Дмитрий Минаев – Месть Золотой Вильи. Первые шаги (страница 10)

– Вот когда одолеешь хотя бы одного, тогда и поговорим.

– А ты, Ола? Скольких убила ты?

А действительно?

"Моё дело убивать их, а не считать!" – вот что нужно было ответить. "Учётом пусть бухгалтеры занимаются!"

– Почему ты молчишь? – шмыгнула носом эллиена. Ну прям как ребёнок, которого сначала поманили конфетой, а потом отняли и спрятали.

– Не видишь – считаю! – зло брякнула я, – Отец Фергюс, вы не дадите соврать! У форпоста Серебряной реки, сколько я тогда поубивала адептов?

Священник задумался.

– Я ещё тогда первая подпалила мачту с парусом?

– Всё верно. Только кто тогда подсчётом занимался? Вообще не думали, что живы останемся. Видать у Создателя на скрижалях наши судьбы уже были расписаны, потому что иначе, как чудесным, тогдашнее наше спасение и не назовёшь.

– Ладно, отец Фергюс, потом эту историю расскажете, сейчас некогда. Как думаете, когда на подожжённом мной шиге рухнула рея, сколько давгов погибло?

– Наверное, их было не меньше двадцати, а уничтожено около половины.

– Значит число сражённых мной воинов Тьмы приближается к двум десяткам. Так вот, Эйва, – обратилась я к девушке, глаза которой за время нашей со священником беседы превратились в чайные блюдца, – когда ты сразишь десяток адептов, я слова не скажу. Будешь сражаться не рядом, а впереди меня. А пока извини, придётся тебе покараулить моё тело, а то мало ли… А вы, лаэрииллиэн Эрвендилтоллион, присмотрите за племянницей, а то мне будет не до этого!

Владыка лишь кивнул, он был тоже в лёгкой прострации, витая где-то далеко. Имперцы о чём-то тихо переговаривались друг с другом. Больше никаких колкостей в свой адрес я не услышала.

До места мы добрались быстро. Я тут же улеглась прямо на снег. Проклятье, ведь почти зима, несколько дней осталось. Надо будет с собой какую-нибудь раскладушку таскать или топчан. С одеялом и подушкой.

Я вырвался… нет, скорее "просочился" на волю и заскользил в сторону деревеньки язычников. Снег подо мной даже не сминался. Во всяком случае, глазу это заметно не было. Интересно, а когда белое покрывало станет толще, всё останется по-прежнему?

Вот и деревня. А нехило устроились отшельники. В каменных домах эллиенов. Да у нас в Леворе богатые горожане так не шикуют, где уж там крестьянам. С другой стороны, не обдирали бы их феодалы, как липку, или что здесь вместо неё…

Как там сказал Нэб… на площади. Ну вот она, а дальше что? Фасадами на неё выходят аж пять домов. Нет, вру – четыре. Пятое строение явно не жилое, а клуб, дом собраний, храм… Нет, храмов у друидов кажется нет. Тогда, может, молельный дом? Надо было разведчика получше расспросить или взять с собой. Так и надо поступить в следующий раз. Но не возвращаться же обратно.

– Фу, ну и вонища! – воскликнул, выскакивая из административной домины, один из воинов.

За ним последовали ещё двое, чуть не сбив стоящего у входа стражника.

– Что там ещё? – недовольно пробурчал он.

– Да старикан, – затараторил тот, что выскочил первым, видно самый говорливый из всех, – как разложили его на столе, да стали руки-ноги вязать, враз обделался.

– Помогите! Убивают! – донеслось изнутри.

Я рванул к дому. Благо дверь так и сталась приоткрытой. Теперь только незаметно прошмыгнуть мимо стражников. А то объясняй потом, что за невидимка тут шастает. Охранных амулетов против такой "нечисти", как я, на воинах не было.

– Помогите! – послышался новый хрип, видно бедолага уже сорвал голос.

– Хоть бы заткнули его чем, – недовольно пробурчал тот, что стоял на часах.

– Этт, не можно делать, – опять встрял коротышка, у которого, похоже, был словесный понос, – Для Его Тёмного Величества самый смак, когда жертва стонет и мучается. Как приправа к пресному блюду.

– Ты что, Сав, решил в ученики адепта податься? – уставился на говорливого угрюмый.

Что тот ответил, я, оказавшись в комнате, не расслышал. Потому что распятый на столе довольно высокий дедок взвыл во всё горло, призывая лесных богов.

– Орёшь, это хорошо, – довольно ухмыльнулся совсем молодой белобрысый парень, – Разрушителю понравится. О, Владыка Тьмы, – взвыл он, – приношу тебе в дар эту никчемную…

А я то что стою? Кого жду?! Не дожидаясь окончания Слова призыва, я прыгнул на адепта прямо через стол. Кинжал как-то сам собою вошёл ему в грудь. Осталось лишь на пару мгновений удержать клинок в пронзённой плоти, пока он не выпьет тёмную душу.

Всё, клиент готов. Поднимаюсь. На улице шум и крики. Наши пошли на штурм.

Наши?

