Дмитрий Морфеев – Красный утес (страница 11)
Пригладив густые русые волосы мужа, Констанция прижалась ладонью к его щеке. Сейчас слова были не нужны. Влюбленные одновременно потянулись друг к другу и слились в долгом поцелуе.
– Подожди. – Чувствуя, к чему все идет, Констанция остановила любимого, прижав пальцы к его губам. – Пообещай мне кое-что.
– Вы чрезвычайно умны, миссис Циммерн. – Рейнер, сгорая от нетерпения, покрыл ее ладонь поцелуями. – Сейчас я могу пообещать что угодно.
– Я серьезно. – Констанция чуть отстранилась, поднялась на колени и теперь смотрела на мужа сверху вниз, обхватив ладонями его лицо. – Обещай, что мы всегда отыщем друг друга, где бы ни оказались и что бы ни случилось. Поклянись, что ничто и никто не разрушит нашей связи. Поклянись, что…
– Что наша любовь вечна? Что над ней не властна даже смерть? – он подхватил мысль Констанции. – Если это наша общая клятва – я готов ее принести. Но сперва скажи, почему ты задумалась об этом?
– Не знаю, – вздохнула она, – сложно объяснить. Я посмотрела на все эти дубы, что росли здесь задолго до нашего рождения, – Констанция окинула взглядом дубовую рощу, – и вдруг осознала, насколько наша жизнь скоротечна и непредсказуема.
– Все так, но то, о чем ты просишь… Это ведь не просто красивые слова. Иные часто клянутся и с легкостью нарушают…
– В нас я уверена, мы не нарушим.
И они поклялись, что связаны навеки, а дубовые венки заменили венчальные короны.
Солнце почти скрылось за горизонтом, но молодоженов мало волновало время. Они были молоды, влюблены и счастливы.
Внезапно небо окутало темной дымкой, настолько густой, что света вокруг совсем не осталось. Но куда хуже было другое: Констанция больше не чувствовала прикосновений и горячего дыхания Рейнера. Он исчез, а вместе с ним и все тепло мира.
Дрожа от страха и холода, Констанция принялась суетливо ощупывать землю вокруг. Венок слетел с ее головы. Сочная прежде трава оказалась сухой.
– Рейнер! – выкрикивала она имя любимого снова и снова, а слезы катились по ее щекам. – Рейнер! Рей…
Слабый свет луны все-таки пробился сквозь плотную дымку. Дубовая роща тонула в тумане, а листья с деревьев осыпались.
Констанция огляделась и вскрикнула. Ей показалось, что сама темнота отбрасывает причудливые маленькие тени. Сначала их было около дюжины, затем зашуршала сухая трава с опавшей листвой, и сквозь обманчивую пелену стали проступать новые и новые силуэты. Вскоре их стало так много, что невозможно было подсчитать. Все они, эти тени, размером не больше крысы, столпились вокруг Констанции и глазели на нее.
Не выдержав, она воскликнула:
– Кто вы и где мой муж?!
– То было лишь блаженное воспоминание, – чуть слышно отозвались тени, – а муж твой сейчас далеко отсюда. Мы – дети леса и не желаем тебе зла, Вечная госпожа.
При упоминании этого слова Констанция вмиг опомнилась от сладкого забвения. Она поняла, что тело ее спит, а душа перенеслась в какое-то особенное место, раз сон здесь так приближен к яви.
«Наверное, – подумала Констанция, – это и есть те фейри, о которых говорила Кессиди».
Внезапно обретя самообладание, она гордо поднялась на ноги и на этот раз спросила строго и спокойно:
– Чего вы хотите?
Страх исчез также стремительно, как и появился.
– Мы знаем, что ты собираешься вывести всех детей из деревни, и хотим помочь.
– Да, я слышала, что вы мастера заманивать людей в свои земли, но при чем тут я и дети, которых я хочу уберечь? Что вам нужно на самом деле?
– Ты настолько убедительна, Вечная госпожа, что обманываешь даже саму себя. Но мы знаем, – захихикали туманные создания, – ты не можешь забыть того экстаза, что испытала, когда чистейшая энергия невинного младенца влилась в тебя.
– Какой вздор! – хмыкнула Констанция, скрыв отвращение в голосе. – Уж не думаете ли вы, что я буду оправдываться перед теми, кто скрывает свое обличье в тумане?
– Мы лишь пытаемся показать, что не так уж и различаемся. У нас схожие цели: тебе и нам нужны дети. И мы можем дать тебе средство, чтобы увести их всех сразу.
– Почему же вы сами им не пользуетесь?
– В наших руках оно бесполезно. Но в твоих – сработает превосходно.
– Давайте проясним: вы предлагаете средство, чтобы я сделала всю работу, а потом хотите получить и плоды?
– Плоды мы разделим поровну.
– Так не пойдет. Я вполне могу обойтись и без вашей помощи. Неужели вы думаете, что такую, как я, прельстит столь безвыгодное предложение?
