Дмитрий Матвеев – Черное и белое (страница 26)
— Пожалуйста. Vodka.
Негры опять переглянулись.
— Откуда ты пришел?
— С востока, я иду уже четыре дня.
— Ты видел в лесу эфиопских солдат?
Ага, значит это эфиопы. А, все равно — один хрен африканские папуасы.
— Да, видел несколько раз. Они тоже шли с востока и убивали всех, кто им попадался по дороге. Даже женщин и детей.
У одного из негров, того, что был с револьвером, сжались кулаки.
— Ты видел, как убивали эфиопских женщин?
— Не видел, только слышал. Одна девочка смогла убежать, и мы ее спасли.
— Мы? — нахмурился негр.
— Я и женщина, которая заблудилась вместе со мной. Но мы не знаем языка, и не могли расспросить девочку о том, что произошло.
— Как зовут девочку?
— Тэген.
— Тэген?
Негр с револьвером шагнул вперед, Сергей отступил назад.
— Где она?
Тот, что с револьвером, почти рычал.
— Я хочу ее увидеть!
— Сперва успокойтесь.
— Да я!..
Второй негр успел сцапать первого за руку и удержать на месте. Но Серж, уловив рывок, уже перекатился вбок и стоял на колене с пистолетом в руке.
— Если я начну стрелять, через полсекунды вы будете трупами, — предупредил он.
— Остынь, парень, — откликнулся второй. По-английски он говорил гораздо лучше.
— Нам не нужна драка.
И он принялся втолковывать что-то первому. Через пару минут тот что-то недовольно проворчал и убрал револьвер. Его напарник закинул дробовик за плечо. Серж тоже спрятал пистолет и поднялся на ноги.
Второй негр, видимо, решил взять переговоры на себя.
— Я прошу извинить моего друга, для него это все слишком личное.
— Он не успел ничего сделать. Так что я не в обиде.
— Меня зовут Кыбрит, его — он кивнул в сторону напарника- Анбэсса. Теперь твоя очередь назвать свое имя.
— Меня зовут Серж.
Негр кивнул, показывая, что принял ответ.
— Из моего рода, к сожалению, никого не осталось в живых, я последний из Химва. Моя боль о соплеменниках осталась в прошлом. Но у Анбэссы в этих лесах прятались остатки рода. Те люди, которые здесь были, потребовали от Анбэссы убить Юджина, иначе они убьют его семью. Его дочь звали Тэген.
— Кто такой Юджин?
— Как, ты не знаешь о Юджине?
Удивление Кыбрита было совершенно искренним.
— Я обещаю рассказать тебе все об этом человеке. Но сперва давай решим вопрос о Тэген. Если эти, — он презрительно мотнул головой в сторону, — нарушили свое слово, то и Анбэссе нет необходимости соблюдать свое. А если Юджин будет жив, Оромо никогда не победят его племя.
— Но женщин убивали белые люди.
— Тем хуже для них. И все-таки, где сейчас Тэген?
— Спит. Мы много и быстро шли весь день, она устала. Она в моем лагере.
— Позволь нам увидеться с ней и поговорить. Даже если это не дочь Анбэссы, она может рассказать много полезного.
Это было уже вполне разумно.
— Идемте.
Глава 8
Женя в сопровождении Григорьева и Лори вышел к ожидавшим его людям. Все трое были с ног до головы увешаны оружием. В рюкзаках за спинами — изрядный боезапас и трехдневный паек. Гуджи тоже получили немного продуктов. На предмет вооружения племени накануне крепко думали. В конце концов, решили на время экспедиции выдать им две мосинки и по полсотни патронов на ствол. Потом, после раздела имущества, винтовки можно будет забрать обратно, если не будет достойного предмета для торга. Решающими аргументом в споре по оружию было то, что идти все равно придется вместе, плотной группой, а из хаудаха в упор застрелить можно так же верно, как и из винтовки. Кроме того, терминал все-таки пиликнул на присоединение племени. Это значит, что их желание влиться в ряды было вполне честным и искренним. Но были приняты и меры предосторожности. Через полчаса, когда первая группа скроется в лесу, следом выдвинется еще одна: Гриша Смыков, Фима Максаков, Илья Туголуков и Жора-байкер. Они сперва пойдут в другую сторону, чтобы обмануть возможных наблюдателей, но, зайдя в лес, повернут и пойдут за Женей, ориентируясь на сигнал радиомаяка. Гуджи идут с детьми, скорость движения будет невелика, так что догнать группу и держаться неподалеку будет несложно. Особо позаботились о связи. У всех были включены рации, пристегнуты гарнитуры. Особо позаботились о том, чтобы у каждого было минимум по два запасных аккумулятора. В форте на связи было организовано непрерывное дежурство. Если у локалки засада, вторая группа должна атаковать нападающих сзади. Если все в порядке, поможет разобраться с добычей. Все это и кое-что еще было придумано накануне, так что Женя был вполне уверен в успехе операции и даже почти спокоен, но уйти, как было задумано, не удалось. Уже выйдя во двор форта, он услышал необычный для форта шум толпы. А выйдя наружу, на миг потерял дар речи.
