Дмитрий Морозов – Разбить стёкла теплицы. Книга 2. Воспитание для реального мира (страница 1)

Дмитрий Морозов

Воспитание для реального мира. Разбить стёкла теплицы. Книга 2

Серия «Школа для каждого – школа для всех»

Идея серии предложена А.Г. Асмоловым, зав. кафедрой психологии личности МГУ им. М.В. Ломоносова, академиком РАО

© Д.В. Морозов, 2024

© ООО «Образовательные проекты», 2024

Предисловие. Усилие без насилия

О педагогике для детей нового века в книге «Разбить стёкла теплицы»

У значимых педагогических книг, как минимум, «тройное дно», три измерения.

Они должны быть смыслоёмкими (если угодно – «теоретическими») книгами для профессиональных педагогов, где раскрываются, обосновываются опытом и логикой новые пути образования. Но (во-вторых) это и практичные книги для родителей: они помогают понять жизненные ориентиры ребят разных возрастов, противоречия их развития; в них обсуждают характерные ситуации отношений с детьми, способы налаживания взаимопонимания, сотрудничества с ними. И, наконец, это книги, читаемые с увлечением, литературные произведения, интригующие, задевающие душевные струны читателя.

В круг выдающихся авторов «новой педагогической классики» в 2000-е годы вошли несколько новых имён. Одно из них – Дмитрий Владимирович Морозов, организатор общины приёмных семей и терапевтического сообщества «Китеж» в Калужской области.

Раз в несколько лет выходили томики его «педагогической поэмы»: «Поколение Китеж. Опыт построения сообщества / Ваш приёмный ребёнок», «Техника безопасности для родителей детей нового времени», «Разбить стёкла теплицы».

Заглавие «Разбить стёкла теплицы» (ставшее теперь названием для серии книг) странным образом сдвигает вроде бы естественные представления о задачах гуманной педагогики: оказывается, речь не столько о том, как создать «теплицу» для ребёнка, сколько про то, как научить дышать за её пределами.

«Очень часто один и тот же метод приводит к прямо противоположным результатам. У ребёнка, перекормленного родительской любовью, любое “внушение” вызывает протест, установка границ – желание их нарушить. Но тот, кто был обделён вниманием, радуется даже “взбучке” – как свидетельству родительского интереса. Для одного похвала – стимул к новым свершениям, другого похвалили – расслабился и “сел на шею”».

Так звучит один из лейтмотивов этой необычной книги. Автор и свой опыт представляет читателям в связи с подобным выводом: «Я сорок лет работаю с детьми – благополучными, проблемными и детьми, оставшимися без попечения родителей, а также с родителями, чья жизнь была испорчена потерей любви и доверия своих детей. Эти годы убедили меня, что никакой компьютер не может точно предсказать результат того или иного педагогического воздействия».

Но именно метафоры «компьютерного века» подбирает Дмитрий Морозов к разговору о судьбах детей в современном мире: программа, сбой программы, форматирование диска, внешние вирусы… Обозначив свой отказ от рецептов и простых формул «метапедагогикой», он комментирует это слово так:

«…В метапедагогике вектор развития задаёт ребёнок, вернее, потребности его личностного роста и развития, осознанные взрослым… Основа метапедагогики – в признании права ребёнка на собственную программу развития. А, значит, и права на ошибку, на пробу, на испытание границ своей свободы, силы запретов и крепости обещаний».

В этой книге мне слышатся многие ключевые тезисы «Педагогики для всех» моего учителя С.Л. Соловейчика. Сразу вспоминаются его слова: «…Но ответов на уровне “Что делать, если ребёнок…” нет, они живут, эти ответы, в другой сфере – в этической. К разочарованию многих оказывается, что никакого “правильного” голоса, тона, способа, приёма нет… Что всё зависит от того, что за человек отец, насколько доверяет ему мальчик, как сложились их отношения… Педагогику спрашивают: “Как сделать?”, а она отвечает вопросом: “А что вы за человек?”».

Теперь к подобным формулировкам другой автор подводит читателей нового века из другого опыта, в обстановке иной эпохи и по-другому мыслящих поколений, на ином уровне жёсткости, в ином темпе и стиле изложения.

Китеж – построенный своими силами посёлок в Калужской области для нескольких десятков семей с приёмными детьми. Среди воспитанников есть те, кому ставят диагноз ЗПР и аутизм, есть бывшие беспризорники с опытом выживания в экстремальных условиях улицы, есть московские дети, которые при вполне благополучных родителях не ходят в школу, а зарабатывают приводы в полицию.