Ну имперцы. Мы ж теперь с ними воюем бок о бок! Вон и Ламмар показался. Эго массивную фигуру ни с чьей не спутаешь. И чего ради полез в самую гущу схватки? Застоялся, как конь боевой? Оп-па! Из-за забора по ту сторону дороги вынырнул арбалетчик. Проклятье! Дауартин же его не видит! Сейчас нажмёт на спуск и пи… Нехрена… Стрелок завалился вбок, а из-за тына показался… Э-э, да я, вроде, его знаю… Видел в крепости… Не могу вспомнить.

– Не стреляйте! – крикнул воин, поднимая руки, – Мы сдаёмся!

Ну вот и всё. Без меня справятся. Подобрал клинок тьмы и отправился обратно. Чтобы не идти по дороге, на которой было не протолкнуться от имперцев, эльфов, пленных и местных жителей, громко благодаривших своих освободителей, шмыгнул через огороды и напрямки по лесу.

Удачно проведённая операция навивала благодушное настроение, и потому я не сразу догадался о причине столь неприятного звука. Понять не понял, а тело уже само бросилось на землю. И вовремя. Стрелы были ещё в полёте, а я уже нёсся к кустам, за которыми засели несостоявшиеся Робин Гуды. С разбегу прыгнул вперёд, ломая ветки, уже догадавшись, кто воспользовался мной в качестве мишени. Так и не успев выпустить по второй стреле, Эйва с Гэвой полетели на снег, а я приземлился точнёхонько в своё тело.

– Вы что творите, дуры бестолковые! – вскочив на ноги одним махом, взревела я дурным голосом, – Куда вам в бой, раз вы своих от чужих не отличаете! Ты, Эйва! С глаз моих долой, чтоб ближе двух полётов стрелы не подходила! Ты, Гэва! Похоже с Хорхом это у вас семейное – пытаться меня убить. Обоим руки-ноги поотрываю! А вы что веселитесь, лаэр Эрвенд, прикажите отобрать у этих девчонок луки, и чтобы… чуть не брякнула "на пушечный выстрел"… на дневной переход их к ним не подпускали.

– Не-е, так дело не пойдёт, – отрицательно мотнул головой владыка, – Наоборот, они будут с ними упражняться теперь днём и ночью. А то виданное ли дело промахнуться по цели с десяти шагов. Прямо позорище какое. У нас в Золотом лесу таких неумех от сотворения мира не было.

– Надеюсь, что мишенью буду не я?

– Разумеется.

– Хотите, чтоб в следующий раз они меня точно изрешетили.

– Что вы, Ола, так злобствуете? Вы ж сами приказали им охранять ваше тело, а тут из леса выскакивает Тень с клинком Тьмы. Что ж им было делать?

– А чем прикажите сражаться, ведь Меч Света мне никто не выдал!

Проклятье, а я кинжал то по дороге бросила, чтоб стрелки не могли прицелиться. Ни слова не говоря, кинулась за ним.

– Ну это дело поправимое, – буркнул вслед Эрвендилтоллион.

Возвращалась я в деревню чернее тучи, зло помахивая ножичком. Что делать, ножен то к нему нет. Кстати, и у адепта на поясе их тоже не было. Как же он свою "игрушку" таскал, не в руках же.

Настроение было хуже некуда. Руку ободрала, подол платья испачкала. Хорошо, хоть не разодрала его, трижды выпутывая из кустов. Попросить что ли у владыки эллиенскую походную одежду. Такую же, как у Эйвы. С ней теперь и разговаривать неудобно. После того, как полкана на них с Гэвой спустила. Так что вся надежда теперь на лаэрииллиэна. А вот и он, лёгок на помине. Беседует с Ворхемом у крайнего дома. Уж не меня ли поджидает.

– Эх, чует моё сердце, не к добру вся эта возня с адептами, – произнёс владыка, глядя, как заходящая Алэма красит последними лучами край неба в кроваво-красный цвет.

– Проклятье! Я ж совсем забыла! Клэрион предупредил меня о вторжении, – ни с того ни с сего вырвалось у меня.

– Кто должен напасть?! – впился в меня взглядом эльф.

– Не знаю, он не сказал.

– Адепты проговорились?

– Ни малейшего понятия. Мы перебросились буквально парой слов.

– И все они были о любви?

– Не смейтесь, мы ведь даже толком не попрощались, – мой голос предательски дрогнул, и я зашмыгала носом.

– Извини, Ола. Надо предупредить имперцев.

– Скажите Кару, а Лам пусть в деревне заканчивает. И пленных пусть допросит.

Опять мы за круглым столом. Я тянула отвар клеа и никак не могла согреться. Чтобы я ещё хоть раз лежала вот так на снегу… К этому времени я уже рассказала союзникам всё, что знала, ответив на массу вопросов.

– Это всё, нирта, что вы забыли нам сказать? – как всегда, не удержавшись, съязвил Карраэлгар.

Теперь они с владыкой что-то обсуждали на имперском, изредка бросая на меня взгляды. Нет, надо учить языки. Без этого никак.

В прихожей раздался стук. Не снимая запорошенного снегом плаща, на пороге показался Ламмар, тут же прокаркав что-то на своём.

– Никто из врагов не ушёл, уцелевшие – допрошены, – коротко пояснил Кар.

– Чего они хотели?

– Вас. Найти. Схватить. – ответил сам Лам.

– Тогда пусть найдут, – я решительно соскочила со стула, сдёрнув с соседнего плащ.