Дмитрий Меренков – Торпеды судьбы (страница 5)

Новую жизнь решил начать в Волгограде. Планировал переквалифицироваться в речники, возить туристов, чаще бывать дома, забыть о сигналах «Боевая Тревога» и учебных стрельбах. Прикупил домик на берегу Волги, с огородом и плодовыми деревьями. Когда понял, что рука Москвы его не отпустила и командовать туристическим лайнером не позволят, ушел туда, где начинал, в «москитный» флот. На катера, правда, не торпедные – рыболовные. После смены власти в 1964 году Черноморский Флот позвал Капитана-Рыбака обратно, но предложил должность на берегу. Принять её не позволяла гордыня, а претендовать на командную – правильная самооценка. Понимал, его время ушло. Командовал рыбаками, сам превратился в удачливого браконьера новой формации: вместо злодейства под покровом ночи поддерживал корыстные связи с «нужниками» – так тогда называли чиновничью «крышу», нужных людей. Жил, по тем временам, богато. Володя рассказал: в доме Рыбака полы были покрыты коврами в три слоя – символ достатка. Как и «Волга» в гараже. Однако даже под угрозой суда и тюремного срока бывший Герой не козырял флотским прошлым. В душе оставался Капитаном. Как только дело в суде закрыли, пошёл военруком в яхт-клуб.

– Очень непростая судьба – глубокомысленно подытожил Володя – архив подтвердил геройское прошлое, Рыбнадзор – криминальное настоящее. Я эту историю вспомнил, когда «Ловца мидий» спасали. Его бы в 1941 год, проверить на прочность. Кто кого тестирует: время – людей или люди – время? Вот Капитан, в бою не дрогнул, а время жуликов пришло и его одолело. т

Поколение любителей ракушек беспозвоночных – оно становой хребет имеет, или как амёбы – ложноножки? Уйдут старики, уйдём мы, войну помнящие, кто останется? Этих «дайверов» мидии съедят! Зачем я историю Мальчиша рассказал? Ведь Капитан, как уголовка от него отвалила, пропал. Дом, семья остались, а он исчез. Причём загадку вместо себя оставил. Рано утром на своей дюралевой «Казанке» ушёл рыбачить и концы в воду. Ни его, ни лодки не обнаружили. А искали старательно. Историю эту никому не рассказывал, начальство приказало считать её легендой, бумага из архива Министерства обороны ушла в наш архив. Как будто не было ни человека, ни проблем его. А ведь героем был в бою и мирной жизни, торпеды вязли в нём, судьбу ломая. Теперь вы знаете о нём, и помнить будете, и молодым расскажите. И будет он примером!

Закончили в четыре утра, когда окна в баре начали светлеть. Выполнили указания бармена Миши, проверили записи закусок и выпитого в его блокнотике, заперли двери, положили пакетик с ключами в тайник, под кустик. Спать ложится было поздновато, поэтому пролезли сквозь дырку в заборе на тропинку к морю. Встречали рассвет, сидя на скале. Было очень тихо, волны лизали пляжный песок, шипели в откате: Ма-лыш, Ма-льчиш…

Аркадия. Одесса. Буклет

Шли года, гремели войны, сменяли друг друга в окопах поколения. Парнишка-одессит в новеньком гидрокостюме давно из него вырос и уехал в США, на Украину не вернётся. С Володей мы года три обменивались открытками к Новому году и на майские праздники, встретиться не получалось, а потом он погиб в одной из горячих точек, выполняя интернациональный или какой-то ещё долг. Узнал эту печаль от Григорича, с которым встречался, бывая в Москве. Но в 82-м, при смене Председателя КГБ (Виктор Михайлович Чебриков) старика сослали в одну из республик Союза и он потерялся. Он пробовал выяснить судьбу Капитана, я вернулся к этому с появлением и по мере развития Интернета – а как иначе доберёшься до архивов МО или ВМФ? Успеха не имели. Косвенных подтверждений много, а прямые, вероятно, всё ещё под грифом «Секретно». Уходит поколение: дети, внуки и внучки участников Великой Отечественной, слышавшие рассказы о ней от родителей-очевидцев. Остаются литературные источники, которых в связи со снятием секретности и оцифровкой становится всё больше. Кому-то должно повезти разыскать подтверждение этого подвига и последовавших событий.

PS. Сама история полна таинственности. Володя рассказывал её со многими деталями, которые затерялись в прошедших годах. Он называл имена участников, говорил об их судьбах и семьях. Придумать такое было невозможно, да и зачем? А вот произойти изложенное в какой-ни будь параллельной реальности и эхом докатится до нас могло?

