Дмитрий Мордовин – Галактический рассвет. Книга 1. Точка отсчёта (страница 15)

На следующем заседании консорциума Хеллер снова выступил. На этот раз речь шла о рисках.

– Господа, – начал он, – мы должны быть честными с собой. Миссия на Аурелию – это не только шанс, но и огромный риск. Мы не знаем, с чем столкнёмся.

– Но разве не вы сами утверждали, что эта планета – наша лучшая надежда? – перебил его один из членов совета.

– Так и есть, – ответил Хеллер. – Но я должен предупредить вас о возможных последствиях.

Его речь вызвала бурные обсуждения, но в итоге большинство поддержало его доводы.

После встречи Лина подошла к нему.

– Доктор Хеллер, вы всегда так уверенно выступаете. Как вам это удаётся?

Он улыбнулся, впервые за долгое время расслабившись.

– Лина, знаешь, в чём секрет?

– В чём?

– Я не уверен. Никогда. Но если ты веришь в то, что делаешь, это даёт силы идти вперёд.

Эти слова запомнились Лине, вдохновив её на новые исследования.

Хеллер вновь остался один в лаборатории, глядя на панорамное изображение Аурелии.

– Мы сделаем это, – сказал он себе, сжав кулаки. – Мы просто обязаны.

Эта решимость двигала им, несмотря на все сомнения и трудности.

Технический координатор Андрей Мельников. Андрей Мельников сидел в центре управления миссией, окружённый панелями управления, экранов и голографических проекций. На первый взгляд его спокойствие было незыблемым. Он мог часами анализировать сложнейшие технические данные, мгновенно принимать решения и при этом оставаться собранным даже в самых напряжённых ситуациях. Для команды он был символом надёжности.

– Андрей, у нас снова небольшие отклонения в модели связи, – голос одного из инженеров выдернул его из глубокого анализа.

– Укажите параметры, – ответил он ровным голосом, едва подняв глаза.

На экране замерцали данные. Процессоры, рассчитанные на обработку огромных массивов информации, в редких случаях давали сбои.

– Всё дело в обновлении алгоритмов. Подстройте второй фильтр и проверьте синхронизацию сигналов, – скомандовал он, и сотрудники тут же принялись за дело.

В этот момент в зал управления вошёл Айдан Чен.

– Эй, Андрей, ты что, вообще не отдыхаешь? – сказал он, пытаясь смягчить серьёзность его настроя.

– Отдыхать буду после того, как «Гелиос-1» безопасно выйдет на орбиту, – ответил он, мельком взглянув на него.

Айдан усмехнулся. Ему нравилось это его бескомпромиссное отношение к работе, хотя он не раз ловил себя на мысли, что за этой сдержанностью скрывается что-то большее.

Айдан, самый молодой член команды, чувствовал себя несколько неуверенно. Он привык к тому, что все вокруг более опытные, более уверенные в себе, и Андрей не был исключением.

– Ты знаешь, я порой завидую твоей уверенности, – однажды сказал он, когда они вдвоём оказались в комнате отдыха.

– Моей уверенности? – переспросил он, подняв бровь.

– Ну да. Ты всегда такой спокойный, будто знаешь ответы на все вопросы.

Андрей посмотрел на него, слегка улыбнувшись.

– Айдан, если бы ты знал, как часто я задаю себе те же вопросы, что и ты. Просто я научился скрывать сомнения.

Его слова поразили Айдана.

– Серьёзно? Ты?

– Серьёзно. Важно не то, что ты чувствуешь, а то, как ты с этим справляешься. Запомни это.

Эти слова вдохновили Айдана. Он почувствовал, что на самом деле у них больше общего, чем казалось на первый взгляд.

Андрей занимал уникальную позицию в команде. Он был связующим звеном между учёными, инженерами и пилотами.

– Андрей, что насчёт интеграции данных с новой спутниковой платформы? – спросил Кейл Нортен, который проверял очередную симуляцию.

– Уже в процессе. Мы заканчиваем тесты. Если что-то пойдёт не так, я дам знать, – ответил он.

Хеллер, наблюдая за этой сценой, отметил про себя, насколько важен Андрей. Его способность одновременно координировать сложнейшие процессы и поддерживать команду заслуживала глубокого уважения.

Однако даже у такого профессионала, как Андрей, были свои слабости.

Однажды вечером, оставшись в лаборатории один, он посмотрел на голографическое изображение своей семьи – родителей и младшего брата, оставшихся на Земле.

– Всё будет хорошо, – тихо произнёс он, словно пытаясь убедить себя.

Андрей часто задумывался о том, каково будет покинуть всё, что ему знакомо, отправиться в неизведанное. Но долг перед командой и человечеством пересиливал его личные страхи.

Айдан, заметив его тревогу, решил поговорить с ним.

– Андрей, ты всегда поддерживаешь нас. Может, пришло время, чтобы кто-то поддержал тебя?

– Ты неожиданно стал мудрым, Айдан, – ответил он с лёгкой усмешкой.

– Я серьёзно. Ты ведь тоже человек.

Андрей задумался.

– Знаешь, Айдан, ты прав. Может, я слишком привык держать всё в себе.

Этот разговор стал началом их дружбы. Андрей начал больше доверять Айдану, а тот – чувствовать себя более уверенно в его присутствии.

Несмотря на свои внутренние переживания, Андрей никогда не позволял им мешать его работе. Каждый раз, когда на горизонте появлялась новая проблема, он находил способ её решить.

Вместе с Айданом они разработали усовершенствованную систему связи, которая обеспечивала более стабильный канал передачи данных между «Гелиосом-1» и Землёй.

– Это было бы невозможно без твоих идей, – сказал он ему, когда проект был завершён.

– Ты преувеличиваешь, – ответил Айдан, смущённо почесав затылок.

– Нет, Айдан. Ты сделал это. Ты доказал себе и нам всем, что можешь быть частью этой миссии.

Эти слова стали для Айдана настоящим подарком.

Андрей снова оказался один в центре управления, наблюдая за панорамным видом Земли.

– Мы сделаем это, – сказал он тихо, ощущая внутренний прилив уверенности.

Теперь, зная, что команда на него полагается, он чувствовал, что готов к любым вызовам.

Медик, врач Эвелин Картер. Эвелин Картер сидела за своим рабочим столом, пролистывая данные о физиологическом состоянии будущего экипажа. Её взгляд был сосредоточенным, движения – быстрыми, но аккуратными. Её долг был очевиден: сохранить здоровье команды в условиях, которые никто до них не испытывал.

Эвелин выбрала профессию медика не случайно. С юности она знала, что хочет помогать людям, но её тянуло туда, где граница между жизнью и смертью была наиболее тонкой. Именно поэтому она посвятила себя экстремальной медицине. Её первая экспедиция в Арктику, участие в спасательных операциях после землетрясений – всё это стало для неё закалкой перед её самой важной миссией.

– Картер, ты уверена, что они выдержат? – голос Кейла Нортена вывел её из размышлений.

Она обернулась, чтобы встретиться с его строгим взглядом.

– Я уверена, что они подготовлены лучше, чем кто-либо, – ответила она, но её тон был серьёзным. – Но, Кейл, это не значит, что я не переживаю.

– А мне кажется, что ты переживаешь слишком много, – сухо заметил Нортен.

Эвелин глубоко вдохнула. С Кейлом она уже не раз сталкивалась в подобных спорах. Его военная выправка и непреклонность иногда раздражали её, но она понимала, что он искренне хочет добиться успеха.