Дмитрий Матвеев – Ниочёма 4 (страница 38)
Вернулся через четверть часа. Чуточку оживший, немного успокоившийся. Сходу прошел к столу. Плюхнулся на своё место за уже сервированным столом, и тут же повар принялся выставлять на стол блюдо за блюдом. Когда стерляжья уха была разлита по тарелкам, когда горячий хлеб крупными ломтями развалился на блюде, когда плошки со всевозможными заедками образовали затейливый натюрморт, Олег сделал демонстративный жест в сторону кухни. И тут же перед каждой тарелкой появилась стопка с прозрачной жидкостью.
— Это что, водка? — с некоторым испугом спросила Вера.
Олег совершил над собой усилие и не стал цитировать Булгакова. Ответил своими словами:
— Это просто символ. Можешь не пить, достаточно слегка пригубить.
Он поднялся на ноги, взял в руки стопку.
— Эта ситуация должна была произойти, рано или поздно. Она случилась сейчас. Всем было трудно, но в итоге мы победили. А потому можем праздновать. Ура!
И опрокинул водку в рот. Уселся на стул, закусил хлебом и принялся за уху. Вера, как и было рекомендовано, отпила микроскопический глоточек, скривилась и принялась смывать с языка горечь наваристым бульоном. Маша смело выпила без видимых последствий. Глядя на неё и Алёна махнула свою порцию. Покраснела, вытаращила глаза, закашлялась и, раскрыв рот, принялась обмахивать обожженное горло ладошкой. Опытная Маша подсунула ей изрядный кусок хлеба. Алёнка запихала его в рот, активно принялась закусывать, но было уже поздно. Неподготовленный организм, пустой желудок, отсутствие практики — и вот уже глазки посоловели, а на лицо выползла глуповатая улыбка.
— Ой, девочки, я така-ая пьяная! — сообщила всем собравшимся Алёна.
— Давай, налегай на уху, — подсказала ей Маша. — И хлеб не забывай.
Алкоголь развязал девушке язык, и она решила похвастать своим достижением — специально отращённым каналом. Но хватила ума прежде поглядеть, как обстоят дела у подруг. И оказалось, что у них уже не жалкий один каналец, а по десятку, да в разных местах, да подлиннее, чем сантиметр. А когда она взглянула на Олега, то весь хмель слетел в один момент. У него таких каналов были сотни, тысячи. Они заполняли всё тело не хуже кровеносной системы. Это было внушительно. А потом Алёна подумала: ей, чтобы сформировать канал, пришлось терпеть немалую боль. Что же перенес Олег? Ответ был очевиден, и желание говорить на эту тему враз пропало.
Первое доедали с шуточками. Второе — относительно спокойно. А когда дошли до чая с пирогом, Олег вновь поднялся.
— Вот что я скажу вам, дорогие жены. Мы, конечно, победили, но только на этот раз. Враг остался неизвестен, и он умеет делать такие вещи, что глаза на лоб лезут. Пока мы остаёмся в империи, неважно где: в этой квартире, в питерском доме или в воронежском поместье, существует опасность повторного нападения. Я не знаю, на что ещё способен враг. Одно несомненно: он коварен и силён. А потому завтрашний день даётся вам на сборы: уложить вещи, прикупить необходимое из расчёта на полгода. А послезавтра с раннего утра мы все выезжаем в Дикое поле. В академии я договорился о домашнем обучении. Приедем весной, сдадим сессию и свалим обратно. И пока не разберемся с этим неизвестным противником, в империю будем приезжать лишь время от времени. Разве что вы в кратчайшие сроки получите пятый ранг и сможете не обращать внимание на мелюзгу ранга шестого-седьмого.
Песцов поднялся и отправился наверх. Следом серой мышкой порскнула Вера. На минуту забежала к себе, а после технично прокралась в опочивальню супруга.
Глава 21
— Здесь до ужаса скучно!
Вся женская половина клана, включая кандидатов в члены и скамейку запасных, явилась на официальную аудиенцию. Говорить начала Вера, и это было странно: обычно любые переговоры начинала Каракалова.
— Зато безопасно, — пожал плечами Олег. — Два месяца никаких нападений. Ни слежки, ни провокаций. Местные почти все буквально в восторге от мудрого и справедливого правления новой-старой династии. По крайней мере, так говорит Сункар, и у меня нет оснований ему не верить.
— Но здесь же нет никакого досуга! — не сдавалась Вера. — Ни кафешек-ресторанов, ни ночных клубов, ни боулингов, ни даже простых парков, где можно было бы пройтись. Я уже молчу про супермаркеты, бутики и спа-салоны.
— Во дворце имеется отличный сад, — парировал Песцов. — В нем не только кусты и дорожки, но и фрукты. Хочешь — сорви яблоко или абрикос, сполосни в фонтане и кушай на здоровье. Всё экологически чистое, гадостью никто не поливает. Что до кухни, то она выше всяческих похвал. После тех блюд, что готовит местный повар, на рестораны с их пафосом и смотреть не хочется. Что же до покупок, то всем необходимым вы обеспечены от и до.