На несколько долгих мгновений воцарилась тишина. Казалось, тени обдумывают слова Констанции. Она ждала ответ спокойно и невозмутимо.
Наконец дети леса произнесли:
– Ты знаешь себе цену, госпожа. Мы это уважаем, поэтому за твою милость преподнесем тебе величайший из даров – лист с Мирового древа.
– К чему мне какой-то лист? – дерзко усмехнулась Констанция. – Пусть даже его взрастили своими руками древние боги.
– О, не спеши отказываться. Этот лист – символ нашего расположения, и если тебе будет грозить опасность, то с ним ты сможешь призвать нас на помощь.
– Как я пойму, что лист подлинный? И откуда мне знать, что вам вообще можно доверять?
– Этот лист невозможно спутать с другими. Ты поймешь, когда сама увидишь его. И у тебя будет время во всем убедиться. Средство – эльфийскую лиру – мы отдаем тебе в залог. Опробуй и реши: достойны мы доверия или нет.
А потом все исчезло. И тени в тумане, и дубовая роща, и лунный свет. Снова воцарилась тьма и слышался только шелест трав и сухой листвы.
***
Констанция проснулась с первыми лучами солнца. Она с трудом села, усталая и невыспавшаяся, свесила ноги к полу и тут же почувствовала какой-то сор кончиками пальцев.
Листья! Сухие дубовые листья застилали пол спальни!
Констанция рухнула на колени, принявшись разрывать руками самый высокий ворох у кровати.
Фейри не обманули. Из кучи листьев Констанция достала удивительный по красоте музыкальный инструмент – небольшую лиру с вензелями и золотыми струнами.
Часть вторая. Возмездие
Глава 1. Алый терн
Все началось в середине августа 164* года. Сын лесоруба Нолан Фок никак не мог найти свою сестру Розалин.
Накануне он весь день проработал на стройке и лег спать сразу, как возвратился домой. Не застав сестру с утра, он решил, что она ушла раньше него. Однако к обеду Розалин так и не появилась, хотя они заранее условились не брать работы на вторую половину дня, чтобы прогуляться до озера у Янтарной скалы и отдохнуть там.
Тщетно обойдя всех товарок сестры, Нолан принялся обходить дома, где Розалин могла задержаться с поручениями, а так как они оба – и брат, и сестра – никогда не упускали случая подзаработать, то область поисков увеличилась практически до всех домов в округе.
Когда Фок подошел к дому миссис Джой, то невольно поморщился. Последнее поручение матроны пришлось ему не по душе, но ради щедрой награды он все-таки взялся за дело. Однако с того дня в его душе зародилось недоброе предчувствие.
Нолан утешал сам себя, что всего лишь «подправил» ступень и не стоит делать из мухи слона и трагедию из женских дрязг. Тем более ступень он выбрал ту, на которую, по его мнению, реже всего наступают – третью с конца.
Когда же миссис Циммерн, которой касалось поручение, перестала появляться на людях, тревога Фока усилилась. Пару раз он даже рыскал около ее дома в сумерках, поглядывал в окна и прислушивался, но никак не решался позвать хозяйку, постучать в дверь или забраться внутрь. Один раз он тронул входную дверь, но та была заперта.
И пусть миссис Джой однажды показала какое-то запоздавшее письмо, из которого следовало, что миссис Циммерн ожидали в гости родственники, но и это не могло заглушить щемящего чувства в душе Нолана.
Фок мысленно выдохнул, когда наконец увидел миссис Циммерн живой и здоровой. Еще неделя ее отсутствия – и Нолан наверняка бы проговорился обо всем на исповеди.
Миссис Джой он нашел в дурном расположении духа.
– Не видали моей сестры?
– Нет, – ответила она, проворно оглядевшись. – Ты лучше скажи не тая: мое поручение ты исполнил в точности, как я сказала?! Или ты, подлец, решил обобрать бедную одинокую женщину?!
– Господь с вами! Я выполнил все, как вы сказали. Заменил крепкие гвозди на…
– Тихо ты! – Матрона нервно замахнулась на него кулаком. – А вот еще, помнишь, накануне пропажи дитяти, правнука старика Рида, ты мне сказал, что миссис Циммерн вернулась? А оказалось, что она приехала только на следующий день!
– Боюсь, вы меня неправильно поняли, – справедливо заметил Фок. – Я проходил мимо, и мне послышался какой-то шум в ее доме. Я пошел дальше, вы меня окликнули, и я лишь предположил, что она приехала. Саму миссис Циммерн я в тот день не видел.
– Поняла, поняла. Ступай!
В дом миссис Циммерн Нолан решил не заходить. Они с сестрой давно перестали искать у нее подработку: все из-за обвинений в ведьмовстве. Поначалу брат с сестрой мало обращали внимания на слухи, но когда немилость соседей на нанимательницу стала распространяться и на них, то они единогласно решили держаться от миссис Циммерн подальше.