Приготовившееся отбывать к новым местам племя Гуджи было оттеснено в сторону. Перед воротами стояло два с лишним десятка людей: мужчины, женщины, дети. Если бы не темно-коричневые лица и простая одежда, Женя решил бы, что перед ним цыганский табор. Молчаливые мужчины поодаль. Оружия не видно, но, скорее всего, оно неподалеку. Гомонящие женщины, голозадые младенцы на руках… Осталось только услышать вечное «Позолоти ручку, касатик, все как есть скажу». Но вместо этого к Жене подошел немолодой эфиоп в самой простой одежде. Интересно, что же ему нужно?
— Здравствуй, великий вождь Юджин, — начал старик по-английски. — Меня зовут Бырхан, я вождь народа Харари.
«Ну все, — подумал Женя. — Сейчас этот старик затянет хвалебные песни на полчаса. Хотя какой же он старик? Вполне крепкий мужик лет пятидесяти.»
Конечно, не полчаса, но, как минимум, минут пять Бырхан изощрялся в красочных похвальбах «великому вождю». Сам «мудрый правитель» изо всех сил старался сохранять на лице невозмутимое выражение, разглядывая самого Бырхана и его людей. Что-то в них было не так, что-то неправильно. Хотя и родовые знаки на месте, и одежда, казалось бы, соответствует…
Закончив славословия, эфиоп перешел к сути:
— Правители Аддис-Абебы изгнали нас из наших земель, отобрали все наше имущество. Нам нечего есть и нечем защищаться. Харари просят милости великого Юджина. Мы просим дать нам оружие для защиты от врагов и еды, чтобы мы могли накормить своих детей.
С этими-то желаниями все было ясно с самого начала. Что-то густо повалили эфиопы, буквально табунами ходят. Подозрительно все это…
— Я услышал тебя, Бырхан. Сейчас мои дела вынуждают меня покинуть форт. Я вернусь к вечеру и завтра утром дам ответ на твою просьбу. Сейчас вы можете разбить лагерь у стен форта так, чтобы не мешать проходу. Мои люди накормят тебя и твое племя. А сейчас отойдите в сторону, дайте пройти тем, с кем уже заключен договор.
За ворота выкатили тачку с припасами для Зеуде, и вынесли винтовки. Пока Зеуде демонстративно восхищался оружием, Женя успел перекинуться парой слов с Григорьевым и Касаткиным.
— Слушай, Петрович, это только мне кажется, что с новыми эфиопами не все чисто?
— Знаешь, Жень, — хмыкнул Касаткин, — я как раз хотел задать тебе тот же вопрос. Какие-то они ряженые, что ли.
— В том-то и дело, что внешне вроде, все у них на месте. Но что-то меня цепляет, что-то не так. А что именно, понять не могу.
— Вот и я не могу. Иваныч, что скажешь?
— А что сказать? Если у вас обоих так паранойя взыграла, нужно рассчитывать на то, что это подстава. И начинать считать возможные действия и противодействия. Если же в конце концов выяснится, что это простые эфиопы, никому от этого плохо не будет.
— Подождем, — резюмировал Касаткин. — Если начнут проситься в форт, значит, точно засланные. А если засланные, то сегодня вечером или, край, ночью будет атака.
— Раз такая карта пошла, в ближних лесах эфиопов должно быть просто тьма тьмущая. Так что будьте втройне осторожны.
— Ты, Петрович, тоже бы поосторожничал, — возразил Григорьев. — Они и под стенами могут шухеру навести. Если у них под полой хотя бы револьверы, они тебе высунуться не дадут, пока из лесу подкрепления подходят. Стрелки спрячутся за бабами и детьми — ты сможешь всех подряд валить? Да и ночью они будут не видны, а твои бойцы на стене, да на фоне неба — отличная мишень.
— Слушай, капитан, а если их запустить в какой-нибудь каземат, да там и запереть? — подал идею Женя.
— Вряд ли выйдет, могут упереться во дворе. А начнешь силой гнать — повыхватят наганы и начнется пальба в упор. Нет уж, лучше со стен их встречать. А вот если бы вы вечером от леса зашли, да с тыла этих негров шуганули, то было бы здорово.
— Тут как уж выйдет. Но, конечно, постараемся. Ладно, пора двигаться. Гуджи, вон, уже нагрузились. Будем держать связь. Да и метрополию стоит поставить в известность. Раз тут что-то затевается, возможно, что и в других местах приготовления идут.