Дмитрий Минаев – Королевские милости (страница 50)

— То есть, ничего хорошего о Клэрионе ты сказать не можешь?

И чего прицепился… можно подумать, что женщина… неважно, какого она возраста может вот так запросто выложить незнакомому мужчине, что у неё на сердце?.. Тем более, когда там, как и в голове, творится не пойми чего, полный хаос.

Да я специально гоню мысли Клэре, потому что следом накатывает такая безотчётная тоска, что просто выть хочется… Демоны Бездны! Ну как донести до моего венценосного собеседника то, что я самой себе объяснить не могу?!

— Молчишь?.. Жаль.

— Ваше Величество, я просто не знаю, что сказать. Слышала, взрослые, порой не находят слов, а уж я-то…

— И всё равно, что говорит твоё сердце, Ола?.. Это важно… Очень.

— Я его любила, — призналась я, — но-о, не как мужа, — тут же поспешно добавила, видя, как брови короля полезли на лоб, — а, скорее, как брата… старшего. Он был таким смелым, решительным… и шалопаистым.

— Верно, — усмехнулся мой собеседник уже по-другому, по-доброму… видно, вспомнив что-то.

— Как в песне.

— Что? — нахмурился король.

— Говорю, как в песне… той, что я спела.

— Погоди, Ола, что-то я ничего похожего раньше не слышал, кто её автор?

— Я, — проронила скромненько, потупив глазки, — но не одна, а вместе с девчонками, — не стала я полностью присваивать чужое творчество.

— Вот так, запросто?

— А что тут такого? Что, по-вашему, женщины не могут придумать красивой песни?

— Нет, но… Это песня о Клэрионе?!

— Не совсем, но разве рыцарь на него не похож.

— Наверное… Нет, сочинить песню… Ну надо же!

Мы замолчали, глядя в окно, думая каждый о своём.

— Ваше… элгар Орел, — тут же поправилась я, — если не секрет, а что вы искали, там, в груде камней? Нашли, что хотели?

Король поднял на меня взор, потом вновь уставился в окно и буркнул:

— Залог Любви.

Зачарованные талисманы, которыми обмениваются влюблённые, когда клянутся в Вечной Любви? Видать ценная штуковина… и дорогая, раз ради неё полгоры перекопали.

— Не нашли? — спросила я, уже предчувствуя ответ.

Монарх отрицательно помотал головой. Ну правильно, иначе бы он не стоял напротив мрачнее тучи.

— А как он выглядел, этот самый Залог?

Выбор этих парных артефактах, похожих друг на друга, как две капли воды, зависит от фантазии влюблённых, а заодно от объёма и содержимого их кошельков. Дизайн может быть самым разнообразным: кольца, перстни, браслеты, кулоны или… Не может быть?!

— Медальон, — голос Ореливора Третьего неожиданно осип, и он закашлялся, — Это был медальон, — хрипло выдохнул мой собеседник.

Его слова ещё звенели в воздухе, а я уже лихорадочно расстёгивала кошель.

— Случайно не этот, Ваше Величество? — протянула я вручённую мужем драгоценность.

— Да, он самый! — глаза короля радостно сверкнули, и он тут же сграбастал серебряную с позолотой побрякушку, буквально вырвав у меня из рук, — Откуда он у тебя? — воскликнул монарх, вскрывая крышку, — Точно! Это он!

— Мне его передал Клэр. Там, в подземелье, перед самой смертью. Я же уже рассказывала.

С меня тут же потребовали пересказать всё ещё раз. Пришлось повиноваться, куда денешься. Ореливор Третий жадно ловил каждое слово, переспрашивая подробности. Проклятье, я уже и сама их толком не помнила.

— Ола, почему ты сразу мне не сказала!

— Я говорила.

— Но о многом ухитрилась умолчать, в том числе о медальоне.

— А вы о нём не спрашивали! — отрезала я, протянув руку.

— Что? — нахмурился монарх.

— Я хотела бы получить Залог обратно.

— Он дорог тебе, как память о Клэре?

— Нет, — мотнула я головой, зачем врать.

— Тогда зачем он тебе, — король явно не желал выпускать «добычу» из рук.

— Я же уже говорила, что обещала Клэриону отдать медальон его отцу, а воля умирающего священна.

— Так почему ж не отдала?

— Я просто не знаю, кому. А вы знаете, кто он?

— Клэр не сказал?

Я отрицательно помотала головой:

— Отчего-то взрослые не желают делиться своими тайнами с детьми.

— Наверное, потому что не все из них сами умеют хранить секреты.

— Так вы вернёте медальон?

— Ола, а если я пообещаю выполнить просьбу Клэра, вернув Залог по назначению?

— Его отцу?

— Да, из рук в руки. Вот так! — мой венценосный собеседник переложил побрякушку из правой руки в левую, — Обещаю!

— Королевское слово?

— Да. Его тебе будет достаточно?

— Конечно.

— Ты молодец, Ола! Просто умница! У вас с Клэром могли быть замечательные дети. Жаль, что он погиб, не оставив после себя наследника.

Блин! Проклятье, скорее всего после этой фразы мне следовало промолчать, но… видно, вино было тому виной, потому что язык развязался сам собой:

— М-м… Возможно, вы не правы, — брякнула я.

Всего пара мгновений, и меня, стиснув ладонями выше талии, вдёрнули в воздух.

— Что? Что ты сказала? — выдохнул король мне прямо в лицо, оказавшееся с ним на одном уровне.

У-у-у! Ё-ё-ё!

— Вашество, мне больно! — только и смогла прохрипеть в ответ.

— О-о, Ола, прости меня, пожалуйста! — я вновь очутилась на полу, дышать сразу стало легче, — Прошу, объясни, что ты сейчас сказала? — произнёс, склонившись к самому моему лицу, монарх, отчего ему пришлось согнуться в три погибели.

— Ваше Величество… э-э-э, — я покосилась на «притулившихся» у стены Фортрара и Шобэра.