Дмитрий Найденов – Технологический рывок. Книга вторая. (страница 41)
Но тут нас прервала Мария Фёдоровна, пришедшая проведать меня и узнать как моё самочувствие.
Глава 32. Подготовка к Текстильному заговору.
Глава 32. Подготовка к Текстильному заговору.
- Никки, как ты себя чувствуешь? Мне сказали, что ты с самого утра работаешь и перед кабинетом стоит целая толпа желающих попасть к тебе, может, не стоит так много работать, ведь ты ещё не до конца выздоровел, у тебя только недавно сняли швы, и ещё три дня назад была температура, - сказала Мария Фёдоровна, проходя в гостиную, после чего добавила, глядя на князя. - Сергей Викторович, ну хоть вы скажите, ведь мы все волнуемся и переживаем за него.
- К сожалению, наследник не слушает меня совершенно, и даже наша дружба в такие моменты отступает на второй план, а ослушаться приказа я не могу, - сказал он, встав, когда она вошла в комнату.
Пройдя к столу, она присела за один из стульев и требовательно уставилась на меня. Мы долго смотрели друг другу в глаза, после чего я чуть отвёл взгляд, показательно уступая ей, после чего сказал:
- Хорошо, Мама’, я отменю поездки в ближайшие два дня и буду работать только у себя.
Она возмущённо вскинула руки и хотела что-то добавить, но, посмотрев на князя, сдержалась, после чего уже сказала более спокойно:
- Никки, ты себя совершенно не жалеешь, так нельзя. Ты вообще развёл такую бурную деятельность, что даже слухи не успевают разойтись, как они уже устаревают. Новые придумки, вечная беготня. Твои люди начали передвигаться по дворцу практически бегом, а курьеры носятся между столицей и Гатчинским дворцом чаще, чем когда наша страна воевала. Дипломаты постоянно спрашивают, что за пожар случился в нашей империи, и я не знаю, что им отвечать.
Пока они пишут одну ноту протеста, им приходится писать уже следующую. Они обеспокоены и возмущены изменениям, которые проходят у нас. Они утверждают, что такие свободы для народа могут плохо закончиться для нас.
- Ты, наверное, имеешь в виду Английских дипломатов? - спросил я, вспомнив о забытом проекте.
- Кстати, Сергей Викторович, как у нас обстоят дела с проектом свободы женщин на туманных островах? Французские агитаторы готовы внести свою лепту в свободу женщин и равноправие? На каком этапе сейчас находятся дела? - спросил я князя.
Посмотрев на императрицу, он ответил:
- Всё подготовлено, нужно выделить деньги для этой операции, я предварительно получил согласие банка Ротшильда, и они готовы выделить нам кратковременный кредит, а если мы поделимся информацией, то они готовы даже выдать средства без процентов.
- Я думаю, мы пока не настолько в тесных отношениях, чтобы делиться таким куском пирога. Намекни им, что для этого надо более тесное сотрудничество, а пока рейтинг доверия к ним очень низок, - ответил я.
- Но, если они спросят, как им повысить уровень доверия, что им ответить.
- Мне нужна голова того, кто непосредственно организовал покушение на Александра Второго, а если этот человек мёртв, то голова наследника, и обязательно чтобы об этом факте было напечатано в любой известной газете Европы, что это было сделано по требованию наследника Российской Империи. В таком случае я готов рассмотреть более тесное сотрудничество с ними и даже пойти на сближение с Францией, а не с Германией. И даже пожертвовать личными чувствами, и рассмотреть в качестве невесты рассмотреть принцессу Елену Орлеанскую. Что, конечно же, поднимет авторитет Ротшильдов во Франции, - сказал я и посмотрел на удивлённую мать.
- Никки, ты решил жениться на Елене Орлеанской? Французской принцессе? Но ещё две недели назад ты был категорически против этого, - сказала Мария Фёдоровна, не скрывая удивления на своём лице.
- Я сказал, что готов рассмотреть её кандидатуру в качестве невесты. Вот если Ротшильды сдадут своего человека или сделают вид, что этот человек их, то в Европе будут говорить о нас уже с уважением, а просто так пойти с ними на сближение, это значит, показать свою слабость, тогда они могут решить повторить и со мной подобное. Пусть лучше они боятся меня, а значит, и уважают.
- Ты хочешь, чтобы поводом к браку стала жизнь человека? Но это ведь неправильно, так нельзя, - тихим голосом сказала моя мать.
- А ты думаешь, что Романовы пришли к власти без крови? Тогда что ты скажешь о смерти сына царицы Марины Мнишек — Ивана? Её сына ещё младенцем повесили на морозе, но он не умер сразу, так как верёвка для младенца была толстая, и он, мучаясь, замёрз на морозе. Всё время царствования рода Романовых полно крови и убийств, интриг и предательства. Я не стремлюсь сохранить род. Я хочу сохранить нашу страну Российскую Империю, и избегу ли я участи мученика или меня, наоборот, проклянут, беспокоит меня в последнюю очередь. Здесь счёт идёт не на сотни и тысячи жизней. Речь идёт о жизни десятков миллионов людей. Русских людей. И если потребуется, я повторю путь Ивана Грозного, но не дам разрушить всё то, что собирали наши предки по крупице, скрепляя потом и кровью, фундамент нашего государства, - произнёс я и заметил, что за столь эмоциональным диалогом раздавил рукой чашку с недопитым чаем и осколок порезал мне ладонь, а кровь стала падать на белую простыню вместе с пролитым чаем, оставляя на скатерти кровавые разводы.