— Но мы уже два месяца сидим в четырёх стенах, — не сдавалась Вера. — Это невыносимо!
Песцов хмыкнул:
— А мы сюда и не развлекаться приехали. Что же касается досуга… Данеш, скажи, чем занимались обитательницы женской половины дворца при старом хане?
Девушка поднялась, доложила:
— Интригами и сплетнями, господин. Ещё рукоделием и музицированием. И ублажением хана в постели.
— Ну вот, — не уступала Вера, — у нас интриги заменились учёбой, а всё остальное — без изменений. Живём как в первобытные времена.
Олег оставался непреклонен:
— Ну так сходите, прогуляйтесь. Хоттабыч контролирует весь город до крепостной стены.
Вера тоже упёрлась:
— Можно подумать, мы не ходили! Кроме дворца смотреть не на что. Дома, что ближе к центру, из песчаника, что подальше — вообще из навоза и соломы.
Песцову надоело это препирательство.
— Критикуя, предлагай, — процитировал он известного усача. — У тебя есть конкретные предложения?
— У нас есть, — выступила вперёд Маша.
Развернула карту, на которой во всех подробностях был отображен Караим-кала с его стеной, дворцом и саманными халупами. А чуть в стороне прямо посреди степи тонкими карандашными линиями умелая рука нарисовала план еще одного города.
— Вот! — гордо заявила она. — Пусть Караим-кала с его стеной, дворцом и соломой останется нетронутым, в качестве экзотики для туристов. А рядом, километрах в пяти, мы предлагаем построить новый современный город. Бетон, стекло, асфальт, огни, клубы и рестораны, торговые центры и прочее. Ты хочешь построить новую страну, но столица этой страны джолжна отображать её обновлённую суть. Заодно туристам будет где остановиться.
— А почему именно в этом месте? — заинтересовался Олег
— Тут, судя по карте, оазис. Вода, озеро, зелень. Возможно, где-то под землёй имеются водоносные слои. Можно устроить аквапарк. Два города, новый и старый, привлекут туристов, а туристы привезут деньги для страны.
Поднялась одна из бывших наложниц, с тревогой в голосе возразила:
— Там давно нет оазиса, там нельзя строить!
— Но почему? — возмутилась Маша.
— Все знают, это плохое место, — добавила Данеш. — Старики говорят, там живет ужасный дэв, и никто из тех, кто решил сразиться с ним, не вернулся назад. А те, кто решал посмотреть издалека, убегали в ужасе, лишь услышав его громовой рёв.
— Дэв, говорите? — прищурился Олег. — До сих пор все дэвы, которых я встречал, были на самом деле свихнувшейся без работы нежитью. Айда, посмотрим, кто там такой страшный.
Ехать предстояло совсем недалеко. Будь Олег один — долетел бы за пару минут. Но тащить на себе еще кучу народа ему не хотелось. Тем более, что если договориться с нежитью не удастся, придется сражаться, и кто знает, сколько резерва уйдет на эту эпическую битву. Хан поехал бы и один, с парой гвардейцев из тех же «чёрных», но эти женщины… Спорить с ними аргументированно было почти невозможно. А стучать по столу кулаком и употреблять власть не хотелось.
Собственно говоря, Олега интересовал не столько сам «дэв», сколько интересный моментик: нежить давным-давно должна была заснуть и не мешать людям. А раз не засыпает, значит, что-то её подпитывает. Значит, есть какой-то ручеёк структурированной маны, позволяющий местному жителю вполне нормально существовать.
Машины остановились в полукилометре от бывшего оазиса. Теперь вместо озера была огромная грязная лужа, больше смахивающая на болото, вместо деревьев — несколько засохших стволов, по неведомой причине до сих пор не упавших. Осталась от былого великолепия лишь стоящая на дальнем берегу немалых размеров скала белого камня, напоминающая припавшего к земле каракала.
Группа девушек с охраной из гвардии осталась наблюдать за предстоящей эпической битвой в бинокли. А Олег, вскочив на любимый коврик, отправился навстречу неведомому чудищу.
В полусотне метров спешился, накинул магическую защиту. Позвал:
— Милка, побудь рядышком. Подскажи, если нежить какую обнаружишь.
Та, предвкушая приключение, бодро нарезала вокруг Песцова пару кругов:
— Не боись, хозяин, всё будет шоколадненько!
Олег вспомнил инструкцию по охоте на медведей, хмыкнул и зашагал вперед.
Он дошел уже почти до самого болота, в которое превратилось озеро, но тут из-под камня повалил густой бурый дым. Разнесся по округе мефистофельский хохот:
— Ты решил принести мне жертву, батыр? Это разумное решение. Пусть эти женщины подойдут ближе, и я позволю тебе провести ночь в этом чудесном уголке.
Дым сгустился и принял форму классического демона из среднеазиатских легенд. Демон скрестил руки на бугрящейся иллюзорными мышцами груди и замер в позе ожидания.