Дмитрий Нелин – Охотник на читеров. Книга 8. Час пробуждения (страница 17)

Мартина была близко. Она отпустила копье, и я чуть не упал назад. Подловила меня. Я выставил кинжал вперед, надеясь, что ангелица налетит на него грудью, но Мартина вновь выпустила длинные лапы насекомого. Они схватили мою руку с кинжалом, а настоящие руки девушки схватили меня за горло.

Где-то позади щелкал арбалет Бизли, и я чувствовал резкие уколы – то в ляжку, то в спину. Попадает гаденыш по Рагни, хотя тот сражается изо всех сил. Кошак – опасный противник. Я прекрасно помнил нашу первую встречу с ним. И тогда мне конкретно досталось.

– Я иссушу тебя до конца, отберу твои артефакты. Ты никогда не проснешься. – Мартина, морщась от боли, с силой сжала руки, и я почувствовал, как свет начинает покидать мое тело.

– Вряд ли, – прохрипел я, – очень вряд ли.

Но сопротивляться было тяжело. Практически невозможно. Мартина была гораздо сильнее меня. Я пытался сбросить ее с себя, но уже чувствовал, что сил во мне остается все меньше и меньше.

– Рагни, – прокричал я мысленно, – сними с меня эту дрянь!

– Не могу! Я запутался.

– Что? – Я быстро повернул голову и увидел, что волк тщетно пытается выбраться из наброшенной на него сетки. Бизли поймал его в ловушку. А тот и крючья не успел убрать. Теперь ему точно крышка! Вернее нам.

А у меня и татуировки не работают. И что делать? Обнять Мартину и провалиться на другой уровень сна? К волкам? Так они не спасут. Они сами под куполом сидят. Пистолетом я вообще не мог пошевелить.

– Да пошла ты! – зарычал я. Рагни тут же оказался внутри меня. Костяные крючья выскочили из моего тела и впились в плечи и руки Мартины.

– Мы сильнее! – яростно сказал я.

Из последних сил я поднял ангелицу над собой и кое-как оторвал ее руки от своего горла.

– Повыше, так! Отпускай! – крикнул Бизли.

– Чего? – удивился я.

– Отпускай, лысожопый!

Так, кажется, мое иссушение откладывается до лучших времен. Я резко убрал крючья, и тут же услышал, как засвистела тетива. Сразу несколько болтов впились в тело Мартины. Два в грудь, а один прямо в шею.

– Ах ты, шерстяная паскуда, – прохрипела та, поднимаясь с земли, – я из тебя чучело сделаю!

– Херушки! – Бизли уже заряжал какой-то совершенно новый снаряд, не виденный мною прежде.

– Лови! – Разноцветная ракета с искрящимся запалом сорвалась с шипением и свистом с резного арбалетного ложа. Мгновение, и она взорвалась тысячей искр. Я успел прикрыть глаза.

– Не тормози, придурок! – крикнул мне кот. Я приподнялся на локте и вскинул маузер. Стреляем имплантом. Пистолет превратился в отвратительного жука, и я потянул за лапку «крючка».

Паучок полетел по кривой траектории и угодил Мартине в пах. Мгновенно запустил лапы в ее тело сновидения, и Великая Нечистая рухнула на землю, как подрубленная. Наступила тишина. Я медленно поднялся с земли.

– Каюк бы тебе приснился, лысожопый, – сказал Бизли.

– Но зачем? Ты не должен был помогать мне. Ты же сам станешь жертвой их охоты.

– Надеюсь, не скоро. Крылья заберет лишь тот, кто их дал, а избегать внимания жнецов я смогу еще долго. Конечно, если ты не отпустишь эту крылатую прямо сейчас.

– Не отпущу, – пообещал я и подошел к телу Мартины. По нему шла редкая рябь, а само оно медленно таяло. Даже не знаю почему. Разве не должно оно тут валяться все время?

– Надо бы ее отнести куда-нибудь.

– Выбросить в море, чтобы пиявки пожрали ее!

– Имплант не позволит, – я покачал головой, – давай просто отнесем ее под навес.

Бизли взвалил девушку на себя и огляделся по сторонам.

– Хочешь взять ее копье? – догадался я.

– Да, оно мне не помешает. Тебе не дам. Ты его не заслужил.

– Хорошо-хорошо, понимаю. Но все-таки почему ты мне помог?

– Потому что когда-то давным-давно ты помог мне, а я не люблю оставаться в долгу. И я знаю тебя гораздо дольше, чем жнецов. Это для меня важнее крыльев. Чего рот раскрыл, болван двуногий? Не ожидал от старого кота-матершинника такого подвига? А вот выкуси. Магия магией, но во мне больше человечности порой.

