Дмитрий Минаев – Королевские милости (страница 26)

Это я-то! От такой тирады я буквально потеряла дар речи!

— Ведь это ж надо до такого додуматься, убить помощника имперского градоправителя. О чём вы вообще думали, Ола?!

— О чём я думала?! Да у меня просто не было на это времени! Прошу прощения, что меня тогда не убили, чтобы вы в своём дворце могли спать спокойно! — расправив юбку, я отвесила нечто вроде шутовского поклона, ребячество, конечно, но не смогла удержаться. Ну сколько можно, право слово, достали!

Сидящая за столом камарилья вылупила на меня глаза, а я уже закусила удила.

— Значит, я — глупая и безответственная?! Хорошо, тогда я скажу вам, таким взрослым и ответственным, что происходит в мире. А то вы, умные и рассудительные этого почему-то не замечаете.

В первую очередь это касается вас, туэр! А то вы всё тут вынюхиваете, высматриваете, когда давно должны были бы скакать в столицу, чтобы искать там гнездо заговора.

— В Левор уже послан крамл с письмом, — вмешался король, — я дал надлежащие указания.

— Уж не нирту ли Моорону — Старой Восточной башне? А вы уверены, Ваше Величество, что он сам не участвует в заговоре?

— Главный королевский обвинитель? Кому же тогда верить?!

— Откуда мне знать, — пожала я плечами, — Вы сами видели, что случилось на Западном перевале. Сдаётся мне, что и остальные пограничные гарнизоны битком набиты или сосланными туда военными, или недовольными центральной властью дворянами. Имперцам даже перекупать никого не придётся, коль там полным полно потенциальных мятежников.

— Нирта Олиенн, — тяжело вздохнул монарх, — по возвращении в столицу, я лично проверю, как идёт расследование, теперь вы довольны?

Нет, можно подумать, мне больше всех надо! В конце концов, кто у нас король?!

— Ваше Величество, это нужно не мне, это нужно Левору.

…И вам в том числе, — хотела я добавить, но передумала.

— Я рад, Ола, что вы так горячо болеете за судьбу королевства, но поверьте, у нас всё под контролем.

Угу, Сталин вон тоже двадцать второго июня сорок первого думал, что всё контролирует.

— Ваше беспокойство похвально, но не имеет под собой никакой почвы. Нет никаких признаков…

— Что вообще никаких? Простите, Ваше Величество, что прервала вас, но это странно.

— То, что нет серьёзных конфликтов на границах, лишний раз доказывает истинность мирных намерений наших соседей.

— Это действительно так, или вы выдаёте желаемое за действительное?

— Всё спокойно, как никогда, и я хочу, чтобы так оставалось и впредь! Это понятно?! Не стоит дёргать брэца за усы — это смертельно опасно! Не усугубляйте положение ещё больше!

— У меня и в мыслях ничего такого не было, Ваше Величество, — новый поклон, теперь уже самый что ни на есть великосветский, — А тот мелкий конфликт, как я считаю, давно урегулирован.

— Вот и хорошо, потому что, если бы сами не начали…

У-у-у… Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

— Имперцы же ничего враждебного не предпринимают.

— Если их не провоцировать, — вставил лаэр Западных пределов.

— Верно, — кивнул Ореливор Третий.

— А то, что во время нашествия орды на стороне кочевников оказалось больше десятка парлисов с расчётами, это что — пустяки, дело житейское?!

— У вас есть доказательства, что имперцы участвовали в боевых действиях? — спросил Руммил.

— А кто это ещё мог быть, по-вашему? Там, у камнемётов.

— Ну-у, возможно, сами кочевники.

— Опытные наводчики — табиры? Вы сами-то в это верите?

— Ола, у вас есть что-то конкретное, — спросил король, — иначе нам просто нечего предъявить имперцам.

— А зачем им вообще что-то предъявлять?

— Тогда какой смысл обсуждать участие роверцев в нападении?

— Вот она — женская непоследовательность, сами не знают, чего хотят, — буркнул Фортрар.

— Меня больше волнует, готово ли королевство к отражению вражеского вторжения, — возмутилась я.

— Ола, сколько раз повторять, никакой опасности нет! — сдвинул брови король.

— Что, совсем-совсем?!

