Дмитрий Нелин – Охотник на читеров - Забанены будут все! (страница 37)

– Да, это дану. Однозначно. Я даже видел, как она меняет твоих персонажей.

– Вот это крутые новости. Давай колись, хоть проснусь, а то я до сих пор не отошел от сна.

– Может быть, я расскажу все потом на общем собрании? Аннике тоже будет интересно послушать.

– В жопу ее. Я не хочу, чтобы вы там как-то сговаривались у меня за спиной. Вы теперь вообще будете со мной по очереди совещаться, а я буду сравнивать ваши показания.

– Вот как? – Я замолчал. У Кости едет крышечка. Он теряет к нам доверие.

– Да, так. Я слишком легко относился к вам, особенно к этой ведьме с ее сталкерами. Пока от тебя и Иры толку больше, чем от всех этих волшебников и прочей нечисти. У нас тут серьезный бизнес, Сережа. Замешаны миллионы долларов. Подписаны десятки договоров. Наши спонсоры и инвесторы – это не владельцы булочных и заводов из твоего Мухосранска. Это очень крутые люди. Я смог заинтересовать и привлечь таких ребят, что о-го-го. Если вы с Анникой просрете – это будет крах не только мой, но и ваш.

– Я не понял. Ты что, мне угрожаешь? – спросил напрямую я. – Меня пугать не надо. Зачем ты вот напрягаешь? Хочешь, я сегодня увольнительную положу на стол и долбись ты сам хоть конем. У меня даже трудового договора с тобой нет, если ты помнишь, конечно.

– О, задело. Стал злиться – это хорошо. – Костя улыбнулся, но уже по-доброму. – Не надо увольняться, и я тебе не угрожаю, но просто хочу, чтобы ты сделал свою работу. Понимаешь? Я не знаю, как еще донести до тебя свою мысль.

– Понятно, не дурак – все серьезно. Постараюсь не обосраться.

– Это я и хотел услышать. Так что там с дану?

Коротко и по делу я обрисовал текущую ситуацию, опустив историю с тем, как меня выбило, и что дану – это Юлия. Костя внимательно меня слушал и только изредка горестно вздыхал. Ему явно не нравился такой расклад дела. Иногда он смотрел на свои руки – проверял, не снится ли ему все это.

– Сегодня ночью вы планируете закончить начатое? Отличные новости. Когда я вот спросил Аннику, она снова развела руками. Почему так происходит? Ты понимаешь?

– Она оторвана от твоего мира, Костя, – сказал честно я, – она вообще не понимает толком, что происходит и где кого искать. Они проверили периметр, и все чисто. Боюсь, что толку от них теперь будет мало. Они не играют в твою игру. Даже выдай им самые топовые шмотки, качни по максимуму, и они сольют тем же «Черным ангелам» всухую. Хочешь, расскажу, как меня вчера Каин объегорил?

– Валяй, – Костя повеселел. Видимо, мои мысли насчет Анники совпали с его собственными. Он выслушал мою историю про встречу с темными в переулке и рассмеялся.

– Радуйся, Сережа, что в моей игре нельзя ходить в туалет, иначе бы они тебя еще и обоссали.

– Они спрашивали, когда ты уберешь непробиваемые труселя.

– Орки хотят насиловать женщин? Ну, это и понятно. Никогда – так и ответь Бугру в следующий раз. Так, мы уже приехали. Это небольшая частная клиника. С нами будет еще полковник ФСБ – Владимир Сергеевич. Он уже на месте. Организует проходку. Старайся с ним не разговаривать. Ни к чему это, хорошо?

– А Лану зачем взял с собой? – не понял я. – Она же салага.

– Там очень темное дело, бро. – Костя остановил машину. – Я, конечно, могу параноить, но мне кажется, что это настоящая многоуровневая подстава.

– С зацепом из реального мира?

– Угу. Мне нужен настоящий следователь.

– Ну, охренеть теперь, – выдохнул я.

Сразу стало ясно, почему Костя на взводе. Мы все вышли из машин, я поздоровался с девушками. Рядом с нами стоял здоровенный черный «мерседес» с крутыми номерами. Его дверь открылась, и перед нами появился фээсбэшник. Владимир Сергеевич был средних лет, с только начинающей лысеть головой и носил темные очки. В руках держал какую-то папку. Он пожал нам с Костей руки, и мы двинулись в клинику все вместе. Я так понял, что это какое-то частное заведение для богатеев. На окнах были решетки, а внутри два автоматчика. Заметив нашу делегацию, они напряглись, но ксива Владимира Сергеевича заставила их тут же позвонить главнюку этой богадельни и уже через несколько минут к нам по коридору быстрой походкой шел главврач. Я не запомнил, как его зовут, да он и не столь важен в дальнейшем повествовании. Нет, я мог бы все разузнать и написать вам про то, как он проснулся, выпил черный кофе; описал бы его родню до пятого колена и то, как он окончил медицинский институт с отличием; что у него сын алкоголик, а сам он несчастный отец, и только в своей работе он находит утешение; сегодня утром сюда – и тут ему звонок – к вам из ФСБ… Но зачем? Достаточно знать, что в своем кабинете он держал здоровенного варана по имени «Гоша». Это парня я запомнил сразу.

