Дмитрий Мансуров – Молодильные яблоки (страница 67)

— Это издевательство!

— Сам сказал: кто смел, тот и съел!

— Никто меня не любит… — пробормотал пришелец.

— И далеко еще твой дом? — устало спросил он. Шесть часов полета на перегруженной молодильными яблоками тарелке показались пришельцу вечностью. Он боялся, что не справится с управлением, что тяжелая тарелка камнем рухнет наземь и никогда больше не взлетит.

А царевич тем временем думал о своем, наболевшем: дома братья, которые ждут не дождутся, как бы отнять яблоки и сказать царю, что это они их первыми привезли. Дома царь, который запрячет все яблоки до единого и ни с кем не поделится. Дома царица, советник, горожане… И все держат карман шире.

— Сворачивай! — приказал он вместо ответа на вопрос. — Обойдутся без яблок!

— Куда сворачивать?! — испугался пришелец. — Обратно? Не полечу! Мы упадем!

— В тридевятое царство, — сказал Иван-царевич, — Это вон туда! Там живет прекрасная царевна Альбина, в которую я с детства влюблен. Мы с ней в хороших отношениях, так что возьму и предложу ей руку и сердце!

— А как же твоя семья? Царство?! Престол?!

— Она и будет моя семья! И царство тоже.

— Ты уверен?

— Прилечу и узнаю! — пожал плечами царевич. — Я уверен в одном: перед таким подарком… — он положил руки на молодильные яблоки, — ни одна царевна не устоит!

— А мне что делать?

— Продавай свой крем в нашем царстве! — усмехнулся царевич. — Пока тебе голову за обман не отрубят.

— Злые вы! — сказал пришелец. — Ничего я вам продавать не буду и другим запрещу.

— Как знаешь…

Тарелка подлетела к столице тридевятого царства и приземлилась перед дворцом, сказочно мигая всеми лампочками.

— Пожелай мне удачи! — попросил на прощание царевич.

— Удачи! — хмуро буркнул пришелец.

Он нажал на кнопку, и яблоки вывалились на площадь. Тарелка помигала еще с минуту, а потом взлетела и быстро скрылась в облаках.

Иван-царевич подхватил самое румяное яблоко и пошел навстречу выбегавшим из дворца придворным.

…И жили Иван-царевич с Альбиной-царевной долго и счастливо до самой смерти. Все три тысячи семьсот сорок лет.