Дмитрий Назаров – Заря ваших надежд (страница 37)

— Эти твари. Жрут. Людей. — не сказал, а словно выплюнул слова Алексей, — мне с такими не по пути!

— Ели, если быть точным, — Андрей стал серьезен, — Каждый из них подпишет контракт и будет обязан его исполнять, иначе ему придет конец. По контракту они могут пить только кровь добровольно пожертвовавших людей.

— Каждый?

— Ну из тех, кто придет под вашу власть. Не все смогут, верховный лорд Влад сбежал, например, не стал даже участвовать в финальной попытке разрушить вашу башенку. С ним еще несколько высших. Остальные либо уже убиты, либо будут подписывать капитуляцию и контракт.

— Вы откуда все это знаете? — изумленно и напряженно спросил Данила.

— Я менеджер, молодой человек, управляющий. Хотя раньше нас называли купцами, это звучало приятней. Пока вы бряцаете оружием и делите сферы влияния, я зарабатываю и договариваюсь, узнаю и продаю. В любом конфликте нужен посредник, если, конечно, не стоит цель устроить геноцид. В нашем деле посредник — я.

— То есть ты договаривался с вампирами, пока они поедали твоих сородичей, а мы крошили их в труху? — теперь в душе и Глеба вспыхнул гнев. Он вдруг осознал, что тогда, в башне, группа Андрея пришла не на зачистку, а на урегулирование, чтобы группка безбашенных людишек не выкосила всю их поляну.

— Осуждаешь? — менеджер пожал плечами и вновь улыбнулся, показывая, что у нео не стоит цель обидеть или задеть Глеба, — Твое право. Хотя я не осуждаю, сколько живых существ ты отправил на тот свет, хотя вполне мог договориться. И даже не осуждаю, что ты подмахнул контракт, не прочитав все условия, хотя в моем мире это святая обязанность каждого человека. Впрочем, я лукавлю, пока люди поступают так, как ты, я всегда буду при деле, а это для меня самое главное.

— Ну да, у каждого свое дело. Главное чтобы ты по ночам спокойно спал, — заявил Бойцов, умолчав, что сам спит отнюдь не спокойно…

— Да ладно. Вы лучше скажите, груз принимать будете, или мы здесь поморализаторствовать собрались? — поинтересовался Андрей спокойно.

— Какой груз? — вырвалось одновременно у Сергея и Глеба.

— Ну вы даете, между собой договориться не можете, а туда же, — усмехнулся менеджер, вылезая из кабины. Следом бесшумной тенью мелькнула Леночка, неизменная спутница Андрея. Глеб невольно включил сканер и присвистнул — девочка была уже 41 уровня и при этом также с уклоном в ловкость, которая у нее была аж 70. Правильно он чувствовал еще с первой встречи, что с такой лучше не шутить. Интересно, что сам Андрей не был доступен для игрового сканирования. Наверняка где-то раздобыл какой-то артефакт, блокирующий возможность его считать.

Тем временем тент фуры был открыт и Бойцов присвистнул — на полу фуры лежали горы оружия и артефактов самого разного толка. При этом мечи и рыцарские латы соседствовали с автоматическим оружием и современными бронежилетами. Впрочем, такое соседство уже давно не удивляло. Удивляло скорей, что между гранатометом и топором Глеб все равно выбирал топор, который можно было зарядить навыками и нанести существенно больший урон.

— Да это просто праздник какой-то, — пробормотал Глеб, смотря на такое количество вооружения и брони.

— Вадим? — спросил Андрей.

— Да-да, сейчас, — Вадим достал из подсумка смартфон и начал что-то нажимать. Наконец он направил экран в сторону менеджера и Глеб невольно сглотнул, увидев сумму перевода. Один миллиард двести тридцать миллионов рублей. Его в условное рабство загнали за куда меньшую сумму…

— Все отлично, господа, с вами приятно иметь дело. Я обсужу с Визеком условия, с Велом на связи тоже, — Андрей растворился в ночи, оставив грузовик растерянной группе.

— Надеюсь, у нас кто-то умеет им управлять… — только и нашел что сказать Глеб.

Глава 7

Вампиры и их упыри пришли сразу после заката, бледные и хмурые, но без страха и угнетения. Глеб всматривался в их лица и искал следы того, что их превратили в марионеток, но ничего подобного не заметил. Значит, они не безвольные куклы, которых силы башни обязали вступить на сторону людей, это выглядело осознанным выбором.

Зачем же тогда до этого они толпами шли на штурмы, убивали и погибали в огне? Чтобы в итоге просто прийти и встать на сторону людей?

Люди выстроились перед выросшим огромной башней многоэтажным зданием, где строители вечером закончили десятый этаж.