Возможно это было «дежавю» – «уже видел». Очень точное название – это психическое явление так и проявляется. Рассказ из «прошлой жизни» Володи?

Сухой остаток: яркий пример стойкости под торпедными ударами судьбы.

PPS. Подтверждённый подвиг. В конце сентября 1941 года соединение Кригсмарине в составе крейсеров «Лейпциг», «Эмден» и миноносцев «Т-7», «Т-8», «Т-11» при участии тральщиков из 17-й флотилии обстреливали советские войска на полуострове Сырве (остров Сааремаа). На перехват им вышли 4 торпедных катера. При выходе из Ирбенского пролива катера атаковал вражеский гидросамолет, который отогнали истребители прикрытия, затем отразившие попытку ещё двух «стервятников» расправиться с катерами. Немецкие корабли, предупрежденные сигнальными ракетами гидросамолета, успели подготовиться к атаке и по катерам был открыт ураганный огонь. Ущев (командир отряда катеров) приказал дать сигналы – «Дым», «Атака». Под прикрытием дымзавесы два катера ударили по крейсеру «Лейпциг», два – по миноносцам. Описание развития дальнейших событий разнятся в зависимости от того, кто их описывает. Подтверждённым фактом является то, что немецкие корабли ушли и больше в обстрелах советских войск на Сааремаа не участвовали. Возвращавшиеся в Мынту катерники потопили вспомогательный тральщик «М-1707» (экс-траулер «Люнебург»).

Комбат

ПРИЗЫВ

О жизни СССР в семидесятые годы современному человеку изредка рассказывают (по ящику) несколько кинофильмов, пытаются что- то объяснить забытые на полках книги, ласково пробуют достучаться воспоминания пожилых. Громче звучат оды и восхваления изгнанным из страны или сбежавшим из нее диссидентам (гениальным поэтам, танцорам); не забывают о героях войны Отечественной. Жизнь в семидесятых гораздо меньше отличалась от послевоенной, чем от современной. Люди тоже. Стоят они рассказа, очень много сделали на Земле и в Космосе, предотвратили большую войну с Китаем.

Осенью 1970г. свеженький выпускник Харьковского Государственного Университета Дмитрий ехал в свою первую «Командировку». Выше среднего роста, 22 года, атлетического сложения, светловолосый, подвижный. Отец- военный, от него характер и воспитание. Мама- это мама. Ехал по приказу МО СССР о призыве в армию выпускников высших учебных заведений, располагавших военной кафедрой. Все карьерные планы рухнули, этот Приказ торпедировал «кораблик мечты» о большой науке, но уклониться от него посчитал недостойным. Впереди была командировка на два года, проезд за казенный счет и погоны лейтенанта. Дмитрий попал в когорту «двухгодичников», призванных восполнить нехватку младшего офицерского состава. Теперь это слово звучит загадочно, а тогда их были тысячи. Объяснялось все просто: сократил Н.С.Хрущев в 1960 году армию на 1200 тысяч, престиж военной профессии упал, мальчишки в училища не пошли, лейтенантов стало недостаточно. Армия осталась без командиров взводов, экипажей, начальников мастерских и многих других маленьких начальников. Вместе с Дмитрием служить отправились все «мужики» его выпуска, отложив на 2 года свои планы. Волевые решения вызывают огорчения, но Дмитрий не унывал. Собирался честно выполнить долг перед Родиной. Международная обстановка так же диктовала стране необходимость экстренных мер-война с Китаем казалась весьма реальной. Уже произошли боевые столкновения на острове Даманском и озере Жаланашколь. Срочно формировался Средне-Азиатский военный округ (САВО) со штабом в тогдашней столице Казахстана.

Казахстан

Позади перелет Запорожье-Москва-Алма-Ата. В настоящем тамбур старого вагона (билетов не было) в поезде Алма-Ата-Барнаул и попутчики- казах-двухгодичник с женой. Сырым и Фарзана, выпускники Казахского университета. Познакомились на перроне случайно, а оказалось- доля общая. Впереди штаб танковой дивизии в городке с названием Аягуз. Там и определится дальнейшая, уже военная, судьба. Всю теплую одежду закутали на жену казаха, сидевшую на чемоданчике. Мужчины тряслись вместе с вагоном и от холода (осень). Зато утром, на полустанке, в дверь вагона заглянул живой верблюд. Получили назначения в зенитный полк танковой дивизии, стоявший в поселке (ж/д станции) Актогай, но в разные батареи. Доехали до этой станции попутным товарняком на платформе с бревнами. Название ж/д поселка кто-то перевел с казахского как Серебряный Бор. У вокзала и в правду росла пара «серебристых» тополей- их листья были покрыты блестевшей под Луной пылью. Серебрились. И все…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.