— Согласен, королевство в любой момент должно быть готово к отпору агрессору, а империя — самый опасный из наших соседей. Но я не собираюсь стягивать войска к границам, чтобы не провоцировать роверцев, а уж тем более созывать ополчение, когда явной угрозы не предвидится, а урожай на полях ещё не убран. Это понятно?

— Угу.

— Ну, вот и хорошо.

— Тогда к чему было поминать нашествие кочевников? — недовольно буркнул лаэр.

— По-вашему, я ради развлечения решила расковырять застарелое дерьмо, чтобы все насладились его ароматом?

— Ола, что вы говорите? Какие у вас манеры? — ужаснулся Ореливор Третий, — Разве можно так при дамах?

— А где тут дамы? — оглянулась я по сторонам.

— А вы сами? — укорил меня монарх.

А-а, ну тогда другое дело.

— Вас бы, нирта, на воспитание к моей жене, у неё-то уж не забалуешь! — заметил властитель Западных пределов.

— Вы это серьёзно, Фортрар? — поинтересовался молчавший до этого Эрвендилтоллион, — Разве не во дворе вашего замка Ола стреляла по мишеням из крепостных арбалетов. А то смотрите, она, чего доброго, и вашу жену этому научит. Что тогда будете делать?

— Упаси Создатель! Неужели она такая оторва, что с ней никакого слада?

— Вы ж сами слышали, чем девочка занимается: берёт штурмом и рушит замки, обращает в бегство орды кочевников, а ещё, между делом, лазает наперегонки по отвесным стенам. Я, конечно, понимаю, что девушкам тоже хочется острых ощущений, но без подстраховки…

— Всё так и было? Ола, как можно! — уже в который раз вытаращил глаза Ореливор Третий.

Мои слабые попытки оправдаться просто-таки потонули в потоке упрёков по поводу моего несносного поведения, совершенно недостойного для юной леди.

Ну вот, а я ещё хотела обратить их внимание, на то, что мои дрязги с вилларцами — это детская возня в песочнице. Гораздо серьёзнее парлисы в рядах кочевников, это уже не мелкие стычки на границе, которые там происходят время от времени. Приказ о том, чтобы нанять кочевников, да ещё снабдить эту вольницу метательными орудиями, пусть и не очень новыми, должен был отдать кто-то на самом верху. И задумано это было с далеко идущими целями.

Но меня уже никто не хотел слушать. Взрослые дяди, от которых зависела судьба королевства увлечённо вспоминали своё детство, какими в ту весёлую пору были проказниками.

Ну и как тут работать в такой обстановке?!

А-а-а, будь, что будет! Что мне, больше всех надо?!

Короче, отчитали меня, как школьницу. Впрочем, чему тут удивляться, сейчас я и есть школьница? Экзамены, вот, сдаю…будь они трижды неладны!

Нет, каков король гусь! Он, видите ли, ночей не спит, а я… Можно подумать, не думаю о благе государства… главное, что не моего. И меня же за это ещё и отчитывают! Ну где на свете справедливость?!

Послать бы их всех подальше, только куда ж мне деваться с подводной лодки?! С одной стороны хорошо, что вокруг соратники, на которых можно положиться, с другой, мне порой тоже приходится отстаивать их интересы. По крайней мере, во время этой дурацкой королевской ревизии.

Ладно бы один Ореливор, а то чуть ли не всё его окружение рыскает по замку, всюду норовя сунуть свой длинный нос. А мне ещё приходится перед всей этой бандой не только расшаркиваться, а плясать на задних лапках, прямо как ручному медведю на потеху публики. Просто издевательство какое-то, как же мне всё это надоело!

Попробовала вечером почитать, готовясь к новому экзамену, но проклятые эллиенские руны, цепляясь друг за друга, переплетались своими закорючками, как кусты и деревья ветвями, сливаясь в непроходимый дремучий лес. Глаза начали слипаться, а голова начисто отказывалась соображать. «Клюнув» очередной раз носом, плюнула на всё и завалилась спать — утро вечера мудренее.

— Нирта! Нирта Олиенн! — выкрикнули над ухом.

Слетев с постели, я мигом оказалась на ногах с обнажёнными кинжалами в руках, оторопело уставившись на едва переводившую дух Эну такими же вытаращенными, как у неё, глазами.