Глеб благодаря Андрею был в курсе, к чему это приведет, но многих защитников поставили в известность буквально несколько часов назад, и для многих это было подобно крушению мира. Беглый взгляд на строй обороны говорил о том, что счастья новые союзники не приносят практически никому — кривые ухмылки, сплевывание на плац вопреки уставу, брезгливость и ненависть.

Несколько человек и вовсе ушли из башни сразу после объявления, заявив, что они пришли сюда крошить нечисть, а не биться с ними бок о бок.

Их не останавливали, потому что Глеб знал, чем может обернуться разрыв контракта. Поэтому так сделать могли либо неопытные новички, либо те, кто просто не мог иначе, у кого вампиры убили родных и близких. Признать их союзниками для них было предательством их памяти…

— Дорогие друзья, соратники! — объявил с центра Виктор Павлович, глава обороны. Глеб невольно с облегчением выдохнул, он боялся, что приветственную речь будет произносить Вел, а его слушать совсем не хотелось, потому что это все равно будет парадом лицемерия.

В то же время отставной офицер Виктор Ломов внушал уважение своей прямотой и честностью, этот лукавить не будет.

— Все вы знаете меня как одного из главных борцов с нечистью! — продолжал громыхать Виктор, — Я один из самых старых защитников башни и за время своей службы убил не один десяток вампиров и упырей.

Гости скривились, такие напоминания им были не по нраву, но промолчали на правах капитулирующей стороны.

— Да, мои ребята также гибли, я видел смерть не одного отличного парня во время бесчисленных сражений. Но они гибли с честью, потому что у всех была общая цель — достроить башню. Но все мы понимали, что настоящая цель состоит совсем не в этом. Настоящая цель — сделать нашу жизнь безопасной, создать оплот людей в этом обезумевшем городе, где сможет укрыться любой человек, который устал бояться и каждый день рисковать быть убитым, съеденным или замучанным нечистью.

Попутно мы уничтожали тех, кто создавал такие риски, и это было делом благородным и правильным. Было, потому что сегодня пришло время принять тех, кто делал нашу жизнь такой страшной. Как я узнал, это время наступило еще раньше, потому что среди нас уже были их представители, которые наравне с нами отбивали атаки оборотней и демонов. Они помогали нам, а не уничтожали. Просто мы этого не знали. Сегодня наши новые соратники заключат контракт, который поможет им взять под контроль свою противоестественную сущность и перестать убивать. Отныне у нас одна цель — возвести эту башню, чтобы наша общая жизнь стала спокойной и безопасной. Но я клянусь, даю слово офицера, что каждого, кто отступит от условий контракта и прольет хоть каплю человеческой крови без согласия, я лично удавлю голыми руками без тени сомнений.

В рядах защитников раздался гул одобрения. Виктору верили и не сомневались, что именно так он и поступит.

На встречу вышел молодой вампир, высокий, крепкий, который практически ничем не отличался от людей.

— Разрешите пару слов? — поинтересовался он не очень уверенно. Плац ответил молчанием, потому что слишком много крови людей пролилась именно здесь и давать слово врагу, который недавно ее проливал, не хотелось. Тем не менее Ломов уверенно кивнул, разрешая произнести ответную речь.

— Я хочу сказать, что я не всегда был таким, как вы сейчас меня видите… Когда-то меня звали Валентин Зиновьев и я был простым работником музея… Человеком. Но тринадцать лет назад меня обратили в того, кого вы видите перед собой — у вампира промелькнула тень брезгливости и отвращения к самому себе. На несколько секунд он замолчал, чтобы справиться с эмоциями. Люди по прежнему молчали, но выражения лиц начали меняться от такого же отвращения до сочувствия, — Очнулся я с чудовищным чувством голода, который нельзя было утолить обычной едой или питьем. Голод спутывал сознание и лишал возможности трезво мыслить…

То создание, что обратило меня в это чудовище, нарекло меня Валеторном и внушило мне мысль, что отныне я — избранный, венец творения и вершина пищевой цепочки, а встречаемые мной люди — всего лишь слабый корм, который не может и не должен сопротивляться высшей форме существования — вампирам. А так как я не нашел себе в силы сопротивляться чудовищному голоду, мне пришлось поверить, — покаянный поклон в сторону строя людей. И я стал есть… Мне нет оправдания, но только людская кровь утоляла мой голод и страдания, только так успокаивалась преследовавшая меня головная боль, прояснялось сознание…

Глеб невольно скривился. Он должен испытывать сострадание к этому существу? К его голоду и жажде? Возможно, но он утолял их, убивая ни в чем ни повинных людей… Как удобно объявить жертв кормом, а себя — высшей формой и элитой. С другой стороны а если бы обратили его, Глеба? Ухватился бы он за спасительную идею, чтобы продолжать существование, или все-таки нашел в себе мужество и волю отказаться от потребления? Не дай Бог столкнуться с таким выбором…