Дмитрий Меренков – Охотники. Приключения подвоха (страница 4)
Как хорошо просто лежать на воде и тупо гордо разглядывать побеждённую глубину.
«И никому об этом не расскажешь, как ветры гимнастёрку теребят. Как двигатель взревёт на форсаже, отталкивая Землю от себя».
Есть такая песня курсантов лётных училищ! Рука не болит, но ликовать мешает. Если мама увидит эти царапины, будет обморок и крик на всю Алушту. На берег, раны песком горячим присыпать. Будет не так заметно. А там вечер. На Юге темнеет быстро…
Вот и пляж. Сел, едва выбравшись из воды. Осмотрел руку. Царапина глубокая, длинная, кровоточит. Набрал пригоршню песка, чтобы присыпать. Вдруг мамин голос откуда-то сверху:
– Ты что творишь, идиот? А может и не мамин, но точно женский. Повернул голову на звук – ноги. Вернее, ножки. И голос приятный!
– У тебя рана, открытая! Хочешь её инфекцией засыпать? Редкостный дурак.
Милен.Free internet
А дурак уже и лицо разглядел. Сидит под впечатлением. Такой красы, да ещё общепризнанной, видеть не приходилось. Не простая девушка-отдыхающая высилась над ним, а сама Милен Деманжо, подруга Жана Маре из нашумевшего «Фантомаса». Дар речи куда то потерялся. Сидел дураком в ластах, маска и трубка валялись рядом. Голова сама собой понурилась, глаза на песок смотрят, а зрительные центры головного мозга образ хранят. Перед самым отъездом в Крым смотрел в кино «Фантомаса», перепутать невозможно.
В равной степени не реально появление актрисы в Алуште, без охраны и с русским языком.
Она продолжает: – Я к спасателям сбегаю, у них йод или зелёнка должны быть.
Так и не смог дар речи отыскать. А сотканное из мечтаний создание исчезло. Баюкал раненную руку, ждал у моря погоды целую вечность. И только в себя приходить начал, она вернулась. И взрослый парень с ней пришёл, спасатель. Повязка на левом предплечье синяя с белыми буквами. Ранку промыли, перевязали. Спасатель всё спрашивал: – с кем на пляж пришёл; Где поранился; Отдыхаешь где и с кем.
Правда, когда Виктор о «Гигантских голубых акулах» начал рассказывать, узнал в нём любителя за буйками нырять. Уважительно спрашивал: – Какую задержку дыхания в воде может выдержать; а на воздухе? В три минуты не поверил, начали считать, Виктор – не дышать. Всем было весело, но за Таней мама пришла. Так и позвала – Таня. Ничего французского. Виктор тоже к своим пошёл. Объяснять, зачем поцарапался.
На том всё могло и закончиться, но когда шли на ужин, увидел Таню. Стояла в очереди в городское кафе, мама рядом. И она увидела. Говорят, же – человек видит то, что хочет увидеть. Таня ладошки подняла к груди, пальцы веером, один загнула. Девять! Целых два часа ожидания!
Виктор от родителей отвязался простенько – весь ужин рассказывал, как играл в пляжный волейбол и упал на проволоку. Теперь нужно в медпункт на перевязку. Мама хотела с ним, папа остановил лозунгом: «Дети – это маленькие взрослые». И они с Виталиком остались смотреть кино на летней площадке пансионата, а Виктор успел к девяти на набережную. Точность была важна, поскольку в это время, 21.00, город переключал освещение набережной на другой источник электро снабжения, и на две минуты набережная оказывалась в темноте южной ночи. Кто-то из гуляющих у моря ахал, кто-то в темноте целовался, а кое кто воровал с многочисленных клумб цветы. Картина повторялась каждый вечер. До 21.00 мужчины всех возрастов гуляли с пустыми руками, вспыхнувший свет, от другого источника, падал уже на букеты в руках. Обычно их сразу дарили любимым.
В густой толпе отдыхающих Таня и Виктор очутились вдвоём. Следующим вечерним поездом она уезжала в родной Минск, мама паковала вещи и к 22.00 нужно было вернуться в домик, где они снимали комнату. Виктор располагал большим запасом времени, киносеанс начался в 21.00, да что толку? И они принялись рассказывать. Виктор о подводной охоте, Таня о музыкальной школе.
Впрочем, оба рассказывали о себе. Хотелось поделиться сокровенным, таким важным, остаться в памяти дорогого человека кем-то значительным, не просто знакомым. В 22.00 она поцеловала обалдевшего Виктора у калитки, упорхнула в съёмный домик со светящимися окошками и тенью собирающей вещи мамы. Это было как в кино, только искренне. По-детски наивно, по-взрослому трогательно.
ФИАСКО
На следующий день встретились на пляже. Оказалось, у Тани много знакомых, Виктора вообще знают все, как того Костю-рыбака из Одессы. Но и в толпе сверстников они оставались одни. Он передал бумажку с адресом, потом выяснил, Тане не хватало сувенирного рапана, а как можно уехать без него? Знатный охотник, с романтической повязкой на руке, ринулся в волны.
Приоритеты расставлял в соответствии с возрастом, полагая ракушку предметным напоминанием о себе. Не догадывался, что слова могут помниться дольше…
Сразу пошёл на глубину, там рапаны крупнее, обычные ныряльщики-любители до них не добираются. Шёл на скорости, когда заметил на дне краба-песчаника, изменил направление движения и резво пошёл на сближение. Подставился неуловимый краб, не успел зарыться в песок! Схватила твёрдая рука редчайшую добычу и куда её деть? Карманов нет! А если перевернуть спинкой к собственному телу и в плавки сзади засунуть? Вот руки для рапанов и освободились!
Краб песчаник. Free internet
Метров 30 проплыли в такой упаковке, глубина приличная, метров 8, можно нырять. Тело изгибается, голова идёт вниз, а ноги выносит вверх. На воздухе они создают дополнительную тяжесть, увеличивая скорость погружения. С берега это смотрится красиво!
По ходу манёвра плавки оттопырились, и краб сумел повернуться «лицом к противнику». Не раздумывая прищемил тело врага клешнёй. Под водой не заорёшь, безмолвие. Виктор от неожиданности воздействия рванулся вверх, сдирая плавки. Выскочил без них из воды почти по колени!
Почувствовав свободу, краб отцепился и, плоским штопором, пошёл ко дну. Никогда не сдававшийся охотник подтянул плавки и устремился следом. Догнал бойца возле самого дна и схватил во второй раз. Почему-то подумал, что если принесёт трофей на берег, очевидцы будут меньше смеяться. Безосновательно.
Пятясь задом из воды (так ходят в ластах) услышал дружный хохот. На брошенную на песок добычу: редчайшего краба, гигантского рапана никто не смотрел. Все глядели на охотника и веселились от души. Включая Таню. Под шумок чёртов краб зарылся в песок! Выкапывали все вместе. Уже – не вдвоём.
Татьяна уезжала в свой Минск прямо с пляжа. Казалось – навсегда. Компания, окружавшая её до знакомства с Виктором, провожала к троллейбусу на Симферополь. Было весело. И одиноко. От берегов Алушты отчалил на троллейбусе целый мир – Татьяна с мамой, краб-песчаник с гигантским рапаном и наивность мальчишки, которые, как известно, взрослеют позже девчонок.
К Новому, 1965-му году почтальон принёс загадку. Поздравительная открытка с пожеланием «Пусть твои желания всегда совпадают с твоими возможностями!» Подпись – Таня. Без обратного адреса. Виктор так и не смог расшифровать эти строчки, понять их скрытый смысл.
Постепенно, со временем, потерялась острота потери. Навсегда осталась тяга к подводному миру.
ЗАЧЕМ МУЖЧИНАМ НЕПРИЯТНОСТИ
Первое, с чем сталкиваются охотники-салажата, подводные или береговые, это обилие рассказов, баек, лжесвидетельств об их будущем увлечении. И, несмотря на стойкое предубеждение родителей, невест и жён, охотники реалят небылицы и даже пытаются обратить окружение в свою веру. Подводные охотники, кроме собственных «ужастиков» племени, наследуют, без всякого стеснения, «истории» наземных рыбаков. Просто потому, что дайверы появились позже них.
В Бомбее давным-давно подарили одной дамочке купальный костюм. Одела и в престижный клубный бассейн Брич Кенди пришла. Плескалась долго, пока не приспичило. Ну и решила по нужде из воды не выходить. Одного не учла, что этот купальник при повышении кислотности воды совершенно прозрачным делается. Пришло время перекусить, и проявилась из воды, как Афродита из пены морской. Стала настолько популярной, что пришлось из страны уехать. Вот бы все купальники такими делать.
Гулко стучали колёса гружённых отборной пшеницей «в навал», насыпом, вагонов товарного поезда, пересекавшего Днепр по железнодорожному мосту на пути в Германию. Глухо подвывали моторы пикировщиков Ю 87, атакующих этот мост. Машинист поезда так и не узнал, что война началась. Ротативная бомба зацепилась раскрученной цепью за ферму моста и рванула. Паровоз, а за ним вагоны, полетели в воду. Шестой вагон-двадцатитонник вертикально опустился на дно, на колёса встал. Как будто на рельсы. На глубине метров 30. Да ещё от удара о воду дверь вагона отошла.
Хоть и темно на глубине, один отважный сомёнок нашёл просыпавшуюся из двери пшеницу и возвращался к свалившейся с неба кормушке регулярно. Когда подъел всё высыпавшееся зерно, стал забираться в вагон. И всё время рос, прибавляя в весе.