Встретил врач нас дружелюбно, попросил всех обуться в бахилы и проводил в свой кабинет.

– Вы по поводу Марьи Алексеевны, как я понял, – сказал он, листая дело, которое ему сунул полковник. – Да, есть у нас такая. Поступила две недели назад. Состояние стабильное. Подключена к аппарату жизнеобеспечения.

Костя аккуратно забрал у него папку и передал Лане. Ознакомься в уголочке.

– У нее очень влиятельные родители, поэтому сильно не могу распространяться. К нам она уже поступила в весьма тяжелом состоянии.

– Авария? – спросил я.

– Нет, – ответила Лана, – на нее напали прямо возле ворот ее дома. Она получила несколько ударов тупым предметом по голове.

– Да, так и есть. ЧМТ, – согласился доктор. – Вы хотите пройти к ней?

Кажется, до меня начало доходить. Я нахмурился.

– Ну, должны же были камеры засечь нападающих, – сказал Костя. – Вы знаете, кто ведет это дело?

Владимир Сергеевич деликатно кашлянул.

– Это очень влиятельные люди, Константин, – ответил он, – в таких случаях у нас в России дела не заводятся и никакой огласке они не подлежат. Сами понимаете. Родственники уже обратились к кому надо, но насколько я знаю, пока все безрезультатно. Я не думаю, что они согласятся сотрудничать с вами, особенно если узнают о ваших подозрениях. Это ни к чему хорошему не приведет.

Ну, еще бы. Как мне это знакомо. Так и живем. Если случилось что-то реально ужасное – никакая полиция тебе не поможет, нужно просто позвонить кому надо, если ты, конечно, знаешь их номер телефона. Фишечка в том, что, если ты не ворочаешь лямами баксов – этот номер ты никогда не получишь.

Лана тем временем внимательно изучала страницы в деле, исписанные мелким почерком, и какие-то фотографии.

– Ладно, давайте поглядим на Марию, – сказал Костя и подмигнул Аннике.

Мы прошли по белому коридору с дорогим паркетом и поднялись на крутом лифте с зеркалами на третий этаж. Доктор открыл большую стеклянную дверь, и мы оказались на пороге палаты.

– Анника и Сережа со мной – остальные подождут снаружи, – строго сказал Костя.

Все оказалось как я и думал. Бледная девушка с перебинтованной головой лежала на широкой кровати. Рядом на тумбочке стояли букет цветов и фотография ее родителей.

– Состояние стабильное, говорите? – спросил я. – А анализ крови брали?

– Да, в ее крови было обнаружено сильное снотворное.

– Укололи, значит, и обработали по полной. – Я внимательно осматривал лицо Марии. Да, определенное сходство есть. Очень на Юлию похожа, только у этой родинка на щеке большая и нос немного другой. Это точно она.

– Я должна взять ее за руку, – попросила ведьма, присаживаясь на стул рядом с ней.

– Да, конечно, – разрешил доктор.

Костя отвел меня в сторонку.

– Понимаешь, что происходит? – почти шепотом произнес он.

– Да, Костя. Твоя паранойя тебя не подвела. Это точно покушение.

– Но почему все именно так вот? Грубо. И да, у нее же не было на голове «Дримлорда».

– Ты проверил, как долго она с нами играет?

– Угу, почти месяц.

– Вот и ответ на твой вопрос. Ее канал был устойчивым. Она попала в пограничное состояние – уснула, чтобы больше не проснуться. По голове били для надежности. Работали не профи.

– Да, хороший ход мыслей. – Костя напрягся и закусил губу. – А если ее отключить, то что будет?

– Бля, – я схватил своего друга за руку, – ты что, думаешь ее убить, что ли? Очнись!

Доктор не слышал наш разговор, но настороженно посмотрел в нашу сторону.

– Да нет, конечно, просто интересно.

– Ее может сразу выбить из твоего мира и отправить хрен знает куда, а может и не выбросить, и тогда она будет вечно жить у тебя. Пока ты сам не выкинешь ее на другой уровень.

– То есть ты не знаешь?

– Никто не знает. И почему ты решил, что это она? – не понял я.

– Я посмотрел на твое лицо. Оно сильно изменилось, когда ты ее рассматривал. Будто ты уже где-то видел эту девушку. Ну и чуйка у меня своя тоже есть, я же немножко волшебник. Посмотрим, что там Анника наколдует.

Мы повернулись к ведьме. Та сидела с закрытыми глазами и держала Марию за руку. Собственно, никакой магии не происходило. Ни тебе дрожания стен и потолка, даже лампочки не мигали. Не открылось ни одно из окон, и показания приборов были в норме. Хрен знает, что она там делает и зачем вообще сюда ее Костя приволок. Был бы я ищейкой, то показал бы класс, но я ею не был.

– Это не она, – твердо сказала Анника, вставая со стула, – точно не она. Я погрузилась в ее сон и не увидела ничего подозрительного.

– Да? – ошарашенно спросил я.

– Да, – так же твердо ответила ведьма, и у меня что-то екнуло в груди. Неужели я ошибся?