Дмитрий Минаев – Королевские милости (страница 81)

— Дашмиршару… Погоди, ты что, не знал, что он идёт вслед за нами по лесу вдоль дороги?

— Откуда? И как это он смог пройти сквозь чащобу?

— А у него там эллиен в проводниках.

Мой амалат вытаращил глаза. И, надо сказать, не только он один.

— Ладно, звучит дико, я знаю, — отмахнулась я, — Потом всё выясним. В конце концов, я могу и ошибаться. Лучше подай сигнал. Ну-у, как это вы делаете… прочирикай или провой… мне такому вовек не научиться!

— Да ладно, не велика премудрость.

— Ага, вы этому с детства учитесь. А я?

Короче, Чойб, как опытный пловец, несколько раз глубоко вздохнул, а потом завыл и заголосил по-тапасьи. Да так, что тачпаны под его учениками шарахнулись в стороны так, что юные всадники их с трудом удержали. А мой Фор, которого только что взнуздали, пасшийся пока в сторонке, рванул прочь так, что лишь копыта засверкали. Вот же трусишка… зайка серенький!

Через минуту другую в ответ раздался тапасий скулёж и крик какой-то птицы. Хотела спросить: «А враги-то подвоха не почуют, всё-таки в этих краях такая живность не водится», но побоялась прерывать «сеанс экстренной связи» на самом важном месте. Пусть «переговорщики» сперва закончат свою «беседу».

Наконец, провыв особенно заковыристую «руладу», Чойбилрит облегчённо вздохнул и довольно осклабился:

— Сейчас прискачет.

— Кто? Даш?

— Не-е, ему нельзя бросить своих людей в такой момент, а то мало ли… Гонец приедет, он всё и расскажет.

— Что ж, подождём… Иора?! А ты что стоишь, где моя кольчуга?!

Всё остальное время до приезда посыльного и даже после заняло облачение в доспехи. Пусть кольчуга была лёгкой и надевалась под кафтан… его, кстати, пришлось сменить на более просторный… для этого был специально пошит зелёный веаллиер.

Заикнулась было, чтоб сукно имело камуфляжную расцветку, но не тут-то было! Оказалось, что колер уже подобран самим владыкой. Ну и ладно. Лишний раз собачиться не хотелось, в конце концов, если надо, можно и плащ маскировочный взять.

А пока я облачалась: рубаху попроще, сверху кожаную и только потом железо. Иора посетовала:

— Надо бы ноги хоть как-то защитить.

— Тогда я точно рухну под тяжестью надёванного. Не на войну, чай, иду, на переговоры.

Хотя, кто его знает, как там всё обернётся.

— Жаль, что мы шлем с собой не взяли, — вздохнула служанка.

Ага, только этого железного ведра на голове мне сейчас недоставало.

— Всё равно его тебе бы пришлось надеть, — небрежно заметила я, — Кстати, а где твои доспехи?

— Так вы меня с собой возьмёте?! — встрепенулась Иора.

— Вот ещё! Защищай тебя от стрел, тут самой бы оборониться! Будешь сидеть в карете, и чтоб никуда не высовывалась!

— Ну вот, а сами лезете в самое пекло!

— Ну-у, не так всё и плохо. И потом, мне уже терять нечего. Эх, нелёгкая ты, вдовья доля! Лучшие годы прожиты, впереди только старость, нищета и болезни.

— Что это вы такое говорите, лаэра?!

— А что? Это у тебя всё впереди, мы ж ещё на твоей свадьбе не гуляли!

— Какая свадьба?! У меня ещё жениха нет!

— Ну-у, женихи — это дело наживное, сами появляются, когда надо и не надо.

— Ох, лаэра, подите вы! Всё бы вам смеяться! Я как подумаю, что вам предстоит, так душа в пятки уходит, а вам всё нипочём, до того отчаянная! Впрочем, с вашими родителями…

— Что?

— Да ничего, — смешавшись, потупила глаза служанка, — Просто, вы такая, как есть и другой быть не можете!

— Вот это точно! А потому, нечего трястись раньше времени! Успею ещё набояться.

Облачившись, спрыгнула с подножки. Гонец был тут как тут, они с Чойбом уже успели переговорить, и теперь амалат кратко пересказывал мне обстановку, назвав примерное количество противников.

— Полтора десятка? А вы там ничего не путаете? Тех, кто перекрыл дорогу, тут десятка два, не меньше! А-а-а, вам же с той стороны не видно!.. Короче, передай Дашу, — перешла я на табирский, чтобы гонец меня точно понял, — Тут по низу в кустах засела ещё рука стрелков, а может, и больше! — показала я растопыренную пятерню, — Пусть знает! Точнее не скажу, мне из-за этого тумана… Будь он трижды неладен! — перешла обратно на леворский, — Ничего толком не видно!

— Может, мне подать сигнал? — насторожился Чойбилрит, — Так будет быстрее.

— Да ладно, ты своими криками и так всех на уши поднял. Ещё устроят побоище с перепугу.

— Тогда, может, моим ребятам зайти к ним с тыла? Ну-у, тем, что внизу.

— Не надо, ещё в лесу заплутают, ищи их потом. Там и так эллиены.

— Наши?

— Какие ж ещё?! Другим тут взяться неоткуда! Да, и по ту сторону, за развилкой, ещё отряд.

— Ушастые? То есть я хотел сказать…

— А-а-а, ладно, — махнула я рукой, машинально оглянувшись по сторонам, будто кто мог услышать, — они самые.

Табиры вокруг довольно захмыкали.

— Так что вы по лесу наобум не стреляйте, только по видимым целям. Поспеши, — напутствовала гонца, — я медленно поеду, успеешь обернуться.

Посыльный унёсся, а я взгромоздилась на своего «конька-горбунка».

— Всё, Фор, тронулись потихоньку. Да не трясись ты так, самой страшно.

— Удачи! — крикнула из кареты Иора.

Я только рукой махнула. Не до разговоров. Поправила кинжалы и поплотнее завернулась в плащ, который попытался сорвать налетевший порыв промозглого осеннего ветра. Вот зараза! Аж слёзы на глаза навернулись.

Будем надеяться, этот негодник хоть туман разгонит.

Ну, с Богом!

Копыта тачпана мерно цокали по дороге. Вот и поворот.

Туман ещё клубился у самой земли, а ленивая Алэма никак не желала озарить своими лучами хмурое небо. Несмотря на это видимость стала вполне терпимой, хотя краски мира казались какими-то серыми, блеклыми, размытыми.

А вот и караван. Переселенцы, прикрывшись щитами, действительно готовились к бою.

— Эй, кто ты?! Назовись! — после первого замешательства окликнули меня.

— Вам что, плохо видно?! — спросила в свою очередь, откидывая капюшон.

Надеюсь, голову не застужу… Впрочем, это меньшее, что меня сейчас должно волновать.

— Да это ж Золотая Вилья! — выкрикнул какой-то парень, — Эй, люди, здесь Золотая Вилья!

— Тише ты! — прикрикнул на него бородатый мужик, тот самый, со щитом, — Ваша милсть, а почему вы одна?!

— Ты что ж воин, думаешь, что мне, чтоб за вас заступиться надобно целое войско?! Лучше скажи, кто там впереди на дороге?

— Не знаю, Вашество, какой-то отряд.

— Ладно, сама спрошу, — потрепала я Фора по голове, и тачпан так же неспешно двинулся по правой обочине вдоль растянувшихся повозок.

— Вот она, наша благодетельница! Заступница! — заголосила какая-то женщина, — Сама Пресветлая её нам послала!