Дмитрий Матвеев – Севера (страница 31)

— А на каких условиях людей привезли?

— Вы не поверите, на самых что ни на есть добровольных. Ребята на своей шкуре почувствовали прелести тоталитаризма, натерпелись от нового фюрера по самое небалуйся. Особенно девушки. Сами понимаете, право сильного в действии. Хочешь жить — расслабься и получай удовольствие. Так что они сами принялись проситься, чтобы их там не оставляли.

— Как вы думаете, Станислав Наумович, что сейчас примется делать этот сбежавший вождь? Вряд ли он способен долго ходить по лесам.

— Возможно, вернется обратно и попытается перезимовать. Возможно, попытается сжечь там строения, по принципу — чтобы врагу не досталось, может попытаться пешком уйти вниз по реке в надежде найти нетронутый склад.

— А может он попытаться отомстить — начать тупо выбивать наших людей, стреляя из леса?

Михайленко на минуту задумался, потом решительно сказал:

— Нет, не может. Это — жест отчаяния, поведение смертника, потому что после первого же выстрела на него начнется охота и будет продолжаться до тех пор, пока его не пристрелят. Он же до конца будет пытаться обратить ситуацию в свою пользу. Так что я бы предположил попытку опережения.

— Будем надеяться, что это так. Жаль, конечно, что вышло таким образом.

— Андрей Владимирович, я обязательно найду этого человека. Для меня это теперь личное.

— Личное?

— Да. Я знаю, что это не вполне профессионально, но все-таки… Вы можете гарантировать, что это останется между нами?

— Конечно.

— Дело вот в чем: я знаю этого человека.

Видимо, даже в темноте можно было различить удивление на лице Бородулина.

— Да, к сожалению, я его знаю. Или это к лучшему — кто знает. Это сын бывшего моего директора.

— Тот самый?

— Тот самый.

— Как я понимаю, пока он где-то рядом, покоя нам не будет.

— Именно так.

— Я только прошу вас: прежде, чем начинать действовать, предупредите меня.

— Обязательно. И еще: пока вы доблестно сражались с пиратами, я кое-что выяснил касательно шаров и развалин крепости. Давайте утром прогуляемся туда, я вам покажу нечто интересное.

Глава 17

Утро прошло в суете и беготне, вчерашние события изрядно прибавили хлопот. Нужно было определить на проживание привезенных накануне людей, отправить Зою с трофейной командой в бывшее бандитское гнездо выскребать по сусекам остатки барахла, принять рапорт Черемисина о пополнении оружейки…

Когда удалось отбиться от самого срочного, время шло уже к полудню. Позаимствовав у рыбачек временно незанятую лодку, Бородулин и Михайленко отправились к развалинам.

— Скажите, Андрей Владимирович, нет ли где-нибудь на складах небольшого сейфа? — спросил безопасник, когда они подошли к обрушенной стене.

— Я не видел. Думаю, навряд ли.

— Надо бы поискать, проверить.

— Вы считаете, эти шары настолько важны?

— Сейчас увидите сами. Вот, держите.

Андрей взял шар, ощутив холод неизвестного материала, не то кости, не то камня. Но едва он начал подниматься по лестнице, то почувствовал в руке легкую вибрацию. На второй площадке шар уже достаточно громко жужжал и весьма заметно вибрировал. С каждым шагом вверх по лестнице жужжание и вибрация усиливались. На третьей площадке шар начал светиться зеленым светом. Сперва довольно блекло, но потом все ярче и ярче. На последнем лестничном пролете он начал еще и нагреваться, да так, что ощутимо жег руки.

— Впечатляет? — спросил шедший следом Михайленко. — А теперь последняя часть представления, так сказать, заключительный аккорд. Давайте мне объект исследования и поднимайтесь наверх, к плите.

Андрей передал шар и продолжил подниматься выше. Наверху все было без изменений, так же, как и в прошлый раз: перерезанная надвое трещиной каменная плита и каменный столб «бюро» со вмятиной на крышке.

— Готовы? — крикнул снизу заместитель.

— Угу.

