Дмитрий Мансуров – В конце времен (страница 34)

— А так, расчетверилась твоя карета и поехала в разные стороны! Одна — назад, а три других по остальным дорогам. Пока мы разделились по одному и поскакали следом, чтобы разобраться, что к чему, кареты растворились в воздухе. Осталась только эта, но мы догнали ее лишь сейчас.

— Скажу вам по секрету: мы схватились не с теми людьми, с которыми следовало! — сделал вывод агент. — Надо сказать спасибо, что они нас оставили в живых, хотя, я думаю, они ничего не стали бы с нами делать. Нам повезло напороться на шутников, устроивших грандиозный розыгрыш в день помолвки царевны Лилит.

— Они чуть не загрызли наших коллег в гостинице! — злобно закричали агенты. — Какие шутки?!

— Лично они? — переспросил агент. — А наши коллеги получили хоть одну царапину?

— Нет, — агенты растерянно переглянулись, — не получили.

— Передайте вот это советнику! — Агент протянул им сложенный листок. — И давайте сюда, размещайтесь в свое удовольствие! — Он похлопал по сиденью кучера. — А я пошел отдыхать, у меня был слишком суматошный день.

— А у нас нет? — возмутились агенты. — Мы тут просто так разъезжали!

— По сравнению со мной вы любовались окрестностями! — отпарировал агент. — Вы не слышали и не запоминали чепуху, которая нескончаемым потоком лилась на меня семь часов подряд! — он потряс коробкой-разговорником. — Эти волшебные штуки несли разный вздор, а я думал, что там спорят настоящие люди!

— Но они на самом деле туда садились! Мы видели!

— Они вышли с противоположной стороны! Агенты, елки-моталки, не увидеть такое — это позор!!!

— Как это, вышли?

— А так, как и расчетверились, — зевнул агент. Теперь ему стал понятен глубокий смысл жестокой казни через четвертование — это такой намек казненному, что после казни он может идти на все четыре стороны. Циничный юмор уставших палачей. — Кому передать управление каретой? Между прочим, это наш трофей, который подарили нам сбежавшие путешественники. Что с ним сделаем?

Агенты уставились на него, как бараны на новые ворота.

— Не смешно, парень, такую карету никто и никогда нам не подарит!

Он сунул руку за пазуху и достал на свет сложенные в несколько раз листки бумаги.

— Здесь дарственная, заверенная нотариусом, документация и права. Здесь все, что нам надо!!!

Бумаги пошли по рукам.

— Думаю, мы не станем докладывать начальству, что нам сделали роскошный подарок, — высказал он общую мысль. — Продаем карету, денежки делим поровну, мне добавляем еще столько же за повышенную вредность и срочно придумываем внятное объяснение бегству путешественников в неведомые нам места.

— Это без проблем, нам и обманывать никого не придется, — поступило первое предложение, — говорим, что в карете путешествовал великий волшебник, развлекавшийся тем, что повсюду устраивал злые шуточки и высматривал, кто и как себя поведет. Тех, кто показал себя нормальным человеком, он благодарил, а остальные получали по заслугам.

— Не вздумай такое ляпнуть! — испугались остальные. — Это же настоящий поклеп на советника и большую часть гостей! Да нас живьем сожрут!!!

— Поставим гриф совершенно секретно, и никаких проблем не будет. Доклад прочитает наше начальство, а оно само составит такое объяснение, что и советнику плохо не станет, и гости ничего нового о себе не узнают! Надо лишь поделиться с начальством определенной суммой, и все шито-крыто. Ну, так как?

— Идея неплохая, но, не дай бог, нам устроят допрос и кто-нибудь скажет не то, что остальные, — перед казнью лично придушу в качестве последнего желания! — воскликнул агент. — Всё запомнили?

— Идиотов не держим! — последовал ответ.

— Этим вы мне и нравитесь. — Агент соскочил с сиденья и забрался в карету. — Имею полное право здесь покататься, потому что пролежал под каретой дольше всех вас, вместе взятых! — объяснил он. Расселся на царском сиденье, довольно вздохнул и снова увидел два парика.

— Господа! — выглянул он в окошко. — Никто не желает почувствовать себя истинным аристократом?

Агенты молча поглядели друг на друга и посмотрели на выставленные на всеобщее обозрение парики.

— Есть одна идея…

Карета давно скрылась из виду, но крестьяне до сих пор кланялись, выражая господам великое почтение. Маленький мальчик смотрел карете вслед, засунув в рот указательный палец, а мальчишки постарше переговаривались между собой, обсуждая обмундирование агентов и мечтая получить себе такое же, когда вырастут.

— Благодетели наши! — неустанно повторяли крестьяне. — Что бы мы без вас делали?! Век вас помнить будем, и внукам о вас передадим!

Усевшаяся на забор ворона повернула голову, тихо и обескуражено прокаркала и сорвалась с места с остальными товарками, испугавшись стоявшего в поле чудища. Есть и другие места, где растет хорошая еда и где нет жутких монстров, неустанно сверкающих огромными глазищами.

Старое пугало, широко расставив руки-жерди, светило пустыми глазницами и широким ртом, вырезанным на половинке высохшей тыквы, которую покрывал шевелившийся на ветру и внушающий воронам ужас длинный белый парик.

— Да что вы говорите, ай-яй-яй, поверить невозможно! — говорил начальник отдела отправленных следить за Кащеем агентов. Те выстроились в ряд на длинном паласе в начищенной до блеска обуви и чистеньких костюмах, вытянулись в струнку и пожирали начальство преданными взглядами.

Начальство, в лице первого заместителя советника по агентурным делам, расхаживало взад-вперед, сложив руки за спиной и обдумывая смысл поднесенного ему рапорта. Доложить советнику чистую правду означало оказаться выброшенным как минимум изо всех крупных городов с запретом посещать любые мероприятия, гарантирующие большое скопление народа. А доложить советнику о том, что он стал невинной жертвой чужого розыгрыша, означало разогнать дворцовый отдел охраны в полном составе. Поскольку отдел не справился с порученной ему работой и позволил хохмачу Змейго Рынычу устроить качественную подготовку к просто очаровательному шоу. Вдобавок придется признать, что толпа гостей, устроивших номера с прическами, кошельками и разноцветным задымлением, — это его сообщники, поставившие своей целью дестабилизировать обстановку в столице. Советник скорее поверит в то, что его хотели изгнать с насиженного места, чем просто разыграть, поскольку второе сильно бьет по его самолюбию, а первое доказывает, что он еще на что-то годен, раз его пытаются скинуть с должности широкомасштабными действиями.

— Значит, говорите, карета просто-напросто растворилась в воздухе, не оставив после себя никаких следов? А уважаемый коллега, агент Кириак, передвигавшийся на карете с большой скоростью, оказался в свободном полете и упал на ужасающего качества дорогу, правильно я понимаю? При падении он поранил себе руку и получил множество телесных повреждений. Так ведь всё было? — заместитель советника Ксенофонт остановился напротив совершенно целого и невредимого агента Кириака и вопросительно глянул ему в глаза. — Я правильно рассуждаю?

— Так точно! — отчеканил Кириак. — Именно так всё и было! Гипс на руку наложить?

— Успеется! И теперь, — тем же размеренным голосом продолжал Ксенофонт, — агент Кириак лежит в специализированной клинике без сознания и придет в себя неизвестно когда, но еще очень и очень не скоро.

Он сделал три небольших шага вперед.

— А вы, находясь от кареты на не особо дальнем расстоянии и играя роль случайных попутчиков, видели произошедшее с агентом Кириаком во всех подробностях? Вы слово в слово подтвердите, что именно так всё и происходило? Что карета с лошадьми стала прозрачной и растворилась в туманной дымке, выбросив беднягу Кириака безо всякого сожаления. Правда, господа?

— Истинная правда!!!

— Очень хорошо! — Ксенофонт молча прошелся перед агентами еще два раза — те поворачивали головы, следя за его передвижением. — Остается главный вопрос: где карета на самом деле?

— Она пропала! — слаженно ответили агенты.

— Это понятно, — согласился Ксенофонт, продолжая вышагивать перед строем. — Вопрос в том, где именно она пропала? В нашем царстве или в соседнем?

— Так точно, в соседнем! — услышал он в ответ и одобрительно кивнул: оттуда сюда ее уже никто не продаст.

— Очень и очень хорошо! — в который раз повторял Ксенофонт. — А в какую сторону, говорите, карета поехала?

Он подошел к стене, подхватил висевшее над головой деревянное колечко на шнурке и дернул его вниз. Деревянная рейка, к которой шнурок был прикреплен, потянулась следом, выдвигая на белый свет трехметровую карту царств-государств, свернутую в рулон.

В центре карты находилось родное царство, окруженное семью другими царствами. Ксенофонт взял в руки доклад и перечитал названия деревень. Отыскал их на карте и провел пальцем воображаемую линию от границы до столицы. Похожее расстояние нашлось дважды: к северному, тринадцатому царству и к восточному, пятнадцатому. До тридесятого и тридевятого царств расстояние было немногим больше.

— Итак, вы поскакали за каретой, и она завернула прямиком на… — Ксенофонт подкинул монету, — …она завернула прямиком на восток. Правильно я пересказываю ваш доклад?

— Точнее некуда! — поддакнули агенты, мчавшиеся за каретой в западном направлении. — Именно на восток она и отправилась.

— Очень рад, что вы — сплоченная команда и работаете как настоящие профессионалы! — похвалил он агентов. — Впрочем, вы и есть настоящие профессионалы, и я вами горжусь!