– Но мертвых людей ты бы иссушил?

– Конечно. Я же их не знаю. Я человечен, но не настолько, чтобы жалеть тех, кого вообще вижу впервые.

Вот и вся его логика. Типичная, конечно, но я не могу винить его за это. У этого кота все-таки одна жизнь.

Я подобрал копье и отдал его Бизли. Тот сложил его, уменьшил в размерах и сунул в карман. Затем мы оттащили тело ангелицы в здание вокзала и запихали в темную и пыльную подсобку, с нестройными рядами ведер и швабр. Было видно, что сюда давно никто не заглядывал. И надеюсь, что не скоро заглянет. Все, будем считать, что Мартина нейтрализована на какое-то время. Но почему она бледнеет? Агенты вот так себя не вели? Может быть, все дело именно в симбионте? В любом случае эту подсобку надо запомнить и навещать время от времени. Что там с Мартиной будет в реале, меня волновало мало. Сновидец такого уровня, как она, обязан заранее позаботиться о возможных последствиях своих приключений. Завещание там. Ситтеры. На худой конец прибор, который посылает сигнал медикам, если сон длится дольше двенадцати часов.

– Куда дальше? – спросил я у Бизли.

– Без понятия, но как можно дальше отсюда.

– И от Лимба тоже?

– Тем более. Нужен чужой манямирок.

– Есть у меня одна идея. Завтра постараюсь тебя провести. Там тебя точно жнецы не достанут, заодно приобретешь новых друзей.

– Ты серьезно? – Бизли широко раскрыл свои изумрудные глаза.

– Более чем. И да, спасибо за помощь.

– Дело за дело. Просыпайся давай. – Кот протянул мне лапу, и я с удовольствием пожал ее.

– Офигеть. И вы затолкали Великую Нечистую в грязную подсобку на вокзале нижнего мира? – Олег не верил своим ушам. – Это же просто охренеть можно! Я думаю, она очень рассердится, если сможет избавиться от импланта.

– Ключевое здесь – если сможет, – холодно ответил я.

– Но почему ты все-таки отказался от крыльев? Это же могучий артефакт.

– Потому что он не стоил тех жертв, на которые мне пришлось бы пойти. Я устал это объяснять коту, себе и тебе. Я и так погряз во всех этих сетях. Постоянно вылезают какие-то сволочи и пытаются меня захомутать. С меня хватит. Я больше не хочу подчиняться кому бы то ни было!

– Ого, как ты заговорил. Чую, что у тебя, бро, произошла остановка мира, смена внимания, переход в иную плоскость бытия. Ты прозрел?

– Скорее охерел.

– О! Чую, что все эти изменения как-то связаны с Аленой? Она та еще умелица говорить людям правду в глаза.

Я хмыкнул и молча отвернулся. Мы шли по набережной Обводного канала на встречу с Аленой. Да, Игрок вышел на связь, едва я открыл глаза. Я не успел толком отойти от сражения с Мартиной, а мне уже пояснили, что меня ждет миссия 2.5. Как так? Ну вот типа вчера я не доделал задание. И сегодня получаю дополнительное мелкое. Я возмущался таким раскладом, но узнав, что опять увижусь с Аленой, решил все-таки поучаствовать.

– А ты почувствовал легкий зуд в макушке? – внезапно спросил Олег и остановился.

– Когда? Сейчас?

– Нет. Когда пришел к этому вот осознанию всего? Был ли ты в моменте?

– Не помню. Я тогда, скорее всего, просто ошалел чутка. Зуд не помню.

– Просто Кастанеда говорил, что если чувствуешь чесотку в макушке – это значит, ты находишься в моменте остановки мира. И диалога.

– Возможно, – буркнул я, – а где Дэн? Он же шел неподалеку от нас?

– Да, шел, но теперь его уже нет. Он меняет карту реальности. Избегает поля внимания Игрока.

– Я ничего не понимаю! Это какие-то адские термины. Ты вот их понимаешь?

– Только отчасти, – Олег сделал хитрое лицо, – я не пытался стать магом реальности, как многие мои приятели. Я хотел покоя. Искал путешествие, сострадание. Выход из зоны комфорта. Конечно, мне было интересно как-то влиять на свое окружение, мир.

– Транссерфил? – со скепсисом спросил я.

– Ну брось. Я, конечно, тот еще халявщик, но не настолько же. Реальная магия – это сложный труд, требующий порой от практика совершенно невыполнимых задач.

– Но как она работает? Почему Игрок знает наперед, что произойдет? Как он так все подгадывает? Он что, экстрасенс?