Морозов и его коллеги назвали свой посёлок «терапевтическим», полагая среди главных своих забот «излечение детей-сирот от ненависти к миру и неверия в будущее». «В Китеже, – объясняет Морозов, – не используют понятие перевоспитания, поскольку невозможно изменить прошлый опыт человека; дело родителей и педагогов – думать о том, что нужно восполнить и развить в ребёнке, дабы вернуть ему здравое суждение о мире».

Восполнить пробелы в развитии, исправить сбои программы… Но отнюдь не педагогика программирования обсуждается в книге, а скорее (если следовать предложенным метафорам) «антивирусный софт»; не сочинение «программ развития личности», а то, как обеспечить для них условия позитивного «срабатывания».

«У открытых, оптимистичных, внимательных родителей, эмоциональная жизнь ребёнка похожа на уверенную прогулку по широкой ровной дороге, плавно ведущей вверх. В неблагополучной семье ребёнок идёт по эмоциям родителей, как по горной тропе, он спотыкается на порицаниях, сжимается на окриках, теряется при равнодушном молчании. Все силы уходят не на обучение, а на защиту собственной внутренней свободы. Можно ни разу не шлёпнуть ребёнка, но так погрузить его в своё родительское вязкое, обтекающее сознание, что личная инициатива и тяга к самостоятельному, независимому познанию будут уничтожены».

Разговор в книге свободно переходит с одних тем и сюжетов на другие, но не раз возвращается к трём особо характерным типам ошибок (или упущений? или неумений?) близких взрослых в отношении к своим детям.

Первая из них наиболее естественна: склонность подменить «настроенную на будущее» программу ребёнка шаблонами, обкатанными собственным прошлым. Из цитат об этом:

«…Не помню, кто из мудрых сказал, что дети – это координаты будущего, которое сбывается на наших глазах. Но мы – взрослые, сами часто не готовы к встрече с будущим. Мы ищем в детях соответствия с прошлым, привычным, понятным. Когда не находим, начинаем злиться и приводить детей к привычным для нас формам поведения».

Вторая ошибка – неумение увидеть за раздражающими нас дурными чертами характера нечто упущенное, то, что необходимо не подавить, а восполнить (или же помочь ребёнку превратить «недостатки» в стимулы для развития):

«…Жестокостью в человеке проявляется отсутствие сострадания, эмпатии; эгоизмом – отсутствие постоянной заботы со стороны других людей; агрессией – желание привлечь внимание, когда все другие способы не дали результата, ложью – недоверие миру вокруг… И очень часто достоинства ребёнка вырастают из недостатков, а сильные стороны берут начало в слабостях и неисполненных желаниях, обидах и страхах».

Ошибки третьего рода вырастают из неумения взрослых научить детей защищаться от внешних «вирусных программ»:

«Только осознанность подарит детям иммунитет к манипуляциям и поможет стать хозяевами или программистами собственной судьбы. Учите детей видеть не яркие картинки реклам и мелькание образов в музыкальных клипах, а цели и намерения тех, кто их создаёт. Если ты разглядел злую тень и узнал её имя, то она теряет власть над тобой».

За этой мыслью следует такое «антивирусное» обобщение: «Мы должны осознать, что идёт битва сознательных родителей против рекламы и телевидения за будущее наших детей. И в этой битве у нас тоже есть свои преимущества: среди них – любовь, доверие, возможность общаться душами, возможность отвечать на самые затаённые, личные вопросы».

«Наука нового взгляда на детей» обращена не к поиску чётких правил, а к пониманию природы проблем и решений, с которыми предстоит столкнуться родителям в новом веке.

•…Учите детей трудиться и биться за победу, выносить опыт из каждого поражения.

•…Учите их быть сильными и упорными в достижении цели, при этом тонкими, открытыми и мягкими с теми, кто окружает их.

•…Учите детей жить в изменяющемся мире, радостно реагировать на каждый вызов, на всё новое, не ныть, а искать пути решения.

•…Учите детей радоваться новому опыту, быть открытыми, собранными и внимательными, учите их осмысленно набирать информацию и перестраивать самих себя.

Так Дмитрий Морозов расписывает пожелания к «родительской педагогике».

Сообщество приёмных семей и ребят с детдомовским прошлым предельно обнажает многие из проблем, которые в обычных семьях воспринимаются размыто – как само собой сложившиеся обстоятельства.

В детях-сиротах нет изначального доверия к возникшей семье, для них её ценности – не более, чем странные запреты или ограничения. Происхождение многих привычек и странных реакций детей непонятно приёмным родителям. Взгляды приёмных ребят на перспективы своего будущего то и дело оказываются фантастичными. Первоначальные ожидания взрослых от усыновлённых детей слишком часто и быстро развеиваются. И т. д.

Но всё же различия заключаются скорее в мере и остроте, чем в сущности проблем, надежд и забот.