Князь вовремя сообразил и бросился к письменному столу, где стояла бутылочка с новым препаратом перекисью водорода. Смочив угол тканевой салфетки, он приложил её к моей ладони, так как одна рука у меня ещё висела не перевязи.
Мария Фёдоровна с ужасом наблюдала за этим, явно видя дурное предзнаменование в этом.
- Принцесса Орлеанская сможет родить мне здоровых наследников, так как пересечения с её родом у нас нет. Поэтому я готов забыть про свои чувства и отдать долг своей стране, - сказал я, и мы на время все замолчали, думая каждый о своём.
- Поступай, как знаешь, сын, я тебя всё равно буду любить. Давай обсудим твою женитьбу позже, - сказала она и вышла, оставив нас вдвоём.
- Вам удалось связаться с ирландскими революционерами? - спросил я князя.
- Да, они готовы принять участие в нашей затее. С ними разговаривали на французском, поэтому на нас подумать не должны. Они обещают, что как минимум десяток текстильных заводов и складов запылают в ночь забастовки, - ответил он.
- Хорошо, снабдите их деньгами от первого кружка живописи, - сказал я, подразумевая фальшивые деньги от одного из отделов фальшивомонетчиков.
- Как у нас продвигается дело с налаживанием контактов с бурским правительством?
- Я отправил несколько эмиссаров под видом вольных старателей в поисках золота. Здесь ждать результатов быстро не стоит. Но работа идёт, составлен предварительный план, первые результаты будут к лету. Пока формируем перевалочные пункты и прикрытие для поставки оружия в эту страну. Планируется поставить снятые с вооружения винтовки, с большим запасом патронов. Разработан план поставлять вооружение под прикрытием нашего флота и проведения учений. Если получится, то мы под видом добычи золота организуем продажу большой партии винтовок и патронов, а также какого-то количества пушек. Также ищем ветеранов, готовых рискнуть и отправиться в эту страну в качестве инструкторов. Туда поедет валюта из второго кружка и будет потрачена на взятки местному правительству. Ожидаемая прибыль составит около пятидесяти миллионов рублей по самым скромным подсчётам. Как вы и просили план по вооружению буров, должен закончиться к тысяче восемьсот девяносто восьмому году, - ответил князь, сверяясь с записями в папке.
- Что у нас с коррупцией в Генеральном штабе и Штабе флота? Какова величина ущерба? - спросил я.
- Ущерб очень большой, и он затрагивает все структуры власти. Если проводить аресты, то мы просто обезглавим наши армию и флот. А наказать только некоторых, можно спровоцировать ещё большее воровство, что здесь делать я не придумал.
- Предлагаю арестовать только замов, замешанных в махинациях. Создайте фонд помощи голодающим от моего имени и всем, кто замешан в воровстве отправьте письма с предложением пожертвовать на помощь голодающим треть от украденной суммы. И укажите, что при повторном воровстве они пойдут вслед за своими замами. Отправляйте проверки по всем последним контрактам, нужно показать, что воровство отныне опасно для здоровья и свободы. Заставляйте людей, подписывающих завышенные сметы, выплачивать государству ущерб и премируйте, тех кто смог сэкономить и снизить расходы. Что с разработкой и внедрением озвученных мной реформ? - спросил я.
- Юридические документы подготовлены, и Император их подписал. Для строительства домов по программе доступного жилья уже выделены деньги и проведены аукционы, только в Санкт-Петербурге начато строительство пятидесяти домов одновременно. В первую очередь идёт закладка фундамента, пока не ударили сильные морозы. Зимой планируется заготовить большое количество леса и других материалов. К июню месяцу по плану должно быть построено около четырёх тысяч комнат только в столице. Подобные работы начались и в других городах. Предварительная стоимость даже меньше, чем заложено в бюджет. За счёт проведения аукционов удалось снизить стоимость на пятнадцать процентов. Министерство финансов запустило выпуск жилищных облигаций, которые пользуются спросом, поэтому финансирование с нашей стороны всего около четверти. К сожалению, строить кирпичные дома зимой дорого, поэтому их строительство перенесено на весну. С крупными заводами проведено предварительное совещание, и некоторые из них готовы строить дома по нашей программе, а некоторые просят выделить квоты по жилью на их предприятия. Рабочие данной программе очень рады. На заводах уже создаются списки на получение жилья, как правило это три списка, для заслуженных работников, семейных и многодетных. Помимо этого, вступил в силу закон о минимальной оплате труда, и промышленники пока смирились с этим, но уже проводят встречи с целью отправить делегатов к вам с просьбой сделать послабления. Их возмущает, что данная реформа принята без обсуждения с ними и у многих из них заводы могут закрыться.