Дмитрий Минаев – Королевские милости (страница 15)

— То, что будучи ниртом, как и комендант Западного перевала, правитель Золотого леса имеет бòльшие полномочия, а, значит, и главнее. Следовательно, в случае непредвиденных обстоятельств: войны с империей, нашествия орды, именно он становится главнокомандующим… пусть и временным, — поспешно добавила я, видя, как изменился в лице лаэр Западных пределов, — Только так, и никак иначе!

— По-моему, это всё — ерунда. Такого просто не может быть! — возмутился Ильгемон — Моорон-Нарг, — Чтобы комендант крепости подчинялся не пойми кому… — но, заметив сведённые к переносице брови короля, тут же запнулся на полуслове, — Простите, Ваше Величество!

Монарх, поджав губы, лишь кивнул головой.

— Может, в этом что-то и есть, — проронил он, — Указ писался в спешке. Но где эта ваша пресловутая орда? Я поднимался сегодня на стену и ничего не увидел. Лишь жалкие кучки кочевников, перегонявшие скот с места на место.

Ещё бы ему их увидеть! Прямо напротив горная гряда — Тач-Тарх. Вроде бы я про неё рассказывала. Тачпан-юрхан-Тархтимризан — Спящий Скакун Бога-Отца Тархтимриза. И вокруг этих скал, пусть и не слишком высокие, раскиданы холмы. За ними полчищ кочевников и не видно. Только это вовсе не значит, что их там нет!

— Что ж, Ваше Величество, приедем в Золотой лес, я вам всё расскажу и покажу.

— И кстати, Ола, вы так и не сказали, куда отправили бунтовщиков.

— Разве?

— Самое время признаться? — вторил монарху лаэр.

— Мне скрывать нечего.

— И где же они?! — чуть ли не в унисон воскликнули оба.

— На отведённых им землях за границей королевства.

— Кем выделенных? — нахмурился король.

— Мою, естественно. Это ничейные земли.

— И вы решили там поселить незнамо кого?

— Мы же об этом уже говорили. И потом, вы сами мне это приказали.

— Я?! Когда это?!

— Когда с ними беседовали. Вчера. Там, у возов. Потом подозвали меня и сказали, что таких отважных переселенцев следует наделить лучшими землями. А я ответила, что уже распорядилась на их счёт.

— Погоди. Так это что, были мятежники?

— Ну да.

— И Просп?

— Он — один из главарей.

— И вы, нирта, говорите об этом только сейчас?! — напустился на меня туэр Шобэр.

— А когда мне было сказать? Я хотела предупредить Его Величество, но ваши гвардейцы оттёрли меня в сторону и не дали к нему протиснуться, будто я тут главный злоумышленник. Даже обидно, до слёз.

— Подали б сигнал? — буркнул лаэр.

— Какой? Кому? Да и зачем? — пожала я плечами.

— Как это «зачем»?! — возмутился туэр Шобэр, — Опасность была в двух шагах — рукой подать!

— Но разве вы не охраняли Его Величество?

— Откуда ж нам было знать, что это не простые селяне?! Могли бы крикнуть, предупредить!

— Ага. А в этой банде уже натягивали луки, взводили арбалеты. От моего крика кто-нибудь сперепугу стрельнул бы, и началось побоище. А король был в самом центре, он и опомниться бы не успел!

— Всё равно, это неправильно, — буркнул туэр.

— Угроза была нешуточной, — вторил ему лаэр.

— Вы, элгар Фортрар, всё равно меня никогда не слушаете! Прямо, как дух противоречия!

— Ола, думай, что говоришь! — цыкнул на меня вельможа.

— Ола, раз такое дело, с этой минуты от меня ни на шаг!

— Что, совсем нельзя будет отлучиться?

— Зачем?

— Ну-у, мало ли.

— М-да, — задумался Ореливор Третий.

— Ваше Величество, а давайте я вам какой-нибудь из амулетов зачарую. У вас их несколько. Пусть это будет самый простенький. Дотронетесь до него пару раз, и я буду знать, что вам понадобилась. А если я подниму ладонь, значит — «внимание».

— Что-то убогая у вас «азбука», — блеснул эрудицией Шобэр, сравнив мои «ужимки и прыжки» с имперской «азбукой разведчика» — широко применяемым в роверской армии языком жестов.

— Зачем сложности, туэр? Мы ж не в рейд собрались по вражеским тылам!

— Лучше скажите, нирта, что делать с этими, — указал он на поединщиков, которые за время нашей беседы устали стоять в боевых стойках, но мечи в ножны так и не вложили, — А то вы так и не ответили на вопрос короля, — вставил он мне шпильку.

Не на ту напал!

— Вы прослушали, туэр, всё решится в Золотом лесу. А там, если противники не пожелают примириться…

— Такие оскорбления смываются только кровью! — перебил меня Лондрон.

— Мне всё равно, кровь-то будет ваша.

— Ола, не стоит постоянно третировать нэда, — вступился за него король.

— Я вот что думаю, Ваше Величество, когда он избивал связанного вашего брата… пусть и молочного… в этом был какой-то умысел?

— Я ни о чём таком не думал! — воскликнул дворянин, когда не слишком дружелюбные взгляды монарха и его свиты скрестились на нём.

— Вижу что не думали, в этом и есть ваша проблема! — не удержалась я от колкости.

Глава 5

Фор снова мчался, как ветер. Теперь уже по мелководью, поднимая фонтаны брызг. Похоже, это ему безумно нравилось, а вот мне — не очень. Громкий плеск мешал подслушивать, правда зря я старалась, ни о чём важном король с владыкой не говорили. Монарх ещё раз посетовал, что я ношусь сломя голову, лаэрииллиэн, как обычно, успокаивал его, говоря, что так оно и должно быть… Странно. Почему не наоборот? Я дороже Орелу, чем Эрвенду?

Я задумалась и не заметила, как тачпан домчал меня до самого торга… Вернее до его границы — обломков Каменной пики, которую эллиены обрушили на голову кочевников. Огромные камни мы убирать не стали, и теперь они служили чем-то вроде забора, сужая свободный проход вдоль берега реки. Чуть дальше начинался сам базар. По-моему, сегодня на нём было особенно многолюдно.

Этот торжище у ворот замка возникло стихийно. Я уже упоминала, какие сделки тут самой доводилось заключать: то тачпанов покупать, то рабов. Ну, и как-то так само-собой получилось, что этот «пятачок» стал местом, куда купить-продать съезжались наши и заречные табиры, жители Золотого леса и роверские купцы. Пришлось по-возможности упорядочить эту стихию, а с посетителей брать символическую плату — мешок камней… точнее будет сказать — перемётную суму.

Сперва камни можно было набрать прямо тут же. А что? И материал, подходящий для стройки, нашёлся, и площадка быстро очистилась. Плату с обоих въездов взимала смешанная охрана из золотолесцев и табиров. Камни ссыпались в кучи и сортировались: твёрдые — в бетонный монолит, мягкие — в земляную рубашку.

Наверное, я сильно продешевила. В Ровере и Леворе, чтобы попасть на торг, купцы платили медной монетой. А тут «валюта» валялась прямо под ногами. С другой стороны, не всё было так плохо. Сначала к нам приходили не самые успешные коммерсанты. И сами небогаты, и товар не блистал качеством. Но тут уж, как говориться: хочешь — бери, а не хочешь — мимо иди. Зато любое барахло можно было продать и купить по сходной цене на взаимоприемлемых условиях. Чем народ и пользовался.

И, кроме того, по нынешним временам, я имею в виду то средневековье, что царило в мире Аврэд, рынок был ещё и главным местом обмена информацией и получения новостей. Насколько я знаю, даже в империи газет не было, не говоря уж о всём остальном мире. У меня сложилось такое впечатление, что половина народу и чужаков, и наших, золотолесцев ходила на базар именно за слухами и сплетнями, что привозили торговцы, а не за товаром. Впрочем, это их дело, ведь для жителей Золотого леса это удовольствие было бесплатным и относительно безопасным.

Именно отсутствие угрозы потерять весь товар… который в Степи кочевники могут просто-напросто отнять, объявив своей добычей… и стало решающим для популярности этой торговой точки. Ведь, чтобы торговать в Степи, роверским купцам… даже самым зажиточным… приходилось сбиваться в большие караваны, нанимая сильные отряды охраны, да ещё каждого мало-мальски сильного из табирских вождей одаривать «за проезд». И совсем не мешками камней, как у нас.

Так что тот из имперцев, у кого хватало ума и смелости, мог почти беспрепятственно продать свой товар у нас. Благо, что вывоз товаров в империи почти не облагался. Этим, как я понимаю, правительство стимуливовало экономическую экспансию. Грамотная политика, нам это только на руку.

Постепенно за мелкими торгашами потянулись солидные предприниматели, сперва роверские, а потом табирские и наши, леворские. Позднее под стенами моего замка они устроили что-то вроде перевалочной базы, перегружая возы, меняя один товар на другой. Но это было уже после королевского визита, пока же толстосумы только присматривались к новому рынку сбыта, позволяя осваивать его всякой мелкоте.

Не обходилось, правда, без экцессов. Немало нервов мне потрепал младший сын Аш-Кийшарра… не помню точно, как его звали… то ли Онтор, то ли Онор… Это тот шут гороховый, которого я хорошенько попинала зимой на том берегу. Правда на этот раз он не был разодет, как красна девица… отчего я не сразу его признала… а выглядел вполне прилично, как настоящий воин, чего нельзя было сказать о его поведении.

В тот день юноша пригнал для продажи два десятка рабов. Нет, по-моему, чуть поменьше. В основном женщин и детей. Товар, честно скажу, был так себе. Похоже, лайпар решил избавиться от лишних ртов. Однако, нахальный молокосос цену заломил за них втридорога, я аж на месте подпрыгнула от такой наглости:

— Скока-скока, да у тебя что, пацан, мозги смёрзлись?! Старика и старуху продавать по полсотни серебрушек! Да они молодыми столько не стоили!