Дмитрий Мартынов – Второй стих. Роман (страница 2)

– Наш Храм имеет много последователей. Наши церкви есть в разных городах здесь и за границей. Совет магистров долго изучал древние священные послания, в которых зашифрованы пророчества. Наши ученые пришли к выводу, что грядет Армагеддон. Но накануне конца света пришлет Великий сына своего – Даниэля – творить Суд страшный. Они высчитывали его местоположение. Мы рассмотрели все варианты и пришли к единственному возможному выводу. Даниэль, сын Великого, – здесь!

– Бред! – возмущенно фыркнул Илья.

Из кухни, вытирая руки, вышла Вероника. Она увидела людей в рясах и перекрестилась. Женщина часто ходила в церковь и уважала «божеских» людей. Что за иконки на груди у визитеров, она не разобрала.

– Позвольте нам увидеть Даниэля!

– В чем дело? Это странствующие монахи? – обратилась Вероника к мужу.

– Чудаки это на букву М, – резко отозвался Илья.

Все происходящее ему категорически не нравилось. Мужчина уже пожалел, что не выгнал этих ненормальных сразу, а затеял с ними разговор. Он бы без малейших угрызений совести сделал это сейчас, но появившаяся в коридоре жена не позволит. Она набожна и старается к людям относиться по-доброму, даже если они этого не заслуживают. Так что теперь Илье приходилось терпеть и ждать, пока женщина сама не решит избавиться от гостей. Чтобы это решение пришло скорее, он сделал первый шаг:

– Даниэль, видишь ли, не наш сын.

Женщина удивленно взглянула на мужа.

– Он, видишь ли, сын какого-то магистра их великого. И теперь эти клоуны хотят лицезреть свое божество.

Такая интерпретация возмутила девушку в балахоне. Она воздела руки к потолку и стала что-то произносить громким шепотом. Юноша также воздел руки к потолку, но молча. Старший посланник пристально уставился в глаза Веронике. Вдруг его взгляд затуманился и он заговорил монотонным голосом, соблюдая гипнотический ритм:

– Пройдет две тысячи лет после того, как Христос покинул Землю, и взойдет на небе кровавая звезда Нибиру. Наступят последние времена. Люди погрязнут в пьянстве и разврате. Станут поклоняться Золотому Тельцу. И во всем мире будут бушевать войны. Множество бед натворят одержимые. И наступит Второе пришествие. Спустится на Землю сын Великого. Будут звать его земное воплощение Даниэль. Начнет он вершить Страшный суд. Спасет он тех, кто будет поклоняться ему. Обратит в веру истинную, а не фальшивую тех, кто сомневается. А затем наступит Армагеддон. Огонь очистительный уничтожит врагов Великого – нечестивцев поганых, бесом одержимых. А мы, миссионеры Храма Второго Пришествия, будем орудиями возмездия в руках его, проводниками воли Великого.

С четок, перебираемых пальцами посланника, вдруг сорвался лучик света и попал Веронике в глаза. Наверное, это была случайность. Женщина на секунду зажмурилась.

С верхнего этажа по лестнице кто-то спускался. Слышно было, как приближаются шаги.

Старший посланник заговорил вновь, уже нормальным тоном:

– Это пророчество из священной книги «История второго пришествия». Разрешите нам пройти, а то в квартире сквозняк. Даниэль простудиться может. Да?

– Да, – автоматически согласился Илья.

Вероника обернулась к мужу:

– Чего мы, как нехристи, людей за дверями держим? Пропусти их.

Мужчина отошел в сторону. Люди в балахонах скользнули в коридор. Илья закрыл дверь.

Старший посланник обратился к женщине:

– Простите, как вас зовут?

– Вероника.

– Меня зовут Илларий. Посланник, миссионер Храма Второго Пришествия Старший брат Илларий, – представился он. – Мои спутники посланники-миссионеры брат Евлампий и сестра Феодора. Скажите, Вероника, вы замечали что-нибудь необычное в поведении Даниэля?

– Нет. Обычный пятилетний мальчик, как у всех.

– Может, вы замечали у него какие-нибудь особенности?

– Да какие особенности могут быть в этом возрасте. Как все играет, рисует, всем интересуется, иногда капризничает.

– Может, он рисует как-то необычно?

– Ой, верно. Картинки у него получаются интересные такие, необычные.

– Вот видите. А чем интересуется? – продолжал допрос Илларий.

– Всем. Разные вопросы задает. «Как это устроено?», «А почему так?» А иногда просто замирает, если что-то привлекает его внимание.

– Конечно! Это доказывает его божественное происхождение. Как Сын Великого, он должен познавать разные явления этой жизни. Он может понимать ее суть.

Вероника обрадовалась. Ей было приятно, что сына хвалят. Как и любой матери, Веронике казалось, что у нее самый умный, самый необычный ребенок, который обладает кучей талантов.

– Ой, как здорово! А иногда он такое выскажет – нам с Ильей такое в голову никогда не приходило. А он подумает и сделает совершенно неожиданный вывод.

Илья хмыкнул. Когда его племянники были в пятилетнем возрасте, его сестра частенько рассказывала что-то подобное о своих детях. Теперь оба племянника уже учатся в школе и ничем особенным от своих сверстников не отличаются.

– Вот, например, недавно мы с ним шли из садика и разговаривали о его будущем, – с энтузиазмом продолжала Вероника. – И Даниэль сказал: «Я бы очень хотел управлять миром», а потом замолчал. Я уже переключилась на что-то другое. А сын продолжил: «Но, скорее всего, я вырасту обыкновенным дядечкой с толстым животом и в кепке и буду работать в каком-нибудь магазине, где мало денег».

Ее сообщение вызвало оживление у пришедших. Брат Евлампий и сестра Феодора вновь воздели руки и возгласили: «Хвала Великому, что ниспослал на Землю сына своего Даниэля! Даниэль спасет достойных и уничтожит нечестивцев. Хвала Даниэлю!»

А Старший Брат Илларий обычным голосом заверил мать:

– Он будет управлять миром. А мы, посланники Храма Второго Пришествия, будем помогать ему в этом.

– Нет уж! – грубо прервал его Илья. – Мы уж как-нибудь сами поможем сыну. А вам, наверно, идти пора.

– Нельзя так с людьми! – Вероника строго посмотрела на мужа. – Имей уважение к гостям.

Илья промолчал. Он не собирался при посторонних спорить с супругой. А выгнать ненормальных прямо сейчас – значит поссориться с ней. Но и терпеть эти глупости больше не было сил. Он возмущенно пожал плечами и ушел на кухню. Сидя за столом, он все-таки прислушивался к тому, что происходило в коридоре.

А Вероника продолжала рассказывать о сыне.

– Однажды он вдруг сказал: «Я не выбирал эту жизнь. Я не мог управлять ее началом, но я могу управлять ее концом».

– Как мудро! – восхищенно прокомментировал Илларий. – Расскажите нам еще о Даниэле. Может быть, его поступки такие же мудрые, как его мысли?

Вероника задумалась. А потом ахнула. Тогда на эту историю не обратили никакого внимания – обычное совпадение, даже не совпадение, а закономерное развитие событий. Но теперь-то она поняла настоящее значение произошедшего.

– У нас есть знакомый, который курит. Однажды, Даниэлю тогда три года было, мы с ним вышли на улицу, где этот знакомый стоял с Ильей. Мужчина курил и сильно кашлял. Наш сын подошел к нему, и глядя в глаза, сказал:

– Ты умрешь.

Мы растерялись, а этот знакомый засмеялся и спросил:

– Тогда скажи, куда я попаду: в ад или в рай?

А наш сынуля так серьезно ему отвечает:

– Попади к доктору.

И что вы думаете? Знакомый пошел к доктору, и у него в легких обнаружили уже запущенную пневмонию. Его, конечно, вылечили. Жив до сих пор. Выходит, это Даниэль его спас? – закончила свой рассказ мать.

– Конечно, – убежденно произнес Илларий. – А вы говорите, он рисует красиво?

– Очень! Мы недавно к родственникам ходили, и Даниэля с собой брали. А там ребенок в пятом классе учится. Так Даниэль от скуки у него в альбоме аппликацию сделал. А на следующий день мне звонит мать этого пятиклассника, смеется и рассказывает, что ее обалдуй сдал аппликацию Даниэля на ИЗО как свою. Учительница очень хвалила и поставила пятерку. Вот!

– Мы видим, это божественный ребенок. – Илларий вновь заиграл каменными четками. – Уважаемая опекунша земного воплощения сына Великого Вероника, позвольте нам лицезреть ребенка, чтоб мы могли разнести всему свету весть о Втором Пришествии сына Великого. Пусть последователи истинной веры возрадуются, а нечестивцы и сомневающиеся трепещут. Грядет Страшный Суд! Армагеддон близок!

Пораженная Вероника стояла и молчала, не в силах оторвать взгляд от четок, которые Илларий быстро перебирал в пальцах. – Евлампий и Феодора собрались было войти в детскую комнату, но тут из кухни вылетел разъяренный Илья.

Пока супруга хвасталась достижениями Даниэля, он снисходительно улыбался. Рассказы женщины были правдой, хотя Илья в этом и не видел ничего сверхъестественного. Но услышав, как Старший Брат назвал мать их сына опекуншей, он вскипел. С ненормальными спорить, конечно, бесполезно, но всему есть предел!

– Ты какую здесь еще опекуншу увидел?! Совсем уже охренели?! Вон отсюда! Убирайтесь в свой долбаный «храм»! Мало того, что какие-то психи врываются в квартиры к нормальным людям, так еще и оскорбить норовят! Совсем уже охамели!

Гневная тирада мужа вывела Веронику из блаженного оцепенения. Было похоже, что она пропустила слова, из-за которых так разозлился муж.

– Илья! Илья! Тише ты! Как не стыдно?

А Илларий продолжал перебирать четки.

– Вы отвечаете за сына Великого до его совершеннолетия. Вы сейчас должны его опекать и заботиться о нем. Это ваша миссия.

Дверь детской открылась, и на пороге возник пятилетний белокурый мальчик с красивыми, необычайно выразительными голубыми глазами.