накаяма относится к опозданиям, и узнавать это на собственной шкуре как-то не хотелось. У меня еще перед глазами стояла его проверка моих способностей, где я чуть не лишился Валькирии. И уж если в отношениях в тиски попадают только мои колокольчики, то вот к разъяренному начальству я всегда пропущу даму. В лаборатории нас встретил Петрович, и пока мы шли к нему он не сводил с нас взгляда.

— Вижу, вы уладили все разногласия, — не спрашивал, а скорее констатировал он.

— Ну, что-то вроде того, — бросила Валькирия, проходя мимо него.

А вот когда я с ним поздоровался он не разжимая ладонь немного меня придержал.

— Послушай, я давно ее знаю, и характер у нее скажем так не самый покладистый, — шепнул он. — Давно задолго до тебя у нее был короткий роман. И я уж не знаю что паренек сделал но после того как он ко мне попал концерном было принято решение отправить его на возрождение. После того случая безумцев которые бы рискнули к ней приблизиться с предложением романтичных отношений не было, по крайней мере я подобного не слышал.

— Спасибо за заботу, но мне уже объяснили риски, — ответил я. — И как я понял, она не любит лошадей. Так что я буду держаться подальше как от самих кобыл, так и от желания их оседлать.

— Правильное решение, — одобрил Петрович и только после этого отпустил мою руку.

Пройдя в помещение, в котором Валькирия сражалась с четырьмя роботами, точнее говоря, пыталась сражаться, нас уже ожидал Накаяма. Добродушием он явно не страдал, и смотрел на нас довольно хмуро.

— Опоздания здесь не приветствуется, на первый раз вам это прощается, но впоследствии вы будете нести наказание, — произнес он вместо приветствия.

— Подобного больше не повторится, — пообещала Валькирия.

Накаяма ничего не ответил, лишь рукой указал нам подойти ближе к нему. Он стоял возле татами, которое разделилось и раздвинулось. «Похоже, повторяется вчерашний день», подумал я, ожидая, когда из темного чрева появятся четыре робота. Но на поднявшейся металлической платформе стояли две брони чем-то напоминавшие наши (ратники).

Мы взглянули на Накаяму и Петровича, но они, молча, направились к двум бронекостюмам, и нам ничего не оставалось, как последовать за ними. По мере приближения я заметил, что у одного костюма на грудной пластине написано (Пророк), а на втором (Валькирия).

— Это совместная разработка на основе ратников, — произнес Петрович. — (ЯР-1) экспериментальная броня, которую вам предстоит освоить в кратчайшие сроки.

— Пока нападения на цитадель происходят по циклической схеме, мы можем наиболее результативно организовывать оборону, — произнес Накаяма. — Но я не думаю что это будет происходить постоянно. Терраформерам нужно очистить острова от людей и циклическая схема нападений плохо к этому подходит. До следующей крупномасштабной атаки у нас предположительно около двух месяцев, но в последнее время у них происходят смещения на неделю, то в одну, то в другую сторону. Наши ученые пытаются просчитать новую систему нападений терраформеров, правда, пока похвастать нечем. Так что чем быстрее вы освоите новое оборудование, тем лучше будет для всех.

— Пророк ты первый, — кивнул в сторону брони Петрович.

— И в чем ее особенности? — спросил я, направляясь вместе с ним к бронированному костюму.