— Я сейчас буду потихоньку подниматься, а вы следите за планшетом!

Андрей уставился на каменную тумбу. Какой планшет Михайленко имел в виду? На лестнице был слышен неторопливый шорох шагов. Внезапно со стороны тумбы раздался громкий низкий прерывистый звук, на наклонной панели бюро засветилась красная рамка, действительно образовав нечто вроде экрана планшета, и на ней под паутиной трещин показалась красная надпись:

Терминал снабжения неисправен. Восстановление функционирования невозможно. Повторная активация невозможна. Во избежание повреждения устройства удалите ключ на безопасное расстояние от терминала.

Мигнув трижды, надпись исчезла.

— Спускайтесь, Андрей Владимирович! — послышался снизу голос. — Больше ничего не покажут.

Бородулин в некоторой растерянности двинулся вниз. Когда он спустился, Михайленко уже стоял у разрушенной стены.

— Что скажете, Андрей Владимирович?

— Во-первых, теперь понятно назначение устройства: его цель — снабжение. Чем и в каком количестве — это не столь важно. Но это явно превосходит возможности самых передовых технологий!

— Верно, — подтвердил безопасник. — Теперь можно быть абсолютно уверенными, что мы все действительно были перенесены сюда некими весьма могущественными силами. Домики, склады — это, так сказать, готовые наборы. А вот такие терминалы, скорее всего, позволяют выбирать, заказывать с некоего централизованного хранилища любые или почти любые материальные ценности.

— Да, если бы это был исправный агрегат, мы бы здесь могли обосноваться вполне основательно и, базируясь на озере, разведывать и обживать местность.

— А кто вам мешает делать это без терминала? Озеро — неиссякаемый источник продовольствия. Оно не то, что полсотни, оно и тысячу человек прокормит. К тому же есть огороды, семена, удобрения, лес — у вас готовая продовольственная база. Проблемы лишь с предметами промышленного производства.

— Значит, нужно организовывать разведку как можно быстрей, пока эти наши ресурсы не иссякли.

— Вот именно. Кроме того, если здесь у нас есть терминал испорченный, то где-то наверняка есть действующий.

— А шар может его чувствовать!

— Точно. И, кроме того, в некоторых случаях может включить выключенный терминал. Вы помните, там было слово «активация».

— Значит, нужно выдать один из шаров Юрам, чтобы они во время их походов в лес заодно искали и подобные терминалы.

— Кроме того, вы обратили внимание — терминал находится на верхнем этаже башни, то есть он максимально защищен на случай нападения.

— Значит, нападения возможны…

— Да. И очень может быть, что терминал обязательно связан с подобным укреплением. И вот это — исправный терминал в крепости — действительно может быть отправной точкой экспансии.

— А вы обратили внимание, Станислав Наумович, что надписи на терминале были на русском языке?

— Конечно. Я ведь уже почти неделю обдумываю эту информацию. И содержимое складов все русское и на русском. Догадываетесь, что это означает?

— Честно говоря, не совсем.

— А то, что могут быть точно такие же склады, терминалы и прочее на других языках для других национальных групп. И если мы промедлим, то, что предназначено для нас, могут забрать другие группы.

— Хотите сказать, что предстоит война за ресурсы?

— Кто знает, не хотелось бы. Но вы ведь и сами заметили — нам ничего не дают просто так. Ведь зачем-то выдано нам оружие. Причем, заметьте: при переносе пропали современные автоматические винтовки, а взамен выдан металлолом времен войны.

— Да… Знаете, Станислав Наумович, что меня сейчас больше всего интересует?

— Что же?

— Эта крепость с терминалом — была предназначена для нас или это просто декорация?

За разговором они почти уже дошли до берега, как вдруг Бородулин резко остановился. Секунду он стоял неподвижно, а затем бегом кинулся назад.

— Куда вы, Андрей Владимирович? — крикнул вслед Михайленко и, не получив ответа, поспешил следом.

Андрей вбежал в башню, ссыпался по лестнице в подвал и, подсвечивая верным «жучком», принялся разгребать ботинками скопившийся на полу толстый слой пыли.