Дмитрий Манасыпов – Мэдмакс (страница 43)

Дух сидел и тянул воду, не проливая ни одной капли.

Грач…

Про Грача Макс мог только догадываться, молчун ничего не говорил, но за него говорили повадки и оружие. Егерский ножище, обоюдоострый кинжал, просто так не потаскаешь. И вел себя Грач как раз, как егеря, основной кулак КВБ, шлявшийся взад-вперед по границе Альянса, превентивно нападавший на степняков, постоянно сходившийся на боях не объявленной войны с Итилем и вообще, бывший знатным головорезами и умельцами убивать все живое.

Ворон такой же вроде, а нет. Ворон — самая большая загадка из прибившихся разведчиков, отправленных неведомым пока Генералом. Ворон парень, кем-то обученный, прикидывающийся эдаким своим в доску, тельняшка в полоску, а вот на деле…

А вот на деле Максу очено не хотелось его проверять. Совсем не хотелось, больно уж умелым казался Ворон, больно уж воровато скрывался в движениях, хотя казалось бы — разведка… Разведка разведкой, но уровень у него куда как высокий. Да уж…

Доцент, ковыряющийся с помощью фонаря в каком-то хитром механизме, вполголоса смеялся над очередной байкой Рэд, та травила их одну за одной. Тощий, вихрастый, в своих не то, что очках, а в специальной маске с несколькими комплектами линз для разных нужд с делами. Сейчас, например, Доцент выглядел форменным ювелиром, выдвинув щелкающий глазок с алмазно-блестящим кругляшом крохотного стекла, аккуратно забранного латунью.

Доцент нашел их сам, Макс помнил его совсем подростком, а сейчас рядом с костром сидел молодой мужик, пусть и выглядящий как совершенный пацан, не старше восемнадцати.

Доцент не рассказывал о прошлом, но Макс давно понял — он рос в закрытом мирке самых настоящих ученых, погибших из-за странной страшной катастрофы, случившейся локально и превратившей его бункер в место, где жили теперь некросы. Доцент не рассказывал о прошлом, но догадаться, что он сам отправил на тот свет всех, казавшихся выжившими, но уже заразившихся, было несложно. В своих редких вылазках вместе с отрядом этот добрый и спокойный человек никогда не оставлял в живых… если можно так сказать про некро, никогда не оставлял в живых ни единой души. Лично добивал каждого и каждую, поливал горючим и сжигал.

Доцент, вдруг уставившись на него, усмехнулся.

— Чего? — спросил Макс.

— Да смешно.

— Палец кто показал, что ли?

— Не, — не обиделся «научник», — подумал — как оно глупо. Сидим в нескольких километрах от цели и ждем утра. А собирались добраться и тут же кинуться вскрывать её.

— Ну да.

— Поговорка есть, про, знаешь — око видит, а зуб неймёт. Слышал?

Макс кивнул. Поговорок развелось вокруг просто ужас, проще согласиться, тем более, Доцент поговорки вообще любил и еще несколько месяцев назад вставлял их к месту и нет. Потом, вроде, успокоился.

— Ты не переживай, — фыркнула Рэд, — завтра мы все ймём, угу.

— Нет такого слова.

— Да и ладно, ты ж меня понял.

Ночь косилась на них звездами, луной, нюхала сквозящим ветром и снова удивлялась. Ночь знала, что впереди этих вот людей весьма даже ждут, прямо с нетерпением. И встреча эта окажется весьма горячей…

--

Глава девятнадцатая: предбанник

— Вон там. — Ворон показал на выступающий холмик. — Там они.

Овраг расширялся, расходясь на два рукава и, прямо перед отрядом, выступом торчал этот самый холм.

— Ячейки?

— Они самые.

Солдаты, в основной массе, создания туповатые во многом, но только не в драке. Холм, вырытый изнутри, был первым постом «консервы». Обманываться не стоило, земля, трава и кусты — всего лишь прикрытие, прячущее хорошо укрепленную огневую точку.

Макс с Вороном рассматривали сооружение с дерева, загодя примеченного разведчиком. Соваться перед скрытой позицией отдавало смертельно опасной дуростью. Вот они и не совались.

— Овраг расходится и просматривается, — Макс щурился, разглядывая всю эту фортификационную неприятность. — А ты движение замечал?

— Нет.

Вот так, значит…

— Смотри, — Макс кивнул мыслям. — На рожон не попрем, так что смотри. А я схожу к Доценту.

Отходил он осторожно, стараясь не задеть ни ветвей, ни кустов, чтобы те не колыхались. Ждут их? Это точно и как быть? Готовиться.

— Ну? — спросила Рэд, а остальные спросили молча.

Мэдмакс, не обманывая, рассказал все. И повернулся к Доценту:

— Огнеметов у меня нет, — ответил тот, поправив маску с линзами. — Но…

«Но» в его случае уже сулило успех, Доцент слов на ветер не бросал и если что-то задумал, то результат будет. И вопрос лишь один — насколько хорош тот получится?

— Мне нужно туда, — попросился научник. — Я с Рэд схожу, тихо, не выдам себя.

Макс кивнул и показал на кузов грузовика:

— Что доставать?

— Линолеум, бутыли, ветошь… Линолеум резать на мелкие кусочки, но не сильно мельчить. Там есть фляга, металлическая, с керосином, её тоже. И…

— Фитили сделаем из растяжек к палатке, к небольшой. — Макс уже все понял. — Дух, слей горючку из запасных емкостей, достань воронку. Чего встали, ребят, работаем.

Кузов заскрипел, довольный Голем тащил все, на что показывала Кошка, Дух брякал своими канистрами и большущей жестянкой с ручкой, заменявшей нормальную воронку. Сам Макс принялся резать выброшенные куски линолеума, поразившись тому, как их пропустил при погрузке и запасливости Доцента.

Суть он уловил и даже с ней согласился. У выступов, прячущих внутри врага, есть наружный выход, само собой наглухо закрытый. Ворон и остальные разведчики все равно углядят — где тот находится, а это уже полдела. Для вскрытия толстенной двери, а другой Макс и не представлял, потребуется направленный заряд. Он или снимет дверь с петель, или нарушит механизм самого запора. Без этого внутрь не попасть, а что тогда толку от найденной «консервы»?

Линолеум крошился, не резался, но так даже оказалось проще. Взяв одну из бутылей, имевшихся в запасах Доцента, Макс прикинул размер кусков и начал кромсать так, чтобы те спокойно пролезали в горлышки.

«Жидкий огонь» в современном исполнении, хороший такой коктейль, что может и не попасть внутрь через амбразуры, но явно сможет помешать. Да и, разлетевшись тягуче-полыхающей массой, легко доставит неприятностей.

— Пополам заливайте, — сказал Доцент, вернувшись. — Само то.

Залили пополам — керосин и горючку Духа, треть каждой бутыли занимала крошка, фитили пропитывались в отдельной посудине.

— Мне как-то не по себе, — Кошка сглотнула. — Все понимаю, но как представлю, что получится…

— А ты не представляй, — хмыкнула Рэд, — ты вообще жди, пока мы своих не потащим и радуйся, если сами не обгорим.

Рэд была права. Макс посмотрел на Кошку, все еще странно добрую внутри, жалеющую Солдат, пока еще не получивших на кожу кипящего варева из бутылок и не хотел вмешиваться. На войне жалеть можно лишь своих, тогда точно победишь.

Ворона сменил Бес и разведчик, вернувшись, подмигнул Максу.

— Нашел?

— Нашел-нашел. Один выбрался, думал, не замечу. С водой у них плохо, отправился с двумя термосами в распадок, потом вернулся. Думаю, еще пойдут.

— Раз воды нет и ждут, то внутрь не попали, — Макс сплюнул, — там колодец, законсервированный. Эта, как ее… скважина.

— Ну, идем?

— Да, чего тянуть. Будем ждать.

Жидкое пламя растекалось по бетону, цеплялось расплавившимися кусками линолеума, разгораясь и потрескивая. Тонкий Солдат, ковыляющий на давно сломанном биопротезе, горел от затылка до колен, но не останавливался. Не вопил, не старался сбить огонь, просто ковылял вперед. Грач выбил ему мозги, прекратив ненужные мучения.

Голем, проткнувший своим секачом здоровяка с заклинившей винтовкой, с трудом выдрал клинок. Лучше бы там его и оставил, не даря врагу шанса. Голем легко справлялся со зверями, даже мутировавшими, но с Солдатом столкнулся в первый раз. И тот его обыграл, обвел вокруг пальца, вернее, всех десяти на двух толстенных ручищах. Обвил ими, как медведь лапами и покатился вниз, по пандусу.

Стрелять Макс не рискнул, боялся зацепить Голема, схватившегося с Солдатом не на шутку. Две здоровенные дуры, скатившись на подземный ярус, рычали, ворочались и старательно пытались поломать друг друга. В этой круговерти стрельба становилась не помощью, а убийством.

Солдат, старательно пытающийся придушить Голема, все никак не мог ухватить правое предплечье левой рукой. Здоровяк-чистильщик дергался во все стороны, бил короткими ударами за спину, но бой складывался не в его пользу. А когда Солдат сумел перевернуть Голема вверх, оказавшись на бетоне, то…

— Макс! — Рэд, зажатая в дальнем углу и не видящая борьбу, угадывала исход по доносящимся звукам. — Макс, помоги ему!..

Они дождались. Дверь открылась тихонько, да еще в сумерках, поди заметь. Но Грач, свивший гнездо прямо напротив, заметил. Дело решил единственный бросок ножа, попавший невысокому ублюдку в горло, на удивление тонкое для Солдата.

Бутылки полетели следом, с двух сторон, размазывая пламя по заросшим наружным стенкам, в раскрытую дверь. Следом загрохотали выстрелы, патронов Макс приказал не жалеть, чтобы прижать Солдат, не дать им попытаться уйти.

Они пошли на штурм двойками, надеясь на удачу. Она им сопутствовала… почти.