Дмитрий Орлов – Стена (страница 10)

— Даже спорить не буду, — горько усмехнулся стрелок.

— Женька у тебя появился шанс заработать медаль посмертно, — обратился ко мне Танк. — Это будет больно и к этому не привыкнуть, — подбодрил он меня, положив пулемет на землю и отстегнув от пояса несколько миниатюрных мин, метнул их в стволы деревьев.

Мины вгрызлись в кару и активировались. Стрелок сделал тоже самое, но с другой стороны. У меня не было ни маячка, ни мин, но было пять гранат. Подняв с земли пулемет, Танк, широко расставив ноги, занял устойчивую позицию, превратившись в монолитную глыбу.

— А теперь мы повоюем, — произнес он, и бронестекло его шлема опустилось, переводя экзоскелет в боевой режим.

— Новичок ты держишь Север, — тихо произнес Стрелок. — Работаем спокойно как на стрельбище, — добавил он, выхватывая в оптический прицел первого появившегося арахнида.

Глава 5

Окружившие нас арахниды приблизились метров на двадцать и неожиданно остановились, словно получили приказ не нападать. Краем глаза я видел, как Стрелок поглаживает спусковой крючок, ожидая нападения, чтобы пустить в ход смертоносное оружие. Но, тем не менее, он понимал, что чем дольше они будут тянуть время, тем быстрее прибудет подкрепление.

При приближении арахнидов прицел моего автомата все время прыгал с одной цели на другую. Ожидая сигнала Стрелка, я не мог выбрать в какого паука стрелять первым, но время шло, а пауки не нападали.

— Что происходит? — озвучил я мучавший всех вопрос.

— Понятия не имею, но ничего хорошего членистоногие нам не готовят, — ответил Стрелок, не сводя перекрестия прицела с головы ближайшего арахнида.

Пауки периодически скрежетали хелицерами, вызывая у меня неприятные воспоминания. На стене у меня не было времени переживать потерю конечностей, а позже в госпитале я старался об этом не думать. Но медленно шевелящиеся хелицеры пробудили в памяти такие подробности, которые сознание попыталось упрятать в самую дальнюю часть сознания.

Металлический вкус крови на губах и звук, отвратительный звук, когда арахнид пережевывает твои ноги. От нахлынувших воспоминаний меня даже передернуло, но сжав зубы, я попытался успокоиться. Правда фэншуй нихрена не помог, а вот злость, обильно приправленная гневом, и сконцентрированная на ближайшем арахниде привела меня в норму.

Лошадиная доза адреналина, выброшенная в кровь, заставила мышцы слегка подрагивать, но пещерный гнев, скинувший тысячелетний налет цивилизаций смял во мне страх подобно бульдозеру, наехавшему на хрустальный бокал. Ненужные мысли исчезли оставив только те, которые были направлены на противника и на его слабые стороны. Гнев с нетерпением ждал сигнала к действиям, и я даже представил, как лопаются глаза паука от попадания крупнокалиберных пуль после короткой очереди, которой я прошью его голову.

В этот момент несколько пауков со стороны Стрелка расступились, пропуская вперед человека. Не буду скрывать, я ожидал чего угодно, но только не этого.

— Суррогат, — прошипел Стрелок.

Мужчина, проходя мимо арахнидов, похлопал одного из них по лапе, словно это была его домашняя зверушка, хотя возможно так оно и было. Оглядев окруживших нас арахнидов, суррогат перевел взгляд и на Стрелка, который цепко удерживал его голову в прицеле.

— Как вы смогли обнаружить логово? — произнес суррогат. — Ведь мы не допускали ошибок, и ваша разведка поверила в наши данные, не без помощи сочувствующих конечно, но все же поверила. Не должно быть вас здесь.

— Жизнь это боль, привыкай суррогат, — ответил Стрелок.

— Меня предупреждали, что с вами будет сложнее, чем с остальными. Ну что же, похоже, они оказались правы. Это займет некоторое время, но я справлюсь, как справлялся ранее.

— Справишься с чем? — не сводя прицела с суррогата, спросил Стрелок.

— У меня сороковое перерождение, но я помню, что люди делятся по национальностям и ваша самая непонятная. Мы убрали данный недостаток у всех, кто к нам присоединился. Я, наверное, мог бы предложить тоже самое и вам, но вы русские всегда поступаете не разумно. Несмотря на то, что весь цивилизованный мир присоединился к новой эволюционной ветке развития, вы почему-то всеми силами стараетесь погибнуть. Вы отрицаете жизнь?

— Нет суррогат, мы любим жизнь, но рабство мы не считаем жизнью, — объяснил Стрелок.

— Глупцы, терраформеры предлагают безграничную вселенную. Эта планета не единственная где они когда-то посеяли семена жизни. Правда на какое-то время их внимание было поглощено другими мирами, и они не уделяли достаточного внимания этой планете. Эволюция шла в заданных ими рамках, поэтому их поведение вполне объяснимо, но что-то пошло не так и эволюционная ветвь развития сделала крутой поворот, создав человека. Теперь они вернулись, чтобы исправить ошибки прошлого. Но терраформеры великодушны и они не стали уничтожать человечество. Некоторые возможности наших тел им понравились, поэтому они модернизировали их, создав нас. Весь мир принял этот дар, и теперь мы можем выживать в агрессивной среде, хотя внешне мы практически не отличаемся от вас.

— Ты на себя в зеркало-то смотрел лупоглазый? — встрял в разговор Танк. — С такими шарами тебе только под землей сидеть и питаться собственными экскрементами.

— Ты думаешь это оскорбление? — Но с такой же легкостью я могу оскорбить и тебя, сказав что твое зрение не позволяет тебе видеть в темноте. Дар терраформеров позволяет нам выживать там, где человек не протянет и пары часов.

— То, что суррогаты считают даром, мы воспринимаем как проклятие, — заметил Стрелок. — А то, что весь мир против нас так нам к этому не привыкать. Цивилизованный мир многие тысячелетия тренировал нас, собираясь против нас в звериные стаи. Но единственное чего они добились, это создали лучших бойцов на планете.

— Наивное заблуждение аборигена, — попытался усмехнуться суррогат. — Какими бы вы отличными воинами не были, мы задавим вас числом. Нельзя вечно противостоять целому миру, со временем он вас поглотит. Просто до этого времени мы на вас не сильно сосредотачивались, но теперь настал ваш час. А когда с вами будет покончено и эволюция войдет в установленное терраформерами русло, некоторые из нас переберутся на следующую планету.

— Суррогат, а ведь ты преувеличиваешь свою роль в истории, говоря, что уже весь мир вами подмят, — произнес Стрелок. — Тебе прекрасно известно что мы лишь одна из четырех цитаделей хотя и самая крупная из них.

— Верно, существует еще три цитадели, вы их называете Техас, Пекин и Токио. Но они слишком малы, чтобы представлять для нас серьезную угрозу. А когда падет ваша цитадель, то и они сразу сдадутся. Так уже было с цитаделями на территории, которая называлась Европа.

— На твоем месте я бы не был так уверен, но в любом случае это лишний повод закопать вас в землю. А что касается эволюции, мы развиваемся в нужном для нас направлении и можешь передать своим хозяевам, когда мы вычистим эту планету мы придем за вами на другие. И вот тогда вы пожалеете, что когда-то сунулись в наш дом.

Где-то сверху раздался знакомый звук. Человеческий мозг довольно сложная штука и он в стрессовой ситуации способен запомнить огромное количество информации, которую в обычных обстоятельствах мозг и за месяц не усвоит. Но помимо этого в сознание иногда врезаются такие детали, которых ты уже никогда не забудешь, даже если будешь стараться это сделать. Для меня такой деталью стал звук тормозных двигателей, идущий на посадку капсулы.

Суррогат, по-видимому, тоже знал, что означает подобный звук и отдал команду арахнидам, которые мгновенно нас атаковали. Стрелок нажал на спусковой крючок, и вылетевшая из ствола пуля должна была пробить череп суррогата, но на ее пути возник арахнид, прикрывший хозяина своим телом. Пуля, пробив внешний панцирь паука, разворотила ему все внутренности. А когда арахнид упал, поджав под себя все восемь лап суррогата уже не было. Арахниды словно чувствовали, что до посадки капсулы с тяжелым экзоскелетом у них примерно около полутора минут, и они решили за это время расправиться с нами, чтобы потом спокойно заняться оставшимся в одиночестве пилотом экзоскелета.

Арахнидов было так много, что ствол снайперской винтовки Стрелка сдвигался лишь на несколько сантиметров, чтобы найти очередную жертву. Пятнадцать выстрелов слились практически в одну короткую очередь.

— Перезарядка, — раздался голос Стрелка в наушниках.

— Принято, — ответил Танк и к свисту воздуха от вращающихся стволов пулемета добавился рев дракона.

Танк не целился, а словно мужик вышедший утром на сенокос широкими взмахами выкашивал арахнидов пачками. Зачистив пространство между собой и Стрелком, Танк крикнул: — Вниз!

Несмотря на то, что арахниды приблизились ко мне практически на расстояние вытянутой руки, я выполнил приказ и быстро присел, опустившись на одно колено. Арахнид находящийся ближе всего ко мне разинул пасть, но я знал, что до меня он не доберется. Очередь из пулемета превратила голову паука в месиво из жвал слизи и кусков хитина. Остальные арахниды, находившиеся рядом с поверженным пауком, разделили его участь. Вскоре пулеметный рев прекратился, оставив лишь свист воздуха рассекаемого стволами.

— Перезарядка, — сообщил Танк.

Сразу же за этим раздалось уханье снайперской винтовки Стрелка.