Дмитрий Манасыпов – Мэдмакс (страница 54)

— Он тут постоянно, — проворчал Макс. — Усиливающийся?

— Ну… — Ворон запыхтел. — Скорее, наоборот. Он почти пропал, а потом раз, и все.

— Все поняли?

Ответили все и сразу.

— Если началась такая хрень, руку вверх, как при обнаружении чего-то. По местам, ребят, пора делать нашу работу. Газовые гранаты приготовить, по одной из каждой группы — прямо перед собой… Готовь… Раз… Два… Три!

Подствольные граники, имевшиеся на автоматах каждого второго из боевой двойки, коротко плюнули, отправив вперед толстые тупорылые снаряды. Белесые облака, тут же вспухшие, расползались быстро.

Звон, на самом деле почти не замечаемый, вдруг чуть стих.

— Оно живое. — Доцент довольно, как волк, цокнул зубами. — Макс, слышишь, Макс!

— Слышу. — Мэдмакс вдруг понял. — Тепловизор!

Мир из зеленого стал черно-сине-красно-рыжим, необычным, непривычным, даже сбившим с толку. Если бы не это, он мог успеть движение в самом дальнем конце хранилища почти сразу. Но…

— Одиннадцать!

Макс не успел крикнуть «часов», открыв огонь. Единственное, что он успел, так это порадоваться собственному приказу, отданному из-за Беса перед спуском. Тот, самым решительным образом, запихивал каждым третьим трассирующий. Типа, тут Бес смотрел своим нагло-честным взглядом, целиться проще. Проще-то проще, только трассирующие на то и трассирующие, чтобы не просто светить, но и поджигать при случае. А плотной бумаги, выдержавшей столько времени, тут хоть завались.

Рэд, совершенно не удивив, поняла его первой. Из-за очереди, раздавшейся слева, он бы оглох, Рэд била чуть ли не с его плеча. А так…

А так шлем погасил стрельбу, оставив только ритмичные выстрелы.

— Прекратить!

Угомонились почти сразу, но на Беса все же пришлось рявкнуть дополнительно.

— Вперед, внимательно смотрим по сторонам.

В тепловизоре, перед открытым огнем, Макс увидел… что?

Дергано двигающееся нечто, нечто, смахивающее на человека, но почему-то бегущее чуть ли на четырех конечностях… если не больше. Показалось? Он не знал. Но проверять стоило каждые сантиметр, а еще Макс знал точно — газ твари пришелся не по вкусу. И насчет её слабости Доцент оказался полностью прав — существо, кем бы оно не оказалось, слабо. А раз так, то…

— Чисто на полста!

— У нас тоже.

— Макс?

— Я в норме. У нас тоже чисто.

Стеллажи, стеллажи, пирамиды контейнеров, бочек, мешков, коробок и ящиков. Через противогаз, совершенно невозможно, вдруг пахнуло яблоками.

— Стоять!

Группа замерла, и теперь, без фонарей, он мог видеть в зелени только остановившиеся силуэты. Тепловизор Макс додумался выключить совсем недавно.

— Проверить мембраны.

Шлем… Шлем послушался. Тихо щелкнуло и мертво-механический голос ответил:

— Имеется незначительное повреждение. Опасность — пятьдесят процентов.

— Вариант решения?

— Замена мембран.

— Замена мембран.

— Задержать дыхание.

Он послушно выполнил команду, а когда шлем разрешил дышать — запах яблок испарился.

Макс покрутил головой и нашел причину: лужу, натекшую из пробитых пулями жестянок. Каждая литра по три-пять, пробитая попаданиями при стрельбе, уже перестала протекать, но лужа получилась серьезная. И спасибо ей, не хватало самому попасть в остатки собственного же газа.

— У кого были яблоки?

— Разобрался.

Это Грач.

— Щас…

А это Бес.

— Норма. Норма. Норма.

У остальных проблем не случилось.

— Доцент.

— Что?

— Я тебе задницу-то надеру, как вернемся, за такую проверку. И тебе, Бес, тоже. Три наряда вне очереди обоим.

— Есть…

Ответили они одновременно и грустно. Еще бы, кому хочется помогать по кухне лишний раз или рыть яму под сортир, или таскать отработанное масло от грузовика, или… В общем, много что можно делать при трех нарядах вне очереди.

— Идем дальше. Движения не замечали?

— Нет.

Когда группа добралась до того места, откуда метнулась тварь, прошло минут пять-десять, на часы, фиксирующее время, Макс не смотрел. Место, превращенное в дуршлаг, рассматривали с особым вниманием. Особенно после блеснувшей в свете включенных фонарей, слизи.

Доцент, присев на корточки, ковырялся в ней ножом, рассматривал, крутил так-сяк и чуть не попробовал на вкус с запахом.

— А я знаю, что это. — сказал Грач. — Точно, знаю.

— И? — Мэдмакс обернулся к нему.

— Это смазка для полу-органической платформы. У нас тут самый натуральный боевой кибернетический модуль, сращенный с какой-то заразой. Ну, либо зараза срастила себя с ним сама. Ворон не помнит, его тогда еще не было, а я совсем пацаном побывал на объекте у Итиля, там имелись такие. Но со стволами, не больше.

— Что из себя представляет?

Грач, помолчав, непонятно хмыкнул:

— Механический таракан, прикрытый синтетическими мускулами и хитином. Хитин должен менять цвет, это точно. У тех трех, у Итиля, работало у одного. У нас погибло трое, когда он отлепился с потолка, а они не заметили, прошли дальше него.

— Читал, — сказал Доцент. — Экспериментальные образцы, разрабатывались какой-то частной корпорацией по заказу одного из управлений.

Кто бы сомневался, что он читал? Вот Макс и не сомневался, если уж честно.

— Боевой полу-механический таракан… — он погонял эту дрянь на языке, привыкая. — Может мимикрировать из-за хитина. Но… скорее всего, это уже не выходит. А будем считать, что выходит. Ну, задача стала яснее. Идемте, что ли, готовьте свои… мухобойки.

--

Глава двадцать четвертая: почему?

— Сейчас вскроем, — бодро рапортнул Доцент и вытащил на свет Божий целую связку металлических жетонов.

— Мать моя женщина… — Рэд явно удивилась. — Откуда оно у тебя, головастый?

— Пока кто-то мародерил по-тихому, думая только о желудке да прибытке, мне хотелось думать про нас всех! — Доцент позванивал жетонами, оказавшимися ключами. — А вот что мне интересно, так это куда делся наш